Путин принял удар на себя: почему пандемия подрывает рейтинг президента

Фото Maxim Shemetov / Reuters
Фото Maxim Shemetov / Reuters
Продление президентских полномочий сыграло против Путина в условиях пандемии, коронавирус и курс рубля теперь бьют по рейтингу власти сильнее оппозиции, считает эксперт Московского центра Карнеги Андрей Колесников

Российская политика в эпоху пандемии приобрела форму треугольника: Владимир Путин — Сергей Собянин — Михаил Мишустин.

Владимир Путин — президент и всероссийский психотерапевт. Он объявляет нерабочие недели, пытается успокоить банкротящихся предпринимателей, готовится к всероссийскому голосованию за поправки к конституции, которые продлевают его правление до 2036 года, и к Параду Победы 9 мая, важному с точки зрения поддержания его рейтингов.

Сергей Собянин — мэр Москвы, образец эффективного менеджера-технократа с гигантским московским бюджетом, прославившийся перманентной реновацией столицы и жестким подавлением протестов в Москве в 2019 году, глава рабочей группы по борьбе с коронавирусом.

Михаил Мишустин — новый премьер-министр, фанат цифровизации и технократ.

Каждый из них попал в непростую ситуацию. Путину пандемия сорвала важнейшее мобилизационное мероприятие — голосование за поправки к конституции, а фактически за обнуление сроков его президентства. Собянин стал лицом кризиса: он проявляет ответственность, что идет ему в плюс, но он же объявляет о непопулярных решениях о введении карантина. Мишустин вырабатывает решения по поддержке экономики и бизнеса, хаотичные и не всегда достаточные.

Мишустин — техническое лицо кризиса. Собянин — ответственное за карантин лицо. Путин проявляет солидарность с населением, посещает больницу в смешном желтом защитном костюме, вызвавшем волну насмешек в соцсетях, требует более эффективной работы от руководителей разных уровней. На этом фоне Собянин выглядит лучше всех других высших чиновников. Правда, с политической точки зрения, если учитывать, что Путин никуда уходить не собирается, политического будущего у московского мэра нет. Максимум, что ему светит, — это пост премьера, от которого он шарахается: лучше быть полноправным хозяином в городе с масштабным бюджетом и возможностями, чем премьер-министром не слишком богатой страны.

У Путина, по сравнению с Собяниным и Мишустиным, проблемы. Who is Mr. Mishustin, общественное мнение еще не очень поняло, да и не особо стремится понимать: председатель правительства в российской системе власти — фигура техническая, и его рейтинг стабилен. Здесь важна не фамилия, а должность. Собянин, хотя у него есть персональные качества и политическая субъектность, — прежде всего руководитель региона. А у руководителей регионов именно в 2020 году рейтинги растут: локальная власть оказывается ближе федеральной. Средние 65% одобрения деятельности региональных руководителей (согласно данным «Левада-Центра») выше мартовского рейтинга одобрения деятельности Владимира Путина, который упал с февральских 69% до мартовских 63%.

Это важное событие. Во-первых, этот показатель долгое время держался на плато 68-70%. И соскальзывание вниз на 6 пунктов — это много. Во-вторых, 63% одобрения было у Путина в марте 2013-го, ровно семь лет тому назад, до присоединения Крыма. Самый низкий показатель составлял 61% в 2011 году. Для сравнения: в марте 2014-го, после крымских событий, рейтинг главы государства взлетел до 80%.

Трудно сказать, в какой мере на падение показателя повлиял коронавирус, а в какой — падение цен на нефть и вслед за тем курса рубля. В любом случае менеджмент Путина в кризисное время общественное мнение оценивает низко.

Возможна еще одна гипотеза: несмотря на равнодушие, с которым было воспринято обнуление сроков автократического правителя, на самом деле этот акт, как и внесение других поправок в конституцию, в том числе и безмерно популистских социальных гарантий, сыграли не за Путина, а против него.

В социальные гарантии никто не верит, не говоря уже о том, что они воспринимаются как обязанность государства, а не как удивительное благодеяние. Смена правительства не была оценена как серьезное изменение в политической системе. «Вечный» Путин тоже не впечатлил: от него этого ждали, он безальтернативен. Однако отсутствие альтернативы — надоело. О чем свидетельствует еще один мартовский опрос «Левада-Центра»: 62% считают, что для исполнения обязанностей президента должен быть установлен предельный возраст. На сменяемости власти и появлении новых политиков настаивают 50% против 37%, выступающих за стабильность и сохранение узкого круга политиков у власти.

В сущности, произошел раскол общественного мнения пополам. В идеальной пропорции 46% к 46% разделились голоса респондентов «Левада-Центра» по поводу того, честным или нечестным будет всероссийское голосование по поправкам, которое перенесено из-за коронавируса с апреля на более поздний срок. Обнуление сроков Путина одобряют 48%, не одобряют — 47%.

Из тех, кто решил принять участие во всероссийском голосовании, превращающемся в референдум о доверии Путину (54% вроде бы собираются, 33% твердо собираются прийти на участки), лишь 9% готовы голосовать против. Большинство из тех, кто приходят к избирательным урнам в России, — всегда за власть. 27% опрошенных твердо намерены не голосовать. Основной мотив — нет смысла, все уже решено, все подстроено, это обман, цирк, показуха.

От февраля к марту вместе с рейтингом одобрения деятельности президента было отмечено снижение показателя «дела идут в правильном направлении» — с 53% до 48%. Сравним: до Крыма, в 2013 году, этот индикатор составлял всего 40%, после Крыма, в 2014-м уже 60%. Показатель «страна движется по неверному пути» вырос с 38% в феврале до 42% (до Крыма этот индикатор достигал 44%, сразу после — 26%). По этим данным видно, до какой степени исчерпался крымский мобилизационный эффект.

Мобилизовывать население уже практически нечем. Ну, не Северный же полюс аннексировать, хотя и это не воспламенит массы. У Путина из всех инструментов осталась только историческая политика. Поэтому он и не может отменить парад в День Победы над фашизмом 9 мая. Но это механизм краткосрочного действия.

Парадоксальным образом продление полномочий президента за границы 2024 года сыграло против него. А коронавирус и курс рубля оказались эффективнее оппозиции в деле подрыва рейтингов Путина.