Пример для Италии и Бразилии: 6 историй, когда в стране успешно реформировали футбол

В чемпионате мира — 2026 принимали участие 48 сборных, среди которых было сразу четыре дебютанта — Кабо-Верде, Кюрасао, Узбекистан и Иордания. Чем шире состав, тем больше шансов, что у аутсайдеров однажды проснутся футбольные амбиции, будут приняты программы развития, вложены средства и построены новые поля. Но даже фавориты — а на победу на турнире обычно претендуют, пусть и с разным количеством шансов, не более десятка команд — иногда переживают кризис и находят разные способы его преодолеть. Или нет.
Сборная Бразилии — единственный пока в истории пятикратный чемпион — не выигрывала турнир с 2002 года, с того же года не выходила в финал, а самым лучшим за этот период выступлением стало четвертое место на домашнем чемпионате мира в 2014 году. Но лучшим оно было только статистически — поражение 1:7 от Германии в полуфинале при родных трибунах стало катастрофой и национальной травмой. В Бразильской конфедерации футбола сменилось руководство, однако после выбранного в 2015 году Марко Поло Дел Неро глав у CBF было уже шесть. Луис Фелипе Сколари ушел в отставку с поста главного тренера, но и после него командой руководили уже шесть специалистов, включая такие громкие имена, как Дунга, Тите и Карло Анчелотти, у которого тоже ничего не получилось — на ЧМ-2026 Бразилия проиграла Норвегии в 1/8 финала. Новая программа подготовки молодых футболистов, запущенная после ЧМ-2014, результата пока тоже не дала.
На днях звезда «селесао» и обладатель «Золотого мяча» Кака заявил, что национальной команде необходим долгосрочный проект развития: «Мы отстаем. Необходима перестройка, которой, вероятно, займется Бразильская футбольная конфедерация. Надо привлечь клубы, подумать о долгосрочном проекте, о том, как мы будем вовлекать молодежные категории, как мы будем заниматься развитием спортсменов. Я думаю, что цель этого процесса — возродить ДНК бразильского футбола».
«Перестройка», «развитие молодежи», «возрождение футбольного ДНК» — эти слова звучат на любом языке, стоит сборной неудачно сыграть на крупном турнире. Мы слышали что-то подобное и на русском, когда у нас вводили и ужесточали лимит на легионеров или утверждали «Стратегию-2030», одной из целей которой была регулярная квалификация главной национальной сборной в финальные стадии турниров и рост результатов на этих турнирах. Принятая в 2017 году стратегия никак не оговаривала, что результаты должны появиться уже в 2018 году на домашнем чемпионате мира (хотя они как раз там и появились), а увидеть полноценные и долгосрочные плоды нам помешало отстранение от международных турниров.
Итальянцы — чемпионы мира-2006 — не смогли на следующем турнире в 2010 году в ЮАР выйти из группы. Попытки что-то сделать с итальянским футболом привели к назначению национальной легенды Роберто Баджо техническим директором Федерации футбола Италии, ответственным за работу с молодежью и поиск новых талантов. Только в этом году завирусилось видео, на котором Баджо держит в руках 900-страничный план по обновлению итальянского футбола. Сообщалось, что экс-футболист ждал пять часов, чтобы представить свой проект, но получил на выступление только 15 минут. Донести свои идеи до функционеров ему не удалось. В 2013 году он ушел в отставку со своего поста. Кто же тогда знал, что Италия снова не выйдет в плей-офф на ЧМ-2014, а затем трижды пролетит мимо финального турнира вообще, и единственным всплеском счастья будет чемпионский титул на Евро-2020.
После трагичного для нации с тем самым футбольным ДНК непопадания на ЧМ-2026 принятие мер стало не просто актуальным — жизненно необходимым. Было признано, что итальянские клубы ежегодно терпят убытки в размере более €730 млн и имеют задолженность около €5,5 млрд, теряют конкурентоспособность на европейском уровне, что страна имеет устаревшую инфраструктуру и серьезные проблемы в развитии отечественных талантов — только 1,9% игрового времени в высших дивизионах приходится на итальянских игроков до 21 года, имеющих право выступать за национальную сборную.
Среди изменений, которые предлагаются сейчас, есть следующие. Во-первых, распределять среди клубов не менее 15% доходов от телевизионных прав на основе показателей развития молодежного футбола — 10% будет поступать за использование игроков, прошедших подготовку в Италии.
