К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего браузера.

Реформа или ликвидация: сохранится ли в России суд присяжных

Фото Анастасии Романовой / Абзац / ТАСС
Фото Анастасии Романовой / Абзац / ТАСС
В Верховном суде России обсуждается реформа суда присяжных, основной элемент которой — объединение присяжных в единую коллегию с профессиональным судьей. По мнению старшего партнера Адвокатского бюро города Москвы «Сословие» Юлии Стрелковой, подобный шаг означает фактическую ликвидацию суда присяжных и его замену некой модернизированной версией существовавшего в советские времена суда народных заседателей

Предложения Верховного суда (ВС) не были опубликованы в открытом доступе, как не была доведена до широкой юридической общественности и информация о круглом столе в Российском государственном университете правосудия, на котором эти предложения обсуждались. Поэтому пока идеи реформы суда присяжных можно обозначить только на основе публикаций:

  • сократить число присяжных до четырех;
  • упростить судебное следствие, позволив обсуждать в присутствии присяжных заседателей вопросы, не относящиеся к их компетенции, а это сведения, характеризующие подсудимого и потерпевшего, и любые процедурные вопросы;
  • совместное вынесение вердикта присяжными и профессиональным судьей;
  • повышение максимального возраста присяжных;
  • предоставление подсудимому права «передумать» — отказаться от суда присяжных после удовлетворения соответствующего ходатайства.

Эти изменения, по мнению Верховного суда, позволят снизить высокие показатели отмен приговоров, вынесенных судами присяжных. Согласно данным, представленным на круглом столе зампредом ВС Николаем Тимошиным, в 2025 году был отменен 81% оправдательных приговоров.

Проанализировав все обозначенные идеи, приходится признать: ключевая мысль состоит в объединении присяжных с судьей и уменьшении их количества, остальные поправки имеют второстепенную роль. При этом ВС обозначает, что его предложения направлены лишь на совершенствование процедуры рассмотрения уголовных дел судом присяжных, и он не предлагает менять название этого института.

Telegram-канал Forbes.Russia
Канал о бизнесе, финансах, экономике и стиле жизни
Подписаться

Смешение компетенций

Юриспруденция, как и любая другая наука, обладает собственным универсальным понятийным аппаратом, имеющим многовековую историю и единое понимание в разных правовых системах. Теория процессуального права различает три коллегиальных состава суда: профессиональный — более одного судьи, смешанный — судья или судьи выносят решения совместно с представителями народа, суд присяжных, когда представители народа самостоятельны и организационно отделены от судей. Основной признак суда присяжных состоит в строгом разделении компетенций между присяжными и судьей: первые оценивают доказанность обвинения, причастность подсудимого и разрешают вопрос о его виновности, в то время как судья руководит процессом с юридической точки зрения и трансформирует мнение присяжных в приговор. Эту сущностную черту суда с участием присяжных заседателей неоднократно подчеркивал и Конституционный суд России в своих постановлениях и определениях.

Совместное же вынесение решения судьей и представителями общества однозначно определяет такой состав суда как смешанный, вне зависимости от того, как он назван в законодательстве: если называть квадрат треугольником, количество его углов от этого не изменится. Номинальное название «суд присяжных» используется в законодательстве некоторых государств, например Казахстана и Украины, что, однако, никак не отменяет того, что в этих государствах в действительности используются смешанные составы суда, а суды присяжных введены так и не были. 

 

Предложения Верховного суда, как бы они ни позиционировались, предполагают прямое изменение формы участия народа в отправлении правосудия — ликвидацию суда присяжных и его замену некой модернизированной версией суда народных заседателей. Смысл сохранения прежнего названия при явном несоответствии ему предлагаемого института весьма прозаичен: право на суд присяжных закреплено в 47-й статье российской Конституции, изменение которой требует поддержки Совета Федерации и Государственной Думы, созыва Конституционного Собрания, разработки им проекта новой Конституции и проведения всенародного референдума. Такой способ закрепления неслучаен — это способ защиты важнейшего конституционного права от неоправданных действий законодательной власти.

Присяжные и судья

По российскому законодательству о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей ходатайствует обвиняемый. Доверие к этой форме судопроизводства основано на самостоятельном разрешении дела обычными представителями общества, которые не обязаны учитывать при вынесении решения множество юридических тонкостей, сковывающих профессионала: прежде всего, как обосновать свое решение тем способом, который устоит в вышестоящих судах. Не критикуя профессиональных судей, стоит отметить, что у обвиняемых в отношении присяжных нет подозрений в предвзятости. Присяжные, в отличие от судей, не имели отношения к принятию болезненных для обвиняемых решений на досудебных стадиях, например по избранию и продлению сроков заключения под стражей.

Истории советского и российского судопроизводства хорошо знаком смешанный состав суда — народные заседатели, единственное отличие которых от нынешнего предложения ВС состоит в том, что заседатели участвовали в рассмотрении дел на постоянной основе. Качество суда народных заседателей получило однозначную оценку в Концепции судебной реформы 1991 года, утвержденной Верховным Советом РСФСР: «наивно <…> думать, будто «расширенная коллегия народных заседателей» повысит качество судебных решений. До тех пор, пока сохранится суд шеффенов (суд смешанного состава. — Forbes), предполагающий совместное совещание и голосование судьи — профессионала и простых граждан <…> механическое увеличение голов, кивающих в такт словам председательствующего, ничего не даст».

 

Очевидно, что профессиональный судья, помещенный в единую коллегию с представителями общества, сможет если не подавить их волю, то как минимум переубедить их, используя свой опыт, авторитет и ссылки на нормы закона. Такие опасения по поводу конкретных уголовных дел постоянно возникают, например, в Казахстане: за многими обвинительными приговорами защите видится именно фигура профессионального судьи, а не присяжные заседатели. Такая ситуация не способствует повышению авторитета судебной системы в глазах общества, провоцируя подозрения в адрес судей, пусть даже и беспочвенные.

Что делать с отменой приговоров

Инициаторы реформы считают проблемой большое число оправдательных приговоров, выносимых судами присяжных, которые потом отменяются вышестоящими судами. Однако абсолютное большинство отмен связано с «человеческим фактором» — ошибками профессиональных участников, прежде всего председательствующих в процессах судей. Многие из этих ошибок могли бы быть преодолены: далеко не в каждом уголовном деле своевременное выявление обстоятельств, способных повлечь отмену, имеет особую юридическую сложность. Неясно, например, по какой причине до сих пор — за 33 года функционирования судов присяжных в областных и приравненных судах и 10 лет в районных — массово допускаются ошибки при составлении вопросных листов, выявлении неясных и противоречивых вердиктов, проведении отбора коллегии присяжных. Решением проблемы могло бы стать повышение квалификации профессиональных участников — судей, прокуроров и адвокатов, а также использование цифровых технологий, например проверки проектов вопросных листов и вердиктов с использованием ИИ или отбора присяжных с помощью электронного списка, что не позволило бы включить в состав коллегии ранее отведенного кандидата. Эти меры позволили бы действительно сократить количество отмен приговоров без разрушения суда присяжных.

Принятие же изменений, предлагаемых Верховным судом, приведет к скрытой утрате этого состава суда. На «бумаге» он останется — и в Конституции, и в УПК, но вместо него будет функционировать совершенно иной институт, в котором представители народа уже не смогут принимать решение о виновности подсудимого автономно. 

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора