Михаил Задорнов: «Собственность не определяет модель банка»

Юлия Чайкина Forbes Contributor
Михаил Задорнов Михаил Задорнов фото Итар-ТАСС
Президент ВТБ24 рассказывает о трансформации депозитов, дешевой ипотеке и отсутствии разницы между государственным и частным банком

Мы продолжаем интервью с известными российскими банкирами на тему «Большая розница: будущее банковского ритейла» (читайте интервью с Германом Грефом и Максимом Ноготковым). На вопросы Forbes отвечает президент ВТБ24 Михаил Задорнов

Как будет выглядеть розничный банк в будущем?

— Через три-пять лет принципиально мало что изменится, какие бы ни были у нас на этот счет иллюзии. Столичные жители думают, что вся страна должна жить и думать, как они. Население Москвы, например, составляет всего 12% российского населения. Поэтому главное, что произойдет в нашем банкинге, — это дальнейшее проникновение услуг в российскую глубинку и в новые слои населения. И это один из факторов, отличающих нас от других развивающихся и европейских стран.

Зачем банкиры продолжают строить сети отделений по всей стране?

— Западные банкиры еще 20 лет назад грозили вымиранием банковских отделений и переводом всех банковских операций в онлайн. Между тем зайдите сейчас в любую английскую деревушку, и вы обязательно найдете там HSBC или Barclays. Поэтому и мы не противопоставляем отделения другим каналам продаж. Нельзя не учитывать и факт старения населения. Если сегодня 40-летний клиент хочет общаться с кассиром, то вряд ли в 50 лет он изменит свои привычки. Люди ведь ходят в рестораны не только потому, что не могут приготовить еду дома. Они хотят общаться, видеть и чувствовать сервис.

Как будут развиваться депозиты в будущем? Этот классический продукт останется таким, как сейчас? И как будут меняться ставки по депозитам в ближайший год?

— Хранить деньги людям надо будет всегда. Но депозиты будут трансформироваться: появятся структурные продукты, часть дохода по которым будет привязана к разным активам — например, золоту или металлам. Ставки по депозитам, как и ставки по кредитам, будут снижаться. Я верю в то, что инфляцию в России можно существенно снизить — до 3% годовых. При этом реальные ставки по депозитам будут оставаться положительными, то есть до 5% годовых.

Идет постепенный отказ от целевых кредитов и замена их кредитными картами. Каким будет следующий шаг, в чем суть изменения кредитных продуктов?

— Кредитные карты займут большую долю в банковских балансах, как и ипотека. Но все остальные целевые кредиты тоже будут востребованны, особенно в регионах.

Будут ли меняться ипотечные кредиты?

— Ипотека — тот продукт, который принципиально не изменится. Однако если сейчас кредитами на жилье в России пользуется около миллиона человек, то в будущем, я считаю, гораздо больше людей будут надеяться на себя, а не на государство. В 2017 году, я считаю, ипотека будет стоить 7,5–8% годовых при годовой инфляции 3%.

Негосударственные банки начали открывать вклады и выдавать кредиты дистанционно, с помощью курьеров. Станет ли такой вид обслуживания клиентов массовым явлением или останется услугой небольших розничных банков?

— Нет разницы, негосударственный банк или государственный. Собственность вовсе не определяет модель поведения банка. Для нас работа с курьерами не только более дорогая услуга, но и, главное, более рискованная. И мы не хотим брать на себя такие риски, как недобросовестная работа или мошенничество курьеров.

Кто будет двигателем прогресса в розничном банкинге: крупные государственные банки или небольшие банки, специализирующиеся на одном виде бизнеса?

— Конечно, небольшой банк гибче, но у него ограниченные возможности с точки зрения новых технологий. А у нас есть свои преимущества — мы можем инвестировать в новые технологии серьезные деньги и тем самым задавать рыночные тенденции.