Самоизоляция для богатых: кто смог позволить себе уйти на карантин

Фото ANATOLY MALTSEV / EPA / ТАСС
Фото ANATOLY MALTSEV / EPA / ТАСС
У состоятельных россиян было больше возможностей для соблюдения карантинных мер, чем у людей с меньшими доходами. Такой вывод можно сделать из научного исследования, проведенного на кафедре социально-экономической географии зарубежных стран МГУ

Насколько россияне соблюдают меры самоизоляции? Twitter и Facebook переполнены злой иронией по отношению к «ним» — тем, кто жарит шашлыки или ходит в церковь, — и одновременно сочувствием к «своим» — кого задерживают на бульваре с собачкой. Телевидение демонстрирует показательные задержания нарушителей. При этом единственным объективным источником информации о том, насколько эффективны принятые меры по сдерживанию распространения инфекции, стали баллы уровня самоизоляции, которые региональное начальство требует поддерживать в заданных интервалах. Они же стали новым KPI для руководителей городов и районов. Для расчета уровня самоизоляции используются «большие данные».

Официальную позицию можно коротко сформулировать так: самоизоляция работает, нерабочие дни оплачиваются, всем, кому надо, выдали пропуска, а нарушителей надо наказывать. Но что же происходит на самом деле? Кому не сидится дома: самым безответственным? Или самым бедным — тем, кого безденежье вынуждает игнорировать меры самоизоляции?

Бедные районы изолировались хуже остальных

Открытые данные о подвижности населения содержатся на обновляющейся карте «Яндекса», где доступны баллы подвижности по населенным пунктам 308 муниципальных образований (будем для краткости называть их районами) из 2345, то есть около 13%. Для дальнейшего анализа мы агрегировали все районы в 10 групп-децилей по уровню заработной платы и в каждой группе посчитали по дням недели динамику мобильности, начиная с довирусного периода. Сведения о заработной плате в разрезе муниципальных образований взяты из БДМО Росстата.

На графике ниже показано снижение суточной мобильности: насколько уменьшилась доля людей, передвигавшихся за пределами окрестности своего дома по сравнению с наиболее подвижным днем. Значение каждого дня недели сравнивается со значениями того же дня: показано, к примеру, падение мобильности в «нерабочую» среду по сравнению с наиболее подвижной средой до введения ограничений. Это объясняет «пилу» значений во время периода «нерабочих дней»: мобильность в выходные дни не так сильно снизилась относительно доизоляционных выходных по сравнению с сильным падением мобильности в будние дни.

Слева от основного графика показаны усредненные тренды изменения мобильности в районах, относящихся к трем самым богатым децилям, трем самым бедным и четырем средним.

Рис. 1. Динамика индекса самоизоляции по муниципальным образованиям России по уровню заработной платы

Источник: БДМО Росстата, данные о мобильности «Яндекса»

Первые два резких снижения городской мобильности — это праздники 23 Февраля и 8 Марта. По ним можно оценить, что в праздники мобильность падает в 1,5–2 раза. С середины марта власти регионов начали выдавать нестрогие рекомендации сократить число поездок на работу. Как видно на графике, к ним прислушались в районах с высокими и средними зарплатами, тогда как самая бедная треть территорий почти не изменила распорядка жизни.

После объявления Владимиром Путиным режима нерабочих дней с 30 марта по 3 апреля регионы начали вводить строгие меры изоляции населения, контроля межрегиональных и внутренних перевозок. Это привело к немедленному эффекту. Доделав в последние «предвыходные» дни дела (виден рост мобильности населения в богатых и средних муниципалитетах), люди действительно начали соблюдать изоляцию.

В первые же дни карантина проявилась главная закономерность: чем богаче люди, тем эффективнее самоизоляция. 20% самых богатых территорий изолировались в 1,5–2 раза лучше, чем 20% самых бедных.

Очевидно, что в беднейших районах действует комплекс факторов, препятствующих эффективной изоляции. Главный — отсутствие накоплений даже для минимального простоя. В таких районах и в обычные праздники мобильность падает в 2–3 раза слабее, чем в богатых. Большая часть этих районов (см. рис. 2) — сельские и мелкогородские, расположенные в так называемой внутренней периферии Центральной России (они удалены от крупных городов, некоторые расположены на границах между регионами), в сельских районах южной Сибири и национальных республик Северного Кавказа. В таких местах затруднен не только контроль за режимом изоляции, но и даже информирование о нем.

Нет денег утром нет стульев вечером

Когда президент объявил о продлении карантина на месяц, но не предложил мер поддержки бизнеса, эффективность режима «нерабочих дней» стала сильно снижаться, особенно в средних и богатых районах, где уровень изоляции резко сократился почти на треть. Разрыв между богатыми и бедными уменьшился: мобильность средних и богатых районов приблизилась к стабильно высокой подвижности бедных. Вероятно, жители богатых и средних по зажиточности районов начали искать пути к выживанию и поддержанию заработка, а не к изоляции.

