Чернобыльский заповедник: как зона отчуждения стала оазисом дикой природы
Авария на Чернобыльской АЭС, произошедшая 26 апреля 1986 года — едва ли не самая мифологизированная техногенная катастрофа в истории. Народная молва разносит самые нелепые домыслы о ее причинах и многократно преувеличивает последствия. Между тем, как показывает новое исследование, даже в непосредственной близости от разрушенного реактора живая природа чувствует себя лучше, чем на природоохранных территориях того же региона, не подвергшихся действию радиации.
Смертельная предосторожность
Чернобыльская авария произошла в результате эксперимента, пошедшего не по плану. Злая ирония судьбы состоит в том, что целью испытаний было сделать и без того безопасную станцию еще более безопасной, застраховаться на случай самых неблагоприятных, катастрофических обстоятельств.
В двух словах замысел состоял в следующем. Основное назначение реактора — нагревать воду, которая превращается в пар и вращает турбину генератора. Допустим, в результате тяжелой аварии перестали работать штатные механизмы отвода тепла от реактора. Перегрев реактора чреват его разрушением, но на этот случай есть система аварийного охлаждения. Однако она нуждается в электроэнергии. В обычном режиме станция сама ее и вырабатывает — для того и предназначена. Теперь допустим, что авария настолько тяжелая, что станция полностью обесточена. Конструкторы предусмотрели и это: на АЭС есть резервные дизельные генераторы. Однако их невозможно включить мгновенно. С другой стороны, турбина штатного генератора станции тоже не замирает на месте в одну секунду: даже без давления пара она какое-то время продолжает вращаться по инерции. Инженеры хотели выяснить, может ли это остаточное движение турбины обеспечить аварийные системы электричеством в промежутке между обесточиванием станции и запуском дизеля. Для этого планировалось снизить мощность реактора до 1000-700 мегаватт (с номинальной мощности 3100 МВт), чтобы поток пара перестал вращать турбину. Затем провести сам эксперимент по использованию остаточного вращения турбины — это от силы полторы минуты — и плавно вернуть реактор к номинальной мощности. Никакого риска, казалось, не было.
Что пошло не так
Эксперимент стартовал 25 апреля и с самого начала пошел не по плану. Когда мощность реактора составляла половину от номинальной, диспетчер энергосети запретил дальнейшее снижение. Постфактум очевидно, что правильным решением было бы отменить испытания и вернуть энергоблок к обычной работе. Вместо этого реактор девять часов проработал на половинной мощности. В этом неблагоприятном режиме накапливается ксенон-135, тормозящий цепную реакцию и затрудняющий управление реактором. Снижение мощности продолжилось только после 23:00, а в полночь 26 апреля заступила ночная смена, которая не готовилась к эксперименту. Череда дальнейших событий, похоже, представляла собой импровизированный компромисс между программой испытаний и реальной обстановкой. Например, реактор был стабилизирован при мощности 200 МВт вместо 700 МВт. В этот момент лучше всего было плавно заглушить реактор и дать ксенону-135 распасться естественным образом. Вместо этого операторы стали стимулировать цепную реакцию, выводя из активной зоны стержни управления и защиты (СУЗ). Эти стержни тормозят цепную реакцию. При нормальной эксплуатации реактора в активной зоне всегда находится некоторое количество СУЗ. Вводя и выводя их, операторы регулируют мощность.
Видимо, персонал перестарался, выведя слишком много стержней: произошел неожиданный скачок мощности. Оператор попытался экстренно заглушить реактор, нажав на кнопку «Аварийная защита-5» (АЗ-5). Эта кнопка вводит в активную зону сразу все СУЗ. По замыслу конструкторов, это должно моментально прекратить цепную реакцию в любых условиях. Однако вместо остановки реактор взорвался.
О том, что стало непосредственной причиной взрыва, а также кто и в какой мере виновен в произошедшем, спорят до сих пор. Официальная точка зрения властей СССР выражена в документе, подготовленном для МАГАТЭ в 1986 году. В нем вся ответственность возлагается на персонал станции. Однако в 1993 году Международная консультативная группа по ядерной безопасности (INSAG) опубликовала доклад, в котором внимание фокусируется на недостатках техники. Да, персонал ввел реактор в состояние, не предусмотренное инструкциями. Однако «наиболее важно, что физические характеристики реактора обусловили его неустойчивость» в этом нештатном, никем не изученном режиме. Кроме того, измерительная аппаратура не дала операторам достаточной информации о том, что реактор находится в опасном состоянии. Наконец, непосредственной причиной взрыва, согласно докладу INSAG, стала попытка экстренно заглушить реактор нажатием кнопки АЗ-5. Дело в том, что стержни были неправильно сконструированы. При штатном управлении реактором этот недостаток не играл роли, но в той конкретной ситуации стержни лишь ускорили цепную реакцию вместо того, чтобы ее остановить. Впрочем, высказывается и точка зрения, что взрыв был уже неизбежен, и нажатие АЗ-5 ни на что не повлияло.
