Возвращение на рынок: что будет с добычей нефти в Венесуэле после отмены санкций
США усилили военное присутствие у границ Венесуэлы. Президент Дональд Трамп считает, что дни венесуэльского режима сочтены. Экспертное сообщество скептически относится к идее распространения демократии с помощью вмешательства извне, однако вероятность силового сценария растет. Что произойдет с экономикой в случае «открытия» страны и отмены санкций?
Можно выделить два важных фактора, способствующих переменам:
- США готовы использовать санкции как рычаг, обещая их ослабление или отмену, что дает части венесуэльской элиты стимулы торговаться;
- слабость вооруженных сил и нехватка боеспособной техники снижают способность Мадуро подавлять внутренние протесты.
В то же время препятствиями для смены власти служат:
- контроль режима над силовиками, спецслужбами и парамилитарными формированиями (коlectivos), а также над денежными потоками от нефти, золота и контрабанды, обеспечивающими лояльность элит;
- слабость плохо организованной и фрагментированной оппозиции.
Поэтому более реалистичным мы все же считаем сценарий постепенного, выторгованного США у местной элиты, перехода к реформам с помощью санкционных стимулов и координации дипломатических усилий с соседними странами.
Текущие ограничения
Сейчас препятствиями к увеличению добычи служат нехватка компонентов для разбавления сверхтяжелой нефти, ограниченные мощности и простои оборудования, изношенность фонда скважин и сетей сбора нефти, дефицит сервиса, проблемы с логистикой и перебои в электроснабжении.
Статистика венесуэльской нефтяной отрасли не самая надежная. По данным ОПЕК, в августе 2025 года добыча Венесуэлы составила порядка 0,94 млн баррелей в сутки (б/с), но уже в октябре по официальным и рыночным оценкам экспорт достиг максимума с 2020 года — 1,1 млн б/с, прежде всего за счет поставок в Китай, чья доля в экспорте доходит до 84%.
Что даст отмена санкций?
Снятие внешних ограничений позволит, прежде всего, восстановить доступ к банковским расчетам и страхованию грузов. Это снизит дисконт и увеличит выручку. Далее необходимо будет наладить бесперебойный импорт конденсата и реагентов, чтобы стабилизировать производство разбавленной сверхтяжелой нефти (DCO).
Наконец, восстановление партнерства государственной нефтяной компании Венесуэлы PDVSA с международными игроками, такими как Chevron, Repsol, ENI, Maurel & Prom, обеспечит доступ к финансированию, возвращение международных сервисных подрядчиков, ускорит восстановление фонда и ремонты скважин.
Наш базовый сценарий состоит в росте добычи на 150 000–250 000 б/с за шесть месяцев. При этом восстановление скважин произойдет в основном за счет уже существующих совместных предприятий с зарубежными компаниями. За 12–18 месяцев возможен уже прирост в 1,1–1,3 млн б/с при относительно небольших инвестициях $5–10 млрд. А через три года при увеличении инвестиций и устранении инфраструктурных узких мест в электроснабжении и логистике, а также при расширении парка буровых установок и повышении качества тяжелой нефти возможен рост добычи на 1,5–1,7 млн б/с. Долгосрочный потенциал роста добычи при масштабной модернизации — до 2,0–2,5 млн б/с в течение пяти лет. Это позволит вернуться к уровням добычи и экспорта, которых Венесуэла достигла в начале XXI века.
Возможности и риски для инвесторов
По нашим оценкам, на полное восстановление потенциала добычи уйдет около $30 млрд. Но уже в 2026 году для роста добычи на 1 млн б/с потребуется $5–10 млрд на закупку материалов и оборудования, на привлечение специалистов и нефтесервисных компаний. Приоритеты инвестиций в этот постсанкционный период:
- стабилизация энергообеспечения добычи;
- ремонт оборудования для подготовки нефти и резервуарного парка;
- бурение и ремонт скважин;
- расширение экспортных мощностей и страхование поставок.
Но инвестиции в период реформ неизбежно будут связаны с рисками. Главными из них будут:
- нестабильность политики правительства и связанные с этим возможности возобновления санкций США;
- изношенность инфраструктуры, аварии, перебои энергоснабжения;
- нестабильность правовой и финансовой систем, проблемы с арбитражем, лицензированием работ, расчетами, накопившейся долговой нагрузкой.
Появление на рынке дополнительных объемов венесуэльской нефти неизбежно приведет к некоторой перегруппировке. Венесуэльские тяжелые сорта традиционно будут востребованы в США и Азии и могут заместить часть экспорта из России и стран Ближнего Востока.
Российские компании при этом рискуют потерять свои инвестиции в сырьевой сектор Венесуэлы. Еще в 2008 году Газпромнефть, Роснефть, «Лукойл», ТНК-ВР и «Сургутнефтегаз» объединились в National Oil Consortium для добычи тяжелой нефти на месторождении Junín-6 в поясе Ориноко с плановой добычей в 450 000 б/с и геологическими резервами в 8,5 млрд т нефти. Суммарные инвестиции в 2013 году оценивались в $17 млрд, но неизвестно, сколько было реально инвестировано. Суммарные же вложения России в Венесуэлу оценивались в 2022 году в размере $34 млрд. Примерно половину этой суммы составляли прямые инвестиции, остальное — долговое финансирование под залог будущих поставок нефти.
Краткосрочный эффект для мирового экспорта от возвращения венесуэльской нефти будет ограничен — 0,2–0,4 млн б/с в 2026 году в базовом сценарии. Только на горизонте двух-трех лет при успешном восстановлении добычи в Венесуэле возможно значительное снижение цен на нефть, что уже в 2026-м отразится на рынке нефтяных фьючерсов, так как контракты на 2027–2030 год будут дешевле, чем в 2026-м.
Мнение автора может не совпадать с точкой зрения редакции