К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего браузера.

Почему случившееся с Дженсеном Хуангом не могло произойти с Цукербергом или Маском

Марк Цукерберг. (Фото: Finn Gomez / Getty Images)
Марк Цукерберг. (Фото: Finn Gomez / Getty Images)
Многие руководители технологических компаний, включая Марка Цукерберга, Майкла Делла и Эвана Шпигеля, являются держателями контрольных пакетов голосов. У Дженсена Хуанга такого преимущества не было, и отчасти поэтому он так легко лишился контроля над Nvidia

Стремительное увольнение Дженсена Хуанга — звезды бума искусственного интеллекта и одного из богатейших людей планеты — из Nvidia было ошеломляющим, поскольку показало, что у бывшего генерального директора недостаточно рычагов для управления собственной компанией. А ведь многие легендарные основатели технологических гигантов используют суперголосующие акции, чтобы защититься от подобных ситуаций.

Дело в том, что Nvidia вышла на биржу еще в 1999 году. Лишь пятью годами позже двое выпускников Стэнфорда (деятельность университета признана нежелательной на территории России) обратились к банкирам с необычной просьбой касательно первичного размещения акций (IPO) их стремительно растущего стартапа: сооснователи Google Ларри Пейдж и Сергей Брин хотели сохранить исключительный контроль над тогда еще молодой компанией даже после того, как она станет публичной. И вундеркинды добились своего: при выходе поискового гиганта на биржу в 2004 году были выпущены акции двух классов, которые предоставляли им по 10 голосов на каждую ценную бумагу. Даже сейчас, спустя семь лет после ухода с исполнительных постов в Google, Брин и Пейдж по-прежнему имеют 53% голосующих акций компании. Что бы ни случилось, это позволяет им диктовать условия при выборе членов совета директоров, изменении устава или утверждении программы преемственности. И когда в 2023 году Брин, воодушевленный гонкой за сверхразумом, захотел вернуться и подключиться к работе с ИИ-моделями, ему, вероятно, даже разрешения ни у кого спрашивать не пришлось.

Вслед за Google тот же трюк проделали и другие технологические компании, включая Meta (признана в России экстремистской и запрещена), Alphabet, Snap и SpaceX. В случае с Meta систему с акциями двух уровней внедрили в ноябре 2009 года — еще до IPO 2012-го, судя по всему, по совету сооснователя Napster и бывшего президента Facebook (принадлежит Meta, которая признана в России экстремистской и запрещена) Шона Паркера. В настоящее время Цукербергу принадлежат 99% суперголосующих акций Meta класса B и 61% от общего числа голосов, что делает его практически неуязвимым — такого сотрудника невозможно уволить и нельзя заставить кому-либо отчитываться. «Думаете, у вас выйдет собрать всех держателей остальных обыкновенных акций, чтобы они проголосовали против Марка? — задал риторический вопрос его приятель, сооснователь Facebook Дастин Московиц в интервью Forbes в 2023 году. И сам же ответил: — Не выйдет». Как говорил тогда сам Цукерберг: «В мире немало компаний с огромным капиталом, но у них нет руководителя или структурного подразделения, которое обеспечило бы возможность крупных ставок на будущее. А нашу компанию контролирует ее же основатель».

Совсем недавно из формы S-1 компании Anthropic стало известно о еще более совершенной и продуманной системе: при выходе на биржу семь сооснователей получают в свое распоряжение одну-единственную голосующую акцию, выпущенную на баланс отдельного общества с ограниченной ответственностью, которая обеспечит им 50,1% голосов. В отличие от Meta и Alphabet, где основатели сохраняют контроль лишь пока имеют в распоряжении достаточное количество суперголосующих акций, доля сооснователей Anthropic в 50,1% голосов не уменьшится, даже если они решат продать или раздать свои бумаги (каждый из сооснователей обязался пожертвовать 80% своей доли в капитале).

 

По оценке профессора финансов Джея Риттера из Университета Флориды, в прошлом году почти половина всех технологических компаний, вышедших на биржу в США, имела двухуровневую структуру акций — против 5% в 2004 году.

Хуангу не повезло — он вывел Nvidia на биржу слишком рано, когда стандартом для IPO в Кремниевой долине был принцип «одна акция — один голос». У Джеффа Безоса нет суперголосующих акций в Amazon (компания стала публичной в 1997 году), нет их и у Билла Гейтса (он вывел свой Microsoft на биржу в 1986 году).

После ухода из совета директоров и с поста генерального директора Nvidia у Хуанга остается доля в 3,6% акционерного капитала компании, стоимость которой оценивается приблизительно в $145 млрд (в начале октября этого года, до скандала, ее стоимость достигла пикового значения и перевалила за $200 млрд). Кроме того, ему принадлежат 3,6% голосов в компании, что делает его крупным акционером, но не более того. Скажем, институциональные инвесторы BlackRock и Vanguard контролируют примерно вдвое больше голосов каждый. Любое дальнейшее участие Хуанга в делах Nvidia, будь то формальное или неформальное, больше не зависит от его личного желания. По оценкам Forbes, если бы Nvidia использовала стандартную двухуровневую систему, предоставляющую 10 голосов на акцию, доля Хуанга составила бы около 26% голосов. Разумеется, это обеспечило бы куда более весомые рычаги влияния в совете директоров, однако все равно не дало бы квалифицированного большинства и тем самым неуязвимости.

 

Конечно, на протяжении многих лет Хуангу и не нужны были суперголосующие акции. Его практическое доминирование на рынке вкупе с колоссальными темпами роста Nvidia обеспечивали полное единодушие на уровне совета директоров и акционеров. «Если у тебя в команде есть суперзвезда, зачем дразнить быков?» — говорит управляющий директор UBS Джейсон Кац. Большинство инвесторов закрывали глаза на необычную структуру управления компанией (среди них были и 60 топ-менеджеров, подчинявшихся напрямую Хуангу) и полное отсутствие программ преемственности. Они словно попали под чары своего харизматичного лидера в кожанке, который превратил небольшую фирму по производству чипов для видеоигр в самую дорогую компанию мира.

Более того, соглашался с таким положением дел и совет директоров, который на протяжении более чем 30 лет правления Хуанга проявлял исключительную лояльность по отношению к своему лидеру. Например, по данным The New York Times, члены совета директоров на протяжении многих лет обсуждали разработку программы преемственности, однако Хуанг был против, поэтому программа так и не появилась.

Это не означает, что наличие или отсутствие суперголосующих акций гарантирует звездному основателю сохранение власти. Например, сооснователь WeWork Адам Нейман вынужден был покинуть свой пост под давлением инвесторов, несмотря на наличие квалифицированного большинства голосов. Стива Джобса, Сэма Альтмана и Джека Дорси (ни у кого из которых не было суперголосующих акций) просто уволили, однако позже они вернулись на свои посты по инициативе тех же советов директоров, что некогда их отстранили. Дорси, впоследствии основавший компанию Block, извлек урок из случившегося и в 2015 году при проведении IPO своего нового финтех-стартапа предусмотрел акции двух классов. «Если в ближайшие пару лет Nvidia забуксует, а цена акций заметно снизится, может, его и захотят снова поставить к штурвалу, — предполагает Риттер. — Едва ли у кого-то из тех, кто может занять его пост, имеется столь обширный послужной список, и вряд ли среди них найдется генеральный директор, известный тем, что принес своим инвесторам 700 000% доходности».

Перевод Веры Макогоненко