Далее весь апрель подвижность оставалась примерно на том же уровне с постепенным снижением индекса в богатых районах. Видимо, стала сказываться накопленная усталость от изоляции. Люди постепенно разобрались в реальных порядках карантинного режима и стали позволять себе прогулки. Уровень подвижности наиболее богатых районов стал подтягиваться к остальным.

К началу мая индексы для разных групп почти сравнялись на минимальном значении уровня самоизоляции. Верхи не хотят больше сидеть дома, а низы (и, видимо, приблизившиеся к ним средние районы) по-прежнему не могут это делать в силу необходимости зарабатывать.

Для других стран столь разное протекание режима противоэпидемических мер в разных районах не характерно. Так, аналогичные данные по снижению количества поездок на работу в США, опубликованные журналом The Economist, не показывают снижения эффективности мер ограничения мобильности в зависимости от уровня достатка жителей. Бедные округа в Америке тоже хуже изолируются, но разрыв с богатыми (10–12 %) не так велик, как у нас, и динамика уровня изоляции у разных групп одинаковая. Вероятно, сходство реакции бедных и богатых стало следствием практики всеобщей, — а не избирательной, — материальной поддержки населения.

Разные доходы, разные возможности

Обратимся к территориальному аспекту самоизоляционного неравенства. На карте ниже районы России окрашены в цвета децилей по размеру средней зарплаты, которые мы выделили для построения графика динамики (рис. 1). Рассмотрение страны на уровне районов позволяет избежать искажения картины в субъекте федерации из-за большой внутренней поляризации, в первую очередь между административным центром и остальными районами.

Рис. 2. Средняя заработная плата по муниципальным образованиям России, 2017

Источник: БДМО Росстата

Можно выделить три типа реакции территорий на объявленные меры самоизоляции.

  1. Богатые территории — столицы, центры успешных регионов, районы Крайнего Севера.
    Это наиболее дисциплинированная группа. Жители начали самоизолироваться еще в период действия рекомендательных мер, а затем продемонстрировали наибольшую прилежность в первую неделю после ужесточения мер. В то же время именно эта группа районов наиболее сильно поражена недостаточностью мер господдержки экономики: столичные и крупные города концентрируют наибольшее разнообразие услуг, обеспечивающих качество жизни относительно богатого населения. После второй речи президента владельцы и занятые в бизнесе люди поняли, что помощи ждать неоткуда, и стали придерживаться изоляции в меньшей степени. Четверть самоизолировавшихся возобновили мобильность, а оставшиеся стали постепенно все сильнее нарушать самоизоляцию.
  2. Бедные территории — сельские районы Центральной России и Поволжья, юг Сибири (Курганская и Омская области, Алтайский край, Республика Тыва, Бурятия, Алтай, Калмыкия и Северный Кавказ и др.). В эту группу входят наиболее уязвимые районы, для которых меры самоизоляции не сработали. В рекомендательный период жители этих районов почти не снижали мобильность. После начала режима самоизоляции мобильность упала в 2 раза (то есть вдвое меньше, чем в богатых районах, где падение составило 3,7–4 раза). Вероятно, самоизолироваться в этих районах смогли только бюджетники, доля которых в этих депрессивных и отсталых районах повышена и за которыми государство сохранило заработную плату. Остальные граждане на меры самоизоляции не среагировали вообще. Это ярчайшее проявление социального неравенства территорий, которое ведет к неравенству в возможностях охраны собственного здоровья. Мера, направленная на сдерживание эпидемии, оказалась непригодна для бедного и разреженного населения этих районов.
  3. Средние по уровню зарплаты районы
    Реакция этих районов в целом похожа на реакцию богатых районов. Однако эффективность самоизоляции здесь оказалась гораздо ниже. В средних районах мобильность сначала сократилась в 3–3,5 раза, но затем снижение быстро сократилось до уровня 2,5-3 раз, а к концу апреля — до 2,3–2,5 раза по сравнению с доизоляционным временем. В этих районах, по-видимому, в большей степени сказалась не усталость «сытого» населения богатых районов от изоляции, а быстрое исчерпание резервов, которое вытолкнуло людей из домов. К концу апреля средние районы почти сравнялись с бедными по уровню мобильности.

Территориальное неравенство во время кризисов обычно уменьшается. Но реакция российских регионов пока не демонстрирует такого эффекта. Напротив, изоляция первой недели максимально расслоила территории, обнажив кричащие различия в уровне жизни, которые делают противоэпидемические меры самоизоляции неприменимыми для бедных. Можно предположить, что при наличии эффективной системы материальной поддержки эти уровни можно было бы сохранить и в дальнейшем. Реальность, однако, показывает падение действенности мер самоизоляции даже в средних по уровню заработной платы районах, где поначалу эти меры были эффективны.

Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции

Последние новости о пандемии коронавируса можно узнать здесь