Во-вторых, половину средств, полученных от выплат представителей беттинг-индустрии, резервировать для развития молодежных академий, подготовки итальянских футболистов, а также инвестировать в федеральные футбольные центры. Около 20% будут направлены на женский футбол и любительские футбольные школы.
В-третьих, предусмотрены налоговые льготы для молодых игроков. Спортсмены в возрасте от 18 до 23 лет, которые играли в молодежных системах итальянских клубов не менее пяти лет, получат 30-процентное снижение взносов на социальное страхование в течение первых пяти лет профессиональной карьеры.
В-четвертых, установят лимит: в молодежных командах Серии А и Серии В должно быть не менее 10 игроков в возрасте от 15 до 21 года. Несоблюдение правил может повлечь за собой санкции, включая штрафы, отстранение от соревнований и административные штрафы в размере от €10 000 до €50 000 за каждый матч, в котором были нарушены правила.
Но главным образом обсуждается фигура нового главного тренера сборной. Сразу после провала в квалификации в отставку подали и тренер Дженнаро Гаттузо, и возглавлявший с 2018 года Итальянскую футбольную федерацию Габриэле Гравина. Новый начальник итальянского футбола Джованни Малаго стремится подписать освободившегося после многолетней плодотворной работы в «Манчестер Сити» Пепа Гвардиолу, однако у федерации нет на него денег — Пеп хочет не менее €20 млн в год.
Перспективы очередных реформ публике предстоит оценить только спустя несколько лет, пока же хочется отметить, что в истории есть успешные примеры перестройки или же полноценной постройки успешной системы.
Германия
Чемпионат мира — 2026 сложился для «бундесманшафт» далеко не блестяще — вылетели в серии пенальти от Парагвая в первом же раунде плей-офф. Разумеется, было не избежать разговоров о необходимости пересмотреть подход к развитию футбола в стране. Довольно резко высказался Филипп Лам, экс-капитан сборной Германии и чемпион мира — 2014. «Мы отстаем уже десять лет, потому что не адаптировались к современным тенденциям, а шли своим собственным путем», — сказал он, отметив, что в Немецком футбольном союзе слишком много ставят экспериментов, а клубы подписывают множество крепких, но не выдающихся иностранцев, и поэтому местные таланты не находят себе места. В Бундеслиге с 2008 года действует правило по доморощенным игрокам: восемь футболистов в команде должны быть воспитанниками немецких клубов, четверо из них — непосредственно данной команды. Кроме того, 12 из 25 игроков в заявке должны иметь гражданство Германии.
Впрочем, в Германии умеют перестраиваться и реформироваться — ведь именно немецкий пример считается хрестоматийным, когда речь заходит о позитивных изменениях в футболе.
Когда Германия вылетела с ЧМ-1998, потерпев сокрушительное поражение в четвертьфинале от Хорватии со счетом 3:0, а летом 2000 года заняла последнее место в группе на Евро, Немецкий футбольный союз (DFB) начал самую, пожалуй, масштабную структурную реформу в истории крупной футбольной державы.
Было открыто 390 региональных баз по развитию талантов по всей стране — по одной в радиусе 25 км от практически каждого молодого игрока в Германии. В DFB хотели, чтобы талантливым игрокам не приходилось проезжать сотни километров, чтобы получить качественные тренировки, чтобы они могли развиваться там, где живут. Они получали профессиональные тренировки рядом с домом, раз в неделю, бесплатно, независимо от того, за какой клуб ребенок играл или сколько денег у его семьи.
Были заключены контракты с 1200 высококлассными тренерами, работающими непосредственно в DFB, а не в клубах или частных академиях. Скауты Немецкого футбольного союза работали с 600 000 юных игроков ежегодно, а DFB инвестировал в программу каждый год €48 млн.
Одновременно с этим DFB обязал каждый клуб первой Бундеслиги и второго дивизиона построить сертифицированную молодежную академию в качестве условия получения профессиональной лицензии. Это не было рекомендацией, как не прилагалась и программа поощрений за активность в этой сфере. Просто это стало обязательным требованием: не строишь и не развиваешь академию — не получаешь лицензию. Профессиональные клубы потратили более €1,5 млрд на инфраструктуру развития молодежного футбола в первые годы после введения этого пункта.
В итоге в 2013 году в финале Лиги чемпионов играли друг против друга мюнхенская «Бавария» и дортмундская «Боруссия», а 26 игроков обоих клубов были воспитанниками системы немецкого футбола и имели право играть за Германию. В 2014 году сборная Германии подняла над головами Кубок мира, и 21 из 23 игроков также были воспитанниками этой системы: Томас Мюллер, Мануэль Нойер, Тони Кроос, Месут Озил, Матс Хуммельс, Марио Гетце и другие.
Тяжело построить, но удержать еще тяжелее. С тех пор успехи сборной Германии немного поблекли. Два подряд чемпионата мира — без плей-офф, на Евро самым лучшим результатом был полуфинал в 2016 году. В 2022 году в Германии были введены новые правила в подходе к футболу для детей до 11 лет. Основной упор был сделан на удовольствие от игры. Ронни Циммерманн, вице-президент DFB, отвечающий за детский и юношеский футбол, говорил: «Только дети, которые получают удовольствие от игры, останутся в футболе».
Основные принципы нововведений заключались в следующем: сокращался состав команд и время матчей, тренеры постоянно меняли состав так, чтобы в игру были вовлечены все, а не только те, кто хорошо себя проявляет.
По словам менеджера сборной Оливера Бирхоффа, сказанным после унизительного вылета с ЧМ-2018, немецкие малыши слишком мало взаимодействуют с мячом и редко принимают решения, а значит, по меньшей мере треть талантов не развивается.
Очередные реформы наверняка последуют после ЧМ-2026. Возможно, в DFB прислушаются к Филиппу Ламу и ужесточат лимит. Или же указующим перстом станут слова генерального директора «Байера» Фернандо Карро, который считает, что нужно ориентироваться на Англию, Испанию и Францию, которые «постоянно инвестируют в современную инфраструктуру и академии, а также в тренерский состав и развитие игроков», а в Леверкузене «уже десять лет ждут одобрения на строительство нового тренировочного центра».
Пока же в DFB пошли по самому очевидному пути — тренер сборной Юлиан Нагельсман ушел в отставку, а на его место пригласили слишком долго отдыхавшего от футбола Юргена Клоппа.
Бельгия
Восхищаться золотым бельгийским поколением, взявшим бронзу ЧМ-2018 и взлетевшим на первое место в рейтинге ФИФА, принято уже не первый цикл. Но у этого успеха есть конкретный автор — Мишель Саблон, бывший технический директор Бельгийской футбольной ассоциации.
Саблон был свидетелем первой волны успехов Бельгии в 1980-х годах. Он входил в тренерский штаб национальной сборной в эпоху, когда такие игроки, как Энцо Шифо, Франк Веркаутерен и Ян Кеулеманс, вывели Бельгию в полуфинал чемпионата мира 1986 года. «К тому моменту, как я стал техническим директором сборной, нас почти забыли как футбольную нацию. Нужно было все начинать сначала», — рассказывал Саблон Би-Би-Си.
Переломным моментом стал 1998 год, когда Бельгия выбыла на групповом этапе финального турнира чемпионата мира во Франции, а после катастрофического выступления «красных дьяволов» на домашнем Евро-2000 пришло время настоящих реформ. Мишель Саблон пришел на должность в 2001 году и в первую очередь позаботился о значительных инвестициях в развитие молодежного футбола — без денег начинать что-либо не имело смысла. На окраине Брюсселя был построен новый национальный футбольный центр, федерация сделала обучение тренеров бесплатным — после этого количество людей, записавшихся на начальные курсы, увеличилось в десять раз.
Кроме того, Саблон заказал аудит всех молодежных систем на клубном уровне, а также поручил Католическому университету Лувена провести масштабное исследование детского футбола в Бельгии, в рамках которого было снято на видео 1500 матчей в разных возрастных группах. По словам Саблона, именно это исследование перевернуло все. Оно выявило, что в детских группах слишком много внимания уделялось победам и недостаточно — развитию. Кроме того, были получены данные, подтверждающие теорию федерации о том, что игры в формате «два на два», «пять на пять» и «восемь на восемь» являются оптимальными для развития у детей навыков дриблинга и диагональных передач, которые лежат в основе философии игры по схеме 4-3-3, которой придерживалась Бельгия.
Саблон принялся доносить свои мысли на всех уровнях игры: он провел более 100 презентаций и доказывал всем футбольным людям, что для маленьких мальчиков семи-восьми лет нельзя составлять рейтинги и турнирные таблицы.
Также в рамках совместной инициативы с правительством в период с 1998 по 2002 год было открыто восемь школ Topsport с целью предоставления наиболее талантливым юношам и девушкам в возрасте от 14 до 18 лет дополнительной подготовки в рамках обычной учебной программы, чтобы повысить их шансы на достижение высоких результатов. Эти занятия — четыре двухчасовых утренних тренировки в неделю — по-прежнему проводятся тренерами, работающими в федерации. То есть отобранные игроки получали вдвое больше тренировок, чем раньше.
Саблон также ввел правило, согласно которому, если игрок перешел, например, из команды до 17 лет в команду до 19 лет, он не мог вернуться обратно. Даже на решающие матчи. Он настаивал на том, что если они уже сделали шаг вперед, то им следует совершенствоваться, а не возвращаться назад.
Уже в 2009 году результаты молодежных команд страны начали улучшаться, команды поднялись с 20-х мест в топ-10 в возрастных категориях до 17 и до 19 лет. А затем бельгийцы стали востребованы в топ-лигах Европы и подняли в итоге сборную на первое место в рейтинге ФИФА.
Говорят, золотое поколение бельгийцев постарело, но у них есть преемники — Жереми Доку, Шарль де Кетеларе, Максим де Кейпер и другие молодые игроки, показавшие себя на последнем чемпионате мира и сумевшие там дойти до четвертьфинала.
Англия
Сборная Англии снова не смогла вернуть футбол домой, привезя на родину вида спорта лишь бронзу чемпионата мира — 2026. Зато выиграла ее в настолько красивом и веселом матче, что болельщикам осталось только гордиться своими «львами» — ведь третье место все равно стало лучшим результатом со времен чемпионского титула 1966 года. Пусть чемпионат Европы Англия не выигрывала никогда, но на последних двух турнирах играла в финале, а значит, родоначальники футбола идут правильным путем.
Путь этот начался после катастрофы 2008 года — тогда сборная не смогла пройти квалификацию на Евро, и в стране были недовольны результатами даже на уровне правительства. Тогдашний министр культуры, СМИ и спорта Джеймс Пурнелл призвал Футбольную ассоциацию (FA) к реформам, пригрозив, что противном случае она рискует лишиться государственного финансирования.
Тогда же замороженный долгие годы проект по строительству Национального футбольного центра «Сент-Джорджс-Парк» был наконец утвержден, и в 2012 году открыт. А в 2014 году — после того, как Англия заняла последнее место в группе на ЧМ-2014, — туда пригласили более 1500 тренеров и представили им инициативу «ДНК Англии», цель которой — создание побеждающих английских команд.
Основными спикерами стали Гарет Саутгейт, который тогда тренировал сборную U21, директор по развитию элитных команд Дэн Эшворт и руководитель отдела развития игроков и тренеров Мэтт Крокер. Программа была ориентирована на молодежные сборные Англии, начиная с команды U15 и заканчивая мужской командой U21 и женской командой U23, и являлась отправной точкой подхода Футбольной ассоциации Англии к развитию элитных игроков.
Концепция состояла из пяти пунктов. Первый: «кто мы?». Он предлагал с детства воспитывать в игроках самобытную и узнаваемую культуру сборной Англии как на поле, так и за его пределами. Учитывая, что в составе команды игроки самого разнообразного происхождения, каждый из них должен понимать, что значит быть игроком английской сборной. Команды должны принимать участие в большом количестве игр против команд со всего мира, получать награды за успехи и гордиться ими.
Второй: «как мы играем?». Было заявлено, что цель английских команд — разумно доминировать во владении мячом, выбирая подходящие моменты для развития игры и прорыва обороны соперника. Обязательным требованием стало разумно, как можно раньше и эффективнее вернуть себе владение мячом. Все аспекты стратегии игры без мяча будут учитывать состояние игры, обстановку и заранее разработанный план действий.
Третий: «будущий игрок сборной Англии». Были подробно расписаны основные качества и характеристики будущего игрока сборной Англии для каждой позиции: вратарь, крайний защитник, центральный защитник, опорный центральный полузащитник, центральный полузащитник, фланговый полузащитник, оттянутый форвард, центральный нападающий.
Четвертый: «как мы тренируем»? Предлагалось тщательно планировать все тренировки сборных Англии, проводить их с использованием основных принципов тренерской работы «ДНК Англии», записывать и анализировать каждую для дальнейшей работы. Вот некоторые из принципов: «Всегда проявляйте позитивный и восторженный настрой в общении с игроками. Внедряйте реалистичные методы работы, связанные с игрой. По возможности используйте игры в процессе тренировок. Разработайте методики, позволяющие игрокам принимать множество решений».
Пятый: «как мы поддерживаем этот процесс?». Было утверждено, что все аспекты пребывания игрока в сборной Англии «поддерживаются целым рядом специализированных медицинских, научных, аналитических и психологических дисциплин для повышения эффективности тренировок, а также результативности игроков и команды».
В течение следующего десятилетия мужская сборная Англии добилась определенного успеха, а еще более значительные результаты показала женская сборная Англии, впервые в истории выиграв чемпионат Европы летом 2022 года, заняв второе место на чемпионате мира 2023 года, а затем защитив титул чемпионок Европы в 2025 году.
Хорватия
Югославия была довольно заметной страной на футбольной карте мира — дважды выходила в финал чемпионатов Европы, занимала четвертое место на чемпионате мира. Но среди сборных, появившихся после развала Югославии, самых больших успехов достигла именно Хорватия — финалист ЧМ-2018 и бронзовый призер ЧМ-2022. В 2018 году Хорватия стала первой командой с населением менее 10 млн человек (в стране проживает менее 4 млн), вышедшей в финал чемпионата мира за последние шестьдесят лет.
В первый раз Хорватия выиграла бронзу — на чемпионате мира 1998 года — спустя шесть лет после развала Югославии. Но тогда в сборной были игроки, воспитанные в системе югославского футбола, — Давор Шукер, Славен Билич и Звонимир Бобан. Кроме того, по мнению Ромео Йозака, одного из самых заметных архитекторов хорватского футбола, после войны командой двигал патриотизм. Но уже на Евро-2000 они не смогли пройти квалификацию, и последовали годы, в которые команда не показывала желаемых результатов.
Йозак занимал несколько руководящих должностей в хорватском футболе — возглавлял академию загребского «Динамо», был техническим директором Хорватской футбольной ассоциации, прежде чем вернуться в «Динамо» в качестве спортивного директора. Как раз тогда, в нулевые, Хорватия провела ряд реформ, направленных на развитие игроков.
Когда Йозак был директором академии «Динамо», развитие молодежи было жизненно важным для клуба — они очень зависели от финансов, получаемых от продажи игроков. Тогда Йозак начал переманивать в самый успешный клуб страны молодые таланты из других городов. На базе клуба создали невероятно конкурентную среду: игроков часто проверяли в играх против футболистов старшего возраста. 16-летних выпускали против 18-летних, 18-летних — против 20-летних и так далее. В итоге эта внутренняя конкуренция привела к появлению множества талантов в полузащите — Лука Модрич, Иван Ракитич, Матео Ковачич.
Однажды в загребском «Динамо» были открытые просмотры, куда приехали ребята со всего Балканского полуострова. «Когда мы спросили у этих 25 талантливых парней, на какой позиции они играют, 24 оказались полузащитниками», — рассказывал Йозак.
В 2013 году, будучи членом правления Хорватской футбольной ассоциации, Йозак утвердил пять важных критериев для становления элитной команды: большое количество молодых талантов, высококвалифицированный тренер, создание воспроизводимой программы для всех возрастных групп академии, создание высокого уровня внутренней конкуренции, проведение соревнований с лучшими командами для внешней конкуренции.
Кроме того, он буквально написал руководство для тренеров страны, выделив более 100 технических качеств, которые тренеры должны выявлять и развивать. Всеми этими принципами и правилами в Хорватии пользуются до сих пор. Йозак же с 2021 года работает техническим директором в сборной Саудовской Аравии.
Исландия
Симпатичная северная сборная блеснула на двух турнирах — Евро-2016 и ЧМ-2018, а затем отошла в тень. Но даже для такого результата в такой малонаселенной стране должны были очень постараться, и старались там более 20 лет.
Вплоть до начала XXI века лишь немногие исландцы выезжали за границу, чтобы играть в крупнейших европейских лигах. Арнор Гудьонсен играл за «Андерлехт» в Бельгии и «Бордо» во Франции в эпоху, когда мало кто из исландцев достигал такого уровня. Или игрок «Штутгарта» Асгейр Сиги Сигурвинссон, возглавлявший полузащиту команды Бундеслиги с 1982 по 1990 год.
Большинство же тех, кто начинал играть в футбол в те годы, в конечном итоге бросали этот вид спорта и выбирали более стабильную жизнь в рыболовной отрасли. Исландия — это бесконечные зимы, штормовые ветры, короткий световой день и очень ограниченный доступ к футбольным полям. Вернее, так было до 2000 года, когда в Кефлавике открыли первый крытый стадион, где можно было тренироваться круглогодично. С тех пор последовал настоящий бум строительства таких объектов — помог экономический подъем в стране. После кризиса 2008 года темпы замедлились, но процесс не остановился полностью. К 2016 году, когда сборная отобралась на Евро, в Исландии насчитывалось 11 таких стадионов: семь полноразмерных, четыре уменьшенных, а в стадии строительства находились еще четыре. Кроме того, проект включал в себя строительство более 100 мини-футбольных площадок с искусственным покрытием, а также 22 полноразмерных искусственных футбольных полей с подогревом грунта. Футбольные коробки были практически у каждой школы.
В тот же период в Исландии занялись повышением уровня тренеров. До конца 1990-х годов мальчишек учили играть в футбол родители, имевшие, разумеется, ограниченные знания об игре. Но игроки, такие как Сигурвинссон, начали возвращаться из зарубежных клубов и привезли с собой понимание того, как работают в спорте высших достижений.
К 2006 году будущие тренеры уже стали получать лицензии УЕФА категорий A и B, они стали работать в клубах и академиях, и к тому же 2016 году в стране насчитывалось 184 тренера с квалификацией УЕФА категории A и 594 тренера категории B. Другими словами, на каждые 500 исландцев приходился один квалифицированный тренер — это больше на душу населения, чем во многих европейских футбольных странах. Например, в Англии на 53 млн жителей приходится около 5000 квалифицированных тренеров категории B, или один тренер на каждые 10 000 человек.
Но в стране считают, что успех во второй половине 2010-х не случился бы, не будь у футболистов настоящего «исландского характера», воспитанного ветрами и холодами.
Марокко
В 2030 году Марокко примет чемпионат мира совместно с Испанией и Португалией (а также с Уругваем, Парагваем и Аргентиной), и результат марокканцы собираются показать достойный хозяев турнира. Прямо сейчас в стране строятся новые стадионы, один из которых — на 115 000 мест — готов принять финал ЧМ-2030, если удастся отстоять его и отобрать у Испании с ее «Камп Ноу» и «Бернабеу».
А ведь до 2018 года сборная Марокко не могла пройти квалификацию на чемпионат мира, а четыре года назад добралась до полуфинала. В 2026 году марокканцы завершили борьбу на стадии четвертьфинала, что тоже является неплохим результатом для африканской сборной.
Фузи Лекджаа — один из самых влиятельных людей в африканском футболе. В 2014 году он занял пост президента Королевской марокканской футбольной ассоциации и начал действовать. В первые два года государство потратило около €80 млн на проекты по развитию футбольной инфраструктуры, и с тех пор эти инвестиции еще больше увеличились.
Одним из самых впечатляющих проектов стала современная футбольная академия стоимостью €65 млн, расположенная недалеко от Рабата, занимающая площадь 2,5 кв. км и включающая в себя школу, медицинский центр и четыре поля. К 2017 году в разных частях страны было построено еще пять региональных тренировочных центров.
Помимо инфраструктуры, в Марокко занялись скаутингом. Очень много достойных футболистов марокканского происхождения — в составе сборной их почти 70% — родились за пределами страны и могли бы выступать за другие страны. Один из ярких примеров — Ашраф Хакими, родившийся в Испании. Скауты ездят в страны с крупными марокканскими диаспорами — Францию, Нидерланды, Испанию, Германию и так далее, — выявляют перспективных игроков, налаживают контакты.
Следующим шагом для Марокко станет привлечение большего числа высококвалифицированных иностранных тренеров, а также повышение финансовых возможностей для игроков, выступающих внутри страны, — то есть воспитывать игроков и платить им достаточно, чтобы они не уезжали.
По словам Криса ван Пюйвельде, занимавшего должность технического директора Королевской футбольной ассоциации Марокко с 2022 по 2025 год, к следующему чемпионату мира планируется добиться равного соотношения игроков, родившихся в Марокко, и тех, кто вырос в других странах.
