К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего браузера.

Даже не попытались: почему полагаться на чиновников — плохая стратегия для спортсмена

Евгений Семененко должен был на этапе в Финляндии звоевать путевку в финал Гран-при (фото Антон Басанаев/ТАСС)
Евгений Семененко должен был на этапе в Финляндии звоевать путевку в финал Гран-при (фото Антон Басанаев/ТАСС)
Российские фигуристы не выступят на этапе Гран-при в Финляндии из-за введенного правительством этой страны запрета на въезд. По той же причине под угрозой находится участие лыжников в открытии Кубка мира. Решение финского государства больно бьет по спортсменам, которые лишаются возможности выступать на главных соревнованиях сезона. Но действительно ли наши спортсмены сделали все для того, чтобы попасть на соревