Пробивная дипломатия: чем обернется торговая сделка Дональда Трампа с Евросоюзом

Суть торгового соглашения, достигнутого Трампом в ходе переговоров с руководством ЕС в Великобритании, можно свести к следующим ключевым параметрам:

• в области торговли: вместо угрозы ввести тарифы в 30% на импорт из стран ЕС США согласились на 15% в отношении большей части европейской продукции;

• в области инвестиций: Европа берет на себя обязательство нарастить вложения в американскую экономику на $600 млрд по сравнению с ранее достигнутыми уровнями;

• в области секторальных договоренностей: ЕС пообещал закупить у США энергоресурсы на $750 млрд, предусматриваются и масштабные закупки американских вооружений.

В Брюсселе сделку обосновывают необходимостью восстановления стабильных отношений с США, хотя верить в окончательную стабилизацию этих отношений, как и в целом ситуацию в мировой торговле на фоне все новых инициатив Трампа, становится все труднее. Скорее, условия соглашения отражают слабость переговорной позиции ЕС и готовность американской администрации этим в полной мере воспользоваться для продвижения своей повестки в области торговой политики.

Торговая капитуляция

Ведущие мировые эксперты в области внешней торговли сразу же отметили однобокий характер соглашения, которое в большей степени ориентировано на приоритеты США и в значительно меньшей степени отвечает интересам ЕС. Так, британский экономист Саймон Эвенетт задается вопросом о том, насколько высокий уровень импортных тарифов в соглашении компенсируется для Европы восстановлением — во многом сомнительным — стабильности в торговых отношениях с США. Неясно и то, каким образом будут исполняться инвестиционные аспекты договоренностей. Здесь можно вспомнить недавнее торговое соглашение США и Японии. Разногласия в интерпретации условий сделки проявились практически сразу после подписания документа — в итоге американцы заявили, что будут раз в квартал оценивать соблюдение соглашения и в случае нарушения накажут Токио введением импортных пошлин в 25%. 

Получается, что оборотной стороной заключаемых Трампом сделок становится неопределенность механизмов их реализации. В частности, вряд ли реалистично обязательство ЕС резко нарастить закупки энергоресурсов в США, учитывая инерцию сложившейся структуры поставок. Есть вопросы и по поводу инвестиционных обязательств Евросоюза — вряд ли еврочиновники будут заставлять частный сектор вкладываться в американскую экономику. При этом инвестиционная привлекательность США сейчас скорее снижается, что отражается и в рекордном падении обменного курса доллара на мировых рынках. Если же Евросоюз не выполнит своих обещаний, можно ожидать новый раунд торговой войны и новых угроз со стороны Трампа. 

Однако и в нынешнем виде сделка может привести к тому, что экономика ЕС, и так последние годы не отличавшаяся высокими темпами роста, почувствует себя еще хуже. Это прежде всего касается европейского автопрома и экономики Германии, которая всеми силами пытается выбраться из затяжного спада. При этом торговое соглашение с Вашингтоном не избавит европейские компании от необходимости диверсифицировать экспортные маршруты, чтобы снизить зависимость от американского рынка. Для поиска новых торговых партнеров европейцам понадобится время и значительные издержки, учитывая, насколько более закрытой становится мировая экономика эпохи Трампа.

Для США дивиденды в виде увеличения притока инвестиций из Европы, роста бюджетных поступлений от импортных тарифов и роста экспорта за счет дополнительных закупок ЕС американской продукции могут быть смазаны усилением инфляционных издержек из-за высоких пошлин. Можно прогнозировать и более долгосрочные проблемы: пойдя на уступки сейчас — под жестким давлением администрации Трампа, — партнеры США в дальнейшем постараются переориентировать торговые потоки на другие рынки и регионы.

Долгосрочные последствия

Если говорить о политическом эффекте, то Трамп, конечно, занесет сделку с ЕС себе в актив. Универсальным форматом торговой дипломатии нынешнего президента США является первоначальная эскалация и конфликт, основанный на разрыве существующих, часто несправедливых с точки зрения Трампа, договоренностей. На следующей стадии начинается переговорный процесс, который нередко сопровождается завышением требований со стороны США. И в финале — деэскалация, урегулирование конфликта на основе более низких тарифов по сравнению с завышенными требованиями. Заключается сделка с осязаемыми с точки зрения Трампа дивидендами для американской экономики за счет исправления прежних «несправедливостей» и «дисбалансов». Однако такого рода «пробивная дипломатия», которая выстраивается на разрыве традиционных альянсов и торговых связей, вряд ли обеспечит долгосрочную стабильность торговым отношениям — ведь теперь уже партнеры США воспринимают навязанные им сделки как несправедливые.

Тем не менее соглашение с ЕС, вероятно, еще больше укрепит американского президента в правильности выбранного курса на переформатирование отношений с основными торговыми партнерами. Трамп уже заявил о введении 25-процентных пошлин против Индии для того, чтобы принудить ее открыть свои рынки для американского экспорта. Другим следствием договоренности с ЕС становится дальнейший переход мировой экономики к фрагментации торговых альянсов и переход от многосторонних договоренностей к двусторонним переговорам. Но, быть может, ключевым долгосрочным следствием резких шагов Трампа станет рост роли стран Глобального Юга в мировой торговле — по мере того как крупнейшие партнеры США, такие как ЕС, будут переориентировать свою внешнюю торговлю на Китай и другие быстрорастущие страны.

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора