Прыжок веры: какие испытания ждут частных инвесторов

Кто и почему готовится к IPO в 2021 году, как инвестировать в ситуации низких ставок, ожидает ли рынок роста инфляции, есть ли интересные инвестиционные продукты в банках, не входящих в топ-10? Обо всем этом — в интервью председателя совета директоров финансовой группы QBF Романа Шпакова.

Финансовая группа QBF, специализирующаяся на инвестиционных решениях для частных и корпоративных клиентов, образована в 2008 году. Рынок с тех пор много раз переживал взлеты и падения. О том, на что стоит обращать внимание инвестору сегодня и какие возможности открываются в период пандемии, мы поговорили с основателем и председателем совета директоров группы Романом Шпаковым. 

Роман Шпаков, председатель совета директоров финансовой группы QBF
Роман Шпаков, председатель совета директоров финансовой группы QBF

Низкие ставки на рынке — это хорошо или плохо? 

Смотря для кого. Период низких ставок был особенно хорош для эмитентов, которые успели перевыпустить свои облигации и смогли значительно снизить стоимость своего долга. И для начинающих инвесторов, покинувших банки со своими депозитами и получивших возможность инвестировать сбережения на более выгодных условиях. Так что благодаря низким ставкам часть владельцев накоплений вышла на фондовый рынок и начала делать свои первые шаги. Пока ключевая ставка Банка России стоит на месте, все находится в балансе — страх потери сбережений компенсируют иные финансовые инструменты. Но я вижу две тенденции, которые будут заставлять как эмитентов, так и инвесторов заново принимать решения о том, куда и как они должны вкладываться. 

Что это за тенденции?

Рост инфляции и рост ключевой ставки Банка России. При этом пандемия скорее катализатор, а не основной фактор развития ситуации. В перспективе ситуация может стимулировать инвесторов снова пересматривать инструментарий для сохранения и приумножения средств. И тут настанет время для оживления рынка по части новых решений, например,активных стратегий доверительного управления или IPO.

Это станет серьезным испытанием для начинающих инвесторов, которые приняли решение выйти из депозитов, созрели для инвестирования, но пропустили стадию плавного входа в рынок акций через рынок облигаций. На мой взгляд, им придется совершить своего рода «прыжок веры», если их желание перевести кэш в активы будет твердым.  

В банках есть специальные подразделения, которые сразу же им предложат те или иные инструменты и сервисы, чтобы не упустить их из своего влияния. Разве нет? 

Тут интересная особенность момента: в банках из первой десятки есть профессиональные подразделения по работе с инвесторами. Но уже во второй десятке мы видим пробелы, потому что содержать их при отсутствии потока клиентов дорого, да и сотрудники, если не обеспечить их постоянной загрузкой, могут растерять компетенции. Такой след оставил кризис 2008 года, когда частные инвесторы обожглись и не очень горели желанием снова выходить на рынок. Крупнейшие банки пополнили свои команды, многие «инвестиционщики» просто переквалифицировались, часть из них ушла в кредитные учреждения. Сейчас идет мощнейший bankrunning вкладчиков. Но профессионалов в инвестициях на рынке не так много, и банки постоянно пытаются их хантить, в том числе и у нас.

Ситуация развернулась. Еще пару лет назад мы приходили в банки со своими продуктами, ПИФами, стратегиями, и нам говорили, что это не интересно: клиенты держат средства в депозитах, им всего хватает. Но с середины 2019 года, и особенно в 2020-м, банки с большим интересом отвечают на предложения поставить на свои полки наши продукты. Мы уже установили партнерские отношения с шестью банками из топ-30. 

Эти отношения выгодны всем. Банки сохраняют клиентскую базу, мы расширяем круг инвесторов, а владельцы капиталов, недостаточных для вхождения в систему private banking, получают сопоставимое с этим уровнем обслуживание у нас. Private banking далеко не у всех начинается даже с 10 млн рублей, тогда как у нас персонального менеджера и индивидуальный сервис получают владельцы капиталов от 3 млн рублей. 

Это минимальный порог

В наши продукты можно зайти и с 50 000 рублей, получив поддержку нашей команды, но без предоставления услуги персонального менеджера. В каком-то смысле мы как айфон — уравниваем в возможностях доступа к продукту миллиардера и расклейщика объявлений. Последний, даже если купил гаджет в кредит, получает те же сервисы, что и первый. 

То есть владелец 50 000 или 3 млн рублей сам у вас торгует при вашей аналитической и прогнозной поддержке, но с учетом своих риск-аппетитов? 

Да. Наша задача — дать каждому клиенту продуктовую линейку, которая позволит реализовать его цели и задачи. При максимальной информационной поддержке. От 3 млн рублей доступна опция персонального консультанта. Но решения всегда остаются за клиентом.

И каков прирост клиентской базы после того, как ситуация с банками развернулась?

За десять месяцев 2020 года рост взрывной — 77,4%. 

Весной 2020 года в соцсетях было много жалоб на вашу работу. Что это было? 

У нас есть два «проблемных» кейса. Один — частный, с предоставлением физическими лицами документов об источнике происхождения денег. Это про то, как мы работаем с протоколами KYC. Второй — стандартная конкурентная борьба. В результате мы получили негативный пиар. 

Кстати, про подтверждение средств. На рынке много информации о том, что крупнейший в мире инвестбанк закрывает счета клиентов из России, работающих на иностранных рынках. Вы сталкивались с какими-то проблемами в связи с этим?

