Арабский мираж: смогут ли страны Персидского залива заменить Россию на рынке нефти
![Фото Faisal Al Nasser / Bloomberg via Getty Images](https://cdn.forbes.ru/forbes-static/c/608x342/new/2022/03/1-GettyImages-1169832986-623b2ffd5bea4.jpg)
Практически с первых дней «спецоперации»* Москва испытывает проблемы с поиском покупателей, торговцев и перевозчиков своей нефти, которые по моральным соображениям или ввиду страха санкций отказывались работать с российскими производителями. Выключение Москвы из нефтяной торговли идет поэтапно, чтобы не создавать еще большую угрозу мировому рынку и дать его игрокам возможность адаптироваться, несмотря на громкие заявления западных стран отказаться от российского сырья в короткие сроки им будет сложно.
В 2020-2021 годах российский экспорт нефти оценивался в 5 млн баррелей в сутки, плюс еще 2,85 млн баррелей нефтепродуктов в сутки. Из них 3 млн баррелей нефти и 1,3 млн баррелей нефтепродуктов приходилось на страны ЕС. Кроме того, сырая нефть из Казахстана также экспортируется в Европу по российской трубопроводной системе. В условиях сохраняющейся нестабильности мирового рынка нефти немедленный вывод такого объема не приведет ни к чему хорошему, а компенсировать его силами одного производителя невозможно. И все же в мире есть свободные производственные мощности, которые могли бы заменить Россию. Проблема в том, как их задействовать.
Помощь из залива
Страны Персидского залива, которые теоретически могли бы увеличить добычу, чтобы заменить значительную часть нефти из России, не спешат это делать. С конца февраля высокопоставленные представители США, Великобритании и Германии убеждали своих ближневосточных союзников — Саудовскую Аравию, ОАЭ, Катар — прийти на помощь и нарастить объемы экспорта (в случае с Катаром речь шла о поставках СПГ). Однако ответ — с разной степенью любезности — был всегда отрицательным. И у арабских монархий есть для этого несколько причин. Прежде всего, как члены ОПЕК и ОПЕК+, они стараются не использовать политические и экономические проблемы друг друга для расширения собственных объемов производства. Во многом такое поведение объясняется нежеланием подрывать внутреннюю дисциплину ОПЕК+, которая и без того далека от совершенства. С другой стороны, картель всегда должен быть готов к тому, что некоторые из его членов и прежде всего Иран увеличат добычу в результате изменения политических или экономических реалий. В этих условиях всегда лучше иметь определенный запас мощностей, а не наоборот, чтобы не дестабилизировать рынок из-за перепроизводства сверх общей квоты добычи.
Остается открытым и вопрос о реальных дополнительных производственных мощностях, которыми располагает лидер ОПЕК, Саудовская Аравия. Формально страна заявляет о способности производить до 12-12,3 млн баррелей в сутки против 9,9 млн баррелей в сутки в IV квартале 2021 года и планирует повысить этот порог до 13 млн баррелей в сутки к 2027 году. Однако на практике Эр-Рияд никогда не демонстрировал своих возможностей.
Аналитики сходятся во мнении, что во время ценовой войны 2020 года королевство смогло довести добычу до уровня 11,64–11,87 млн баррелей в сутки. Однако есть подозрения, что этот показатель завышен из-за того, что часть якобы добытой нефти поступала на рынок из запасов, а фактическая добыча не превышает 10,5 млн баррелей в сутки. Одно известно наверняка: у Саудовской Аравии могут возникнуть проблемы с поддержанием добычи в 12 млн баррелей в долгосрочной перспективе. Во время пандемии саудовцы были вынуждены сократить инвестиции в нефтяную отрасль, и теперь основные затраты направляются на предотвращение спада производства. Саудовцы не готовы признаваться в своих проблемах вслух, принимая во внимание планируемую продажу акций Saudi Aramco. Более того, в рамках программы диверсификации экономики королевство активно развивало собственное нефтехимическое производство — увеличение объемов торговли сырой нефтью, естественно, лишит нефтехимический сектор сырья.
