Владелец «Р-Фарм» Алексей Репик — Forbes: «Те, кто привился «Спутником», не умирают»

Фото Валентина Егоршина / фотохост-агентство ТАСС
Алексей Репик Фото Валентина Егоршина / фотохост-агентство ТАСС
Миллиардер и владелец компании «Р-Фарм», которая выпускает и тестирует несколько препаратов для лечения коронавируса, в том числе и вакцину «Спутник V», рассказал Forbes о том, что приведет к новому кризису, почему он привился от COVID-19 трижды и почему пандемия еще не закончилась

— Откуда придет следующий кризис? 

— Кризис придет от того, что сейчас ресурсы сконцентрированы у тех, кому уже ничего не надо. Есть отрасли зрелые, которые видят некую серьезную перспективу. Есть нефтяники, живущие в режиме фронтира, как золотодобытчики. Эти нефтяники для меня абсолютно неунылые, они живут будущим. Можно расходиться с ними во мнении о будущем, но они, например, хотят бурить самые глубокие скважины или обеспечивать самые технологичные способы доставки танкерами. Это по крайней мере интересно.

А есть люди, у которых все очень хорошо уже и которым в принципе не так важно, что будет происходить с их устоявшимися компаниями. Мне некорректно приводить пример коллег из российского списка Forbes, хотя если посмотреть, то проще назвать исключение из этого правила — Алексея Мордашова, Андрея Гурьева. Но если мы возьмем, например, Wallmart, то у него нет шансов отыграть войну с Amazon и другими новыми игроками, потому что они уже слишком взрослые и слишком спокойные.

А для того, чтобы избежать рисков и быть готовым к потрясениям, будь то ковид или что-то еще, у тебя должно гореть везде, везде все чесаться, везде быть все беспокойно. И вот эта истерика иногда приводит к необдуманным нерациональным решениям, но она приводит к решениям. А вот отсутствие этой горячки приводит к тому, что никакие решения не принимаются, не требуются и все уходит в стагнацию, и люди на встречах думают, какие они себе яхты купят, где они будут отдыхать. А не о том, что будет с их предприятиями, компаниями, технологическими решениями послезавтра, просто потому что это не так критично.

Стартапу мотивировать себя очень легко: ты чуть-чуть темп снизишь, стартап обнулится, все накроется медным тазом. А когда машинка сама по себе Ebitda печатает, заставить себя не просто ее смазывать во время, а заниматься коммуникациями, GR, все время ее обновлять, искать для нее новые приложения — это трудно. Я считаю, что кризис — это внешний фактор, появившийся в момент, когда нет тех, кто в состоянии на этот вызов отреагировать. Это по-настоящему кризис. Потому что внешний фактор появляется все время. Он может быть таким чудовищным, как пандемия COVID, а может быть экономическим, как пузырь на каком-нибудь рынке. Но если его встречают лицом к лицу те, кто закален в боях, умный, опытный, а самое главное, чувствующий и свою роль в процессе, старающийся с этой ситуацией справиться, то, скорее всего, он кризисом не станет, а останется вызовом. Если он столкнется с теми, кто отвык жить в условиях этих вызовов, новых внешних вводных, он станет кризисом.

— Вы считаете, пандемия коронавируса закончилась?

— Пандемия — это когда вирус бродит в разных странах и не исчезает, где-то сокращается, где-то растет. Как можно сказать, что пандемия закончилась? Это можно будет сказать, когда мы увидим на протяжении очень длительного периода устойчивое число сокращения или полного прекращения появления новых случаев инфицирования. Но закончился период страха пандемии.

Это не значит, что она меньше убивает или вносит меньший негативный вклад в экономику и жизнь. Но страх абсолютной неопределенности и непонимания, что с этим делать, с которым общество столкнулось, он пройден. В первую очередь за счет консолидации усилий разных и до этого мало друг друга слышащих и понимающих групп общества. И наука, и волонтеры, и врачи, и бизнес — все сумели найти формат координации, в котором оказалось, что на самый неясный и страшный вопрос существуют какие-то решения. Сначала неоптимальные находятся, потом улучшаются и приходят в точку, где все уже не так жестко. 

Миллиардер Репик раскрыл размер инвестиций в испытанную врачами на себе вакцину

— Почему в России люди плохо прививаются?

— Люди прививаются у нас в России плохо в первую очередь потому, что мы никому не верим: у нас есть недоверие к власти, обществу, другим людям, книжкам, СМИ, инфлюенсерам, всем. Относительно здравоохранения все еще хуже. Мы самые реактивные с точки зрения отношения к своему здоровью. Если мы понимаем, что умираем, то бежим и спрашиваем, почему вы нас не спасаете, говорим, быстро спасайте нас. Здоровье эффективно спасать только тогда, когда ты занимаешься превентивными профилактическими мерами. Лечиться и прививаться нужно во время. Вакцинация — это хороший способ избежать огромных проблем, которые можно решить небольшой ценой. Если посмотреть статистику, то те, кто привился «Спутником», не умирают. Да, некоторые люди болеют, но не умирают. А из тех, кто не привился — умирают, и очень много. 

Вопрос недоверия: почему в России медленнее, чем в других странах, вакцинируются от COVID-19

— А вы сами привились?

— Да, я уже третий компонент себе вколол «Спутника». Я два вколол себе еще в прошлом году, через 7-8 месяцев титр у многих падает. У некоторых держится год-полтора. У меня продержался месяцев девять. С точки зрения медицинского смысла прививаться не нужно второй раз. Потому что даже если бы я заболел при низком титре, я бы не умер, но я бы не приехал на Питерский форум. Для того чтобы летать, быть свободным в перемещениях и во всем остальном, мне нужен отрицательный ПЦР-тест, а для этого нужен высокий титр антител.

Портрет Гагарина из роз и Венера Милосская из кредиток: что показали на стендах ПМЭФ-2021