К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего броузера.
Наш канал в Telegram
Самое важное о финансах, инвестициях, бизнесе и технологиях
Подписаться

Новости

Опасная профессия: о чем говорит арест адвокатов Навального

Адвокат Алексей Липцер во время избрания меры пресечения в Басманном суде (Фото Евгения Разумного / Коммерсантъ)
Адвокат Алексей Липцер во время избрания меры пресечения в Басманном суде (Фото Евгения Разумного / Коммерсантъ)
Новое «адвокатское дело», помимо сигнала для профессионального сообщества, означает, что правоохранительная система закрывает канал связи, позволявший заключенным по громким делам участвовать в российской политике, считает юрист, управляющий партнер консалтинговой группы «Статус» Алексей Федяров

Когда в Сети спорили об авторстве текстов, публикуемых от имени Алексея Навального, я ловил себя на некотором недоумении — зачем так яростно публично доказывать, что у человека, находящегося в штрафном изоляторе в условиях строгого режима, есть возможность передавать за пределы колонии обширные публицистические тексты. Острые, политические, влекущие дискуссии, а главное — вызывающие жесткие вопросы к начальнику колонии, его заместителю по безопасности и оперативной работе, вообще ко всей цепочке ответственных в системе ФСИН России. Главный звучит примерно так: «Почему находящийся под особым оперативным контролем заключенный имеет возможность продолжать осуществлять публицистическую (как минимум) деятельность?» Почему нецензурированные тексты вообще выходят за периметр? 

Telegram-канал Forbes.Russia
Канал о бизнесе, финансах, экономике и стиле жизни
Подписаться

Было очевидно, что на этот вопрос есть два ответа. Первый — классическое разгильдяйство. Это означало, что скоро разберутся и канал связи прикроют. Второй — канал контролируется, связь не пресекается из оперативных соображений. Это смотрелось гораздо хуже, поскольку могло означать сбор материалов для нового дела Навального с простой, как дубина, фабулой: «Находясь в учреждении отбывания наказания, продолжал осуществлять руководство организацией». Первый вариант мне казался изначально невозможным — совершенно не тот случай и не те колонии, где на такое можно рассчитывать. А вот второй нависал дамокловым мечом. И сейчас этот меч пришел в движение

Защитники под контролем

Сложно, да и не к месту сейчас дискутировать о том, какие линии защиты будут выбраны арестованными адвокатами. Можно допустить, что они действительно обеспечивали связь Навального с внешним миром, получали от него рукописные тексты, записывали под его диктовку. И если это так, то адвокаты не могли не знать, на что шли. Могли ли они предположить, что их действия не фиксируются максимально подробным образом? Безусловно, они все понимали. И это вызывает уважение, причем уверен, что даже у следователей и оперов. 

 

Теперь под ударом адвокаты и по другим политически чувствительным делам. Они, конечно, могут надеяться, что сыграет версия «материалы передавались иным образом», но годы в следствии и прокурорском надзоре этого допущения мне не оставляют, слишком хорошо я знаю, как готовятся такие материалы и какова истинная суть этих как бы по разгильдяйству оставленных каналов связи. Хотел бы разочароваться и был бы счастлив разочароваться, но, думаю, материалы уголовного дела в отношении адвокатов Навального, которое — нельзя исключать — станет шагом к новому делу и против их подзащитного, готовились долго и тщательно, фиксировалось буквально все. Причем не только в колонии, нет никаких сомнений, что максимально широкий объективный контроль был установлен за каждым шагом и словом адвокатов и их близкого круга. Если говорить о периоде этого контроля, то стоит отметить, что арестованные адвокаты Алексей Липцер и Игорь Сергунин из дела вышли еще в 2022 году. 

Для перспектив защиты важно понимать вводные: уголовное дело в отношении адвоката возбуждает руководитель регионального следственного органа Следственного комитета России. Материал собирается тщательно, подписывается под ним по сути вся следственная вертикаль и менять решение никто не будет. Фактически обвинение в таких случаях формируется задолго до возбуждения уголовных дел и понять его суть — совершенно не проблема по первым релизам. Можно как угодно фантазировать о том, что позиция следственного органа поменяется в зависимости от доводов обвиняемых, но фактически следователям эти доводы будут значимы только для оценки и сбора доказательств, их опровергающих. Уходить в молчание или, что еще хуже, ссылаться на 51-ю статью Конституции — это тоже подарок следствию: меньше работы, спокойнее сформируют дело. Нужно балансировать. Но в случае с адвокатами Навального мы говорим о больших профессионалах, они разберутся, не мне им советовать. 

 

Обрыв связей

Очень интересно проанализировать рассекреченные материалы оперативно-розыскной деятельности, хотя бы те, которые представлены в суд для избрания меры пресечения. Важно, что перед оперативно-розыскными мероприятиями адвокат фактически беззащитен. Возможности обойти ограничения на конфиденциальность встречи адвоката с подзащитными наработаны, ну а добрать нужный материал иными мероприятиями — негласным обследованием помещений, наблюдением — в том числе с использованием средств объективного контроля, оперативным внедрением, прослушиванием телефонных переговоров, получением компьютерной информации — не проблема. Ради такого дела можно и из чатиков WhatsApp информацию легализовать, чуть повредив репутации «самого безопасного мессенджера». 

Важен еще один новый фактор. Фраза «защитники адвокатов» перестала быть оксюмороном. Адвокаты под ударом. Защищать политических заключенных в России никогда не было занятием комфортным. Не только силовики, но и значительная часть самого адвокатского сообщества стигматизирует эту работу. Но сейчас представлять интересы некоторых подзащитных становится просто опасным. 

Сложно делать далеко идущие выводы, правоохранительная система выходит за рамки контролируемых процессов, и куда это приведет хотя бы через год, предсказать невозможно. Можно сказать только то, что мы вряд ли теперь увидим большие тексты Алексея Навального — разве что услышим его выступления в судах. Равно не будет постов и статей от иных заключенных по громким делам. Система закрывает этот канал. Точнее так: дальнейшее использование имевшихся контролируемых каналов обмена информацией и текстами политических заключенных и их адвокатов признано нецелесообразным.

 

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора

Мы в соцсетях:

Мобильное приложение Forbes Russia на Android

На сайте работает синтез речи

иконка маруси

Рассылка:

Наименование издания: forbes.ru

Cетевое издание «forbes.ru» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации: серия Эл № ФС77-82431 от 23 декабря 2021 г.

Адрес редакции, издателя: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Адрес редакции: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Главный редактор: Мазурин Николай Дмитриевич

Адрес электронной почты редакции: press-release@forbes.ru

Номер телефона редакции: +7 (495) 565-32-06

На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети «Интернет», находящихся на территории Российской Федерации)

Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции. Товарный знак Forbes является исключительной собственностью Forbes Media Asia Pte. Limited. Все права защищены.
AO «АС Рус Медиа» · 2023
16+