Обиженные принцы
Москва является проблемным, но все еще важным партнером Эр-Рияда в ОПЕК+. Участие России в нефтяной сделке позволило картелю значительно усилить свое влияние на рынок. Кроме того, за последние два года сформировался треугольник Россия-США-Саудовская Аравия, определивший ряд тенденций на нефтяном рынке. Связи с Россией помогают саудовцам уравновесить влияние Соединенных Штатов, которые еще в 2021 году периодически требовали, чтобы картель увеличил поставки нефти.
Существует и политический фактор: до сих пор, за исключением Кувейта и отчасти Катара, страны залива воздерживались от критики действий России на Украине. Дело не только в том, что Москва многое сделала для укрепления своих связей с партнерами по ОПЕК+. Позиция нефтяных монархий сейчас определяется разочарованием в Соединенных Штатах как гаранте безопасности в регионе. Политика США на большом Ближнем Востоке переживает трансформацию, неясно и то, какое влияние окажут будущие выборы в Конгресс, а затем и выборы президента в 2024 году на связи США со странами Персидского залива. В этих условиях арабские государства хотят сохранить хорошие отношения с Россией. К тому же они считают, что пока «военная операция» на Украине идет в целом успешно для Москвы.
Еще одним немаловажным моментом выступает определенная зависть со стороны стран залива по отношению к той помощи, которую получает Украина в ее борьбе против России. Арабские монархии не скрывают, что хотели бы видеть такой же объем помощи (необязательно материальной, но хотя бы моральной) в их противостоянии с Ираном или борьбе с повстанцами-хуситами в Йемене, которые периодически атакуют нефтяную инфраструктуру ОАЭ и Саудовской Аравии. Играет роль и личностный фактор: наследник престола саудитов Мухаммад бин Салман вряд ли простил Джозефу Байдену его предвыборное обещание «изолировать» амбициозного принца от международной общественности. Сейчас же, почувствовав, что Вашингтону не обойтись без саудовской помощи, принц, со слов тех же американцев, «надул щеки».
Неизбежные перемены
Однако в более долгосрочной перспективе картина может измениться. Нынешний кризис существенно меняет поведение европейских потребителей нефти, которые пытаются любой ценой снизить зависимость от России. Это произойдет не сразу. Тем не менее тенденция была задана еще до «спецоперации» и ускорилась после ее начала. Теперь это предоставляет монархиям Персидского залива возможности для постепенного — во избежание напряженности в отношениях с Москвой — увеличения их поставок в Европу.
Саудовская Аравия, например, с 2017 года неуклонно наращивает свою долю на польском нефтяном рынке. Нынешняя конфронтация между Россией и Западом несколько затмила важное событие: в начале января Saudi Aramco начала процесс приобретения 30% акций польского НПЗ в Гданьске, а также договорилась с польской компанией Orlen о дополнительных поставках 200 000-337 000 баррелей нефти в сутки, тем самым значительно потеснив российскую нефть. Более того, Orlen согласился помочь саудовской компании найти выход на рынки других стран Центральной и Восточной Европы. Учитывая, что у Orlen есть шесть нефтеперерабатывающих заводов в Польше, Чехии и Литве, сделать это будет не так уж сложно.
В этом случае желание ЕС уйти от российской нефти пойдет на пользу Эр-Рияду. Американцы также не собираются просто отступать, и переговоры со странами Персидского залива продолжаются. Возможно, в ходе них Вашингтону удастся убедить своих арабских партнеров пересмотреть свои взгляды. Во всяком случае в марте от чиновников ОАЭ поступали противоречивые сигналы о готовности их страны поднять производство.
Необходимо учитывать и планы КСА по увеличению добычи к 2027 году, а также тот факт, что нынешние санкции значительно ослабят способность России удерживать собственную добычу нефти от падения в долгосрочной перспективе. Это, в свою очередь, сделает Россию менее важной для ОПЕК+. Другими словами, события на Украине повлияют на нефтяную промышленность и России, и стран Персидского залива на годы вперед.
Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора
* Согласно требованию Роскомнадзора, при подготовке материалов о специальной операции на востоке Украины все российские СМИ обязаны пользоваться информацией только из официальных источников РФ. Мы не можем публиковать материалы, в которых проводимая операция называется «нападением», «вторжением» либо «объявлением войны», если это не прямая цитата (статья 53 ФЗ о СМИ). В случае нарушения требования со СМИ может быть взыскан штраф в размере 5 млн рублей, также может последовать блокировка издания.