Миллиарды долларов за коучей: как бизнес-тренеры стали незаменимыми

Financial Times выяснила, в чем заключается роль бизнес-тренера и почему помощник в бизнесе перестал быть признаком слабости, и теперь без него не обойтись даже сильным предпринимателям.

В последние годы рынок услуг бизнес-тренеров (коучинга) существенно вырос  - по данным Международной федерации коучинга, число ее членов за пять лет (с 2013-го по 2018-й) увеличилось на 50%, до 33 000. Объем рынка организация оценивает примерно в $2,4 млрд в год в США и в $900 млн в Европе. При этом меняется не только ландшафт рынка, но и сам смысл работы бизнес-тренера. Что происходит на этом рынке и в этой профессии, разбиралась Financial Times. 

  • Многие мечтают изменить жизнь с Нового года, задумываются о планах на будущее. Поэтому первая неделя января - горячая пора для бизнес-тренеров, рассказывает Кэтрин Девитт, руководитель компании Meyler Campbell, предоставляющей услуги бизнес-тренеров.
  • Отношения к бизнес-тренерам сильно изменилось за последние годы. Еще недавно наличие коуча у того или иного руководителя рассматривалось многими в мире бизнеса как проявление слабости. Мишель Уолдер, исполнительный директор компании TXG, которая предоставляет услуги бизнес-тренеров для транснациональных корпораций, говорит, что восприятие коучинга для руководителей теперь другое. «Раньше коучинг лечил, потом стал престижным», - говорит она. «Теперь это практический инструмент». 
  • В отличие от ментора (наставника), коуч держится с предпринимателем на равных, регулярно с ним встречается лично или по скайпу. Бывший генеральный директор Google Эрик Шмидт считает, что бизнес-тренер помогает взглянуть на себя со стороны. А Брэд Фелд, американский предприниматель и венчурный инвестор из Foundry Group, сравнивает бизнес-тренера со спортивным наставником.
  • Коучинг - разноплановое явление. Бизнес-тренеры существуют наряду с тренерами по счастью и "хотелогами" (wantologists) - тренерами, которые помогают понять, чего человек хочет. Рынок никак не регулируется и у него нет барьеров на входе. Теоретически, уволенный руководитель может стать бизнес-тренером хоть на следующий день

  • Как бизнес подсел на коучинг, который берет корни из спорта, терапии, позитивной психологии и не имеет четких стандартов? Дело в том, что раньше сотрудник рассчитывал проработать в одной компании всю свою жизнь. Теперь из-за увеличения продолжительности жизни растет и срок «трудовой жизни». Люди обращаются к бизнес-тренерам за советом, как сменить карьеру. Изменилось и отношение к работе. Она теперь воспринимается  не только как источник денег, но и как цель и страсть.

  • Скачок популярности коучинга для руководителей связан с тем, что компании перешли от строгой административной иерархии к более гибким формам управления. Теперь от руководителей требуют предпринимательского подхода и инновационности. Тренеры помогают развить soft skills: лидерство, нетворкинг (налаживание связей) и умение работать в команде.

  • Как необходимость коучей объясняют сами топ-менеджеры? Партнер в EY Тони Апонте говорит, что некоторые вещи он не хочет взваливать на свою семью. "Друзья и семья обычно говорят то, что ты хочешь услышать", - объясняет он. Его тренер, Доун Понс, считает, что его роль состоит в том, чтобы его визави почувствовал себя "немного некомфортно", чтобы он почувствовал вызов. "Быть вежливым другом - не моя работа", - подчеркивает тренер.

  • Коучинг - это недешево. По данным ICF, средняя сессия в США стоит $231 в час. Впрочем, цена сильно зависит от опыта специалиста - коучи с десятилетним опытом могут взять в среднем $330 за час, а новички в этом бизнесе - $120. В Западной Европе час обучения стоит в среднем. $288. Услуги самых востребованных тренеров могут стоить значительно дороже.
  • Бум рынка коучинга вызвал появление на рынке организаций-посредников — компаний, которые сводят бизнес-тренеров с крупными корпорациями. Услуги коучинга предлагают и многие бизнес-школы.
  • Исследования показывают, что коучинг «улучшает здоровье, благополучие людей и удовлетворенность работой, повышает производительность и саморегуляцию», утверждает профессор Берлинского университета прикладных наук SRH Карстен Шермули.
  • Как и в случае с психотерапией, 40% эффективности коучинга зависит от желания человека измениться, говорит Адриан Фернхэм, профессор психологии в UCL. Коучинг может и навредить. По словам профессора Шермули, иногда тренеры путают выгорание с депрессией. Или злоупотребляют своей властью - когда «тренер самовлюбленный нарцисс или  пытается заработать на клиенте много денег, например, увеличивает количество сессий коучинга.
  • Бизнес-тренерам приходится балансировать между желанием рассказывать правду и страхом быть уволенным. Джон Блэйки, основатель Trusted Executive Foundation, отмечает, что работа тренера может быть напряженной. По его словам, люди воспринимают работу коуча как обычные посиделки за чашкой кофе. На самом деле работать с влиятельными людьми - тяжелый труд. Тренеры могут испытывать эмоциональное истощение, бояться клиента и чувствовать вину, что делают недостаточно для своих подопечных. 
  • Востребованные бизнес-тренеры могут зарабатывать на коучинге большие суммы. Но многие тренеры не работают регулярно.  Исследования показывают, что только треть годового дохода немецких бизнес-тренеров шла от коучинга, остальное приносили обучение и консалтинг. «Это может создать проблемы для коучинга. Если вы будете делать это только один раз в месяц, вы не получите опыт », - отмечает профессор Шермули. Так что иногда тренеры бросают коучинг и возвращаются к прежней работе.
  • Еще одна «темная сторона» коучинга, по словам профессора Европейской школы менеджмента и технологий в Берлине Константина Коротова — желание бизнес-тренеров встать на сторону работодателя и оказывать давление на сотрудников. В некоторых случаях компании прибегают к коучингу, чтобы изменить человека, а не корпоративную культуру. Так, например, одна из женщин-управленцев рассказывает, что ее работодатель пригласил для нее коуча, чтобы умерить ее агрессию, которая якобы имела место. Сама она считает это проявлением "институционального сексизма" и говорит не об агрессии, а о амбициозности и прямой манере решать проблемы. «Люди имеют право не хотеть меняться», - отмечает Коротов. Есть тонкая грань между индивидуальным саморазвитием и целями организации: амбиции старшего руководителя могут не совпадать с амбициями их команды. 

Фото Getty Images