Наверное, как и все на рынке, мы хорошо знаем эту ситуацию. Она вызвана политическими торнадо, но качественно работающие компании решают все проблемы по доступам на рынок для своих клиентов. Наши клиенты этого не почувствовали.  

А пандемия как влияет на ваш бизнес? 

Март все наши стратегии прожили плюс-минус на отлично, точно лучше рынка. Мы «заложились» на то, что все-таки «закроют» Москву, встанут пассажиропотоки, будут развиваться бесконтактные сервисы и сервисы доставки и т.д. Когда мы прогнозировали такой вариант развития событий в декабре 2019 года, над нами смеялись. Но мы оказались правы.

Какие стратегии вы обсуждаете со своими клиентами сейчас? 

Мы рекомендуем перекладываться из депозитов и кэша в активы. Мы считаем, что в среднесрочной перспективе деньги будут стремительно обесцениваться, а активы —наоборот, дорожать.  В этом году, пожалуй, впервые за двадцать лет жадность победила страх у большого числа людей. Депозит — ни рублевый, ни валютный — не дает защиты от потери покупательной способности капиталов. Плюс люди бояться потерять работу и ищут какие-то инструменты, чтобы иметь возможность прожить на доходы от них. 

Правительства всех стран, и в первую очередь США, печатают деньги, что по всем экономическим законам приведет к инфляции. Уже выпущено 2 трлн долларов, идет обсуждение эмиссии еще на 2 трлн. Европейские меры поддержки также требуют денег. В такой ситуации просто «сидеть на деньгах» — не самая выгодная стратегия. Те, кто готов к риску, будут выходить на рынки первичных размещений акций новых компаний, на западные рынки. Тем, кто более консервативен, стоит покупать, как советует Баффет, бизнесы, которые им понятны. Например, все люди ходят в магазины за едой или заказывают доставку. Даже если все будет очень плохо в экономике, правительства разных стран выпустят талоны на еду — фуд-ритейлеры точно выживут. Выживут и производители базовых продуктов питания. Поставщики коммунальных услуг с большой долей вероятности останутся в бизнесе. Нефтегазовый сектор. Металлургия даже может выйти в плюс, поскольку переориентация промышленности на электромобили, а также потребности в росте производства более современных и быстрых компьютеров из-за развивающегося онлайна будут требовать тех металлов, которые в России есть. Это активы, которые стоит рассмотреть для покупки. 

Коммерческая недвижимость, особенно складская, — очень перспективный объект для инвестиций, что сложно сказать о заведениях общепита или модных ретейлерах (квартиры в недостроенных домах также сложный актив, если только они не расположены в самых престижных локациях). 

Рынок долга сейчас очень большой. Многие компании воспользовались ситуацией и облегчили себе долговое бремя, разместив облигации взамен привлечения кредитов в банках. Но если инфляция станет выше доходности по облигациям, то инвесторы, скорее всего, по классике начнут от них избавляться даже с дисконтом. 

Вы это обсуждаете на встречах со своими корпоративными клиентами тоже? 

Несомненно. Но у нас в структуре пока только около 10% выручки приходится на юрлица. Мы делаем для своих клиентов облигационные выпуски, ведем от их имени переговоры с крупными банками, торговыми площадками. Когда видим перспективу, делаем размещения — редко и не бесплатно, конечно, но с отложенным опционом по долевому участию в капитале. Потому что молодые перспективные компании несут большие издержки на запуск облигационного выпуска. На рынке мало компаний, готовых ими заниматься, потому что это работа в первую очередь с сегментом профессиональных инвесторов. При этом в IT-бизнесе понятных компаний не так много, остальные — быстрорастущие, молодые, но для розничных инвесторов их имена мало о чем говорят. Мы изучаем компании, оцениваем потенциал — когда можно будет эти компании вывести на IPO. Именно за такой работой мы видим будущее рынка: надо раскачивать и эту «песочницу», чтобы самые перспективные могли получить деньги не в виде долга, а в виде капитала с рынков. Иначе они будут просто куплены какой-то большой, скажем, экосистемой. Я уверен, что конкуренция очень важна для российского рынка.

Почему эти молодые компании должны прийти не в крупнейшие банки, а в инвестиционные компании? 

Большие банки, даже при наличии очень драйвовых инвестиционных подразделений, все же очень большие, забюрократизированные внутренними регламентами. Они реагируют медленнее, чем требуется большей части клиентов. Особенно если клиенты средние, а не привилегированные. Инвестиционные компании более мобильны и больше ориентированы на клиента, при этом у них та же высокая квалификация. Порой мы делаем выпуски облигаций или акций в партнерстве с крупными банками — это выгодно всем, а рынок пока такой большой, что до серьезного толкания локтями есть еще много времени.

В октябре банки впервые с зимы 2020 года заняли у Банка России деньги под РЕПО. Как вы оцениваете этот фактс точки зрения сотрудничества банков и инвестиционных компаний?

Да, банкам понадобились деньги. Помимо оттока средств вкладчиков, которые, будучи не самым дешевым пассивом, все же всегда были удобны для банков, много компаний-клиентов стали испытывать трудности с ведением бизнеса. Пока растущие отрасли из-за кризиса не поставляют достаточно доходов и прибыли, чтобы уравновесить отток капиталов. Не забывайте и про снижение активности иностранных инвесторов на рынке гособлигаций. А банкам нужно продолжить программы финансирования, выплатить депозиты, обеспечить работу офисов. Я вижу открывающееся окно возможностей по более заинтересованному отношению банков к инвестиционным компаниям. В бизнесе всегда лучше разделить с кем-то прибыль, чем одному нести убытки.

 

* На правах рекламы