Последствия катастрофы
В ликвидации аварии и уменьшении ее последствий участвовало от 600 000 до 800 000 человек (люфт связан с тем, кого именно считать ликвидатором). Обширные территории, на которых проживали миллионы человек, оказались загрязнены радионуклидами. Каковы же последствия этой катастрофы для жизни и здоровья людей?
Острую лучевую болезнь получили 134 человека. Из них за первые 100 дней, включая день аварии, умерли 28 человек. До 2016 года умерли еще 26, в среднем — в возрасте 58 лет. Что касается долгосрочных последствий для здоровья, то в первые 20 лет после аварии у ликвидаторов на 89% чаще диагностировали лейкоз, чем у российских мужчин в среднем. Подчеркнем: редкий диагноз «лейкоз» ставился ликвидаторам менее чем вдвое чаще, чем обычным жителям страны. Мало того, по оценкам специалистов, лишь половина этих 89% вызвана облучением. Остальное — скрининговый эффект: ликвидаторов, в отличие от всех обычных людей, обязательно проверяли на лейкоз, поэтому и обнаруживали его чаще. По подсчетам, сделанным в 2021 году, смертность ликвидаторов от всех причин была не больше, чем в среднем у российских мужчин.
А что насчет жителей районов, куда добрались радиоактивные изотопы? Из всех радионуклидов самую большую опасность представлял йод-131. Щитовидная железа человека накапливает йод, не разбирая, радиоактивен он или нет. Особенно уязвимы дети. У тех, кто в 1986-м были детьми и жили в пострадавших районах России, Украины и Белоруссии, в несколько раз чаще диагностируют рак щитовидной железы, чем в среднем по этим странам. По разным оценкам, от 7% до 50% этого роста связано с радионуклидом, остальное — все тот же скрининговый эффект. Период полураспада йода-131 — всего восемь дней, так что уже вскоре после аварии он распался практически весь.
Однако из разрушенного реактора были выброшены и долгоживущие радионуклиды, самые важные из которых — цезий-137 и стронций-90. Они распадаются медленно, но именно поэтому и излучают сравнительно слабо. В 2021 году радиоактивное загрязнение чернобыльского происхождения фиксировалось в более чем 11 000 населенных пунктов России, но влияние его на здоровье людей, по сути, остается недоказанным. «Превышающий природные нормы» и «опасный» — это разные вещи.
40 лет спустя
Что же сейчас происходит в самом пострадавшем регионе — чернобыльской зоне отчуждения? В 2016 году здесь был организован Чернобыльский радиационно-экологический биосферный заповедник, занимающий 227 000 га, то есть две трети зоны отчуждения. Это крупнейший заповедник Украины. Здесь обитают 303 вида позвоночных, растут 1256 видов высших растений, 120 видов лишайников и 200 видов мхов. В числе фауны заповедника — зубры, благородные олени, медведи. Надо ли говорить, как трудно встретить этих зверей в густонаселенной Киевской области? Мало того, фауна Чернобыльского заповедника богаче, чем на других охраняемых территориях Северной Украины. Такой вывод сделан в исследовании, опубликованной в авторитетном научном журнале Proceedings of the Royal Society B: Biological Sciences.
Авторы изучали фауну севера Украины на территории в 60 000 кв. км в 2020–2021 годах. Помимо Чернобыльского, обследовалось еще четыре заповедника и два национальных природных парка, а также неохраняемые территории. Биологи использовали фотоловушки для обнаружения 11 видов млекопитающих. Оказалось, что именно в Чернобыльском и соседнем с ним Древлянском заповеднике чаще всего встречаются лошадь Пржевальского, рысь, лось и благородный олень. Авторы интерпретируют это банально: природоохранные территории работают лучше всего, когда они большие, непрерывные и там действительно нет лишних людей. Вопреки радиофобным мифам, хозяйственная деятельность человека наносит природе куда больше вреда, чем чернобыльский цезий и стронций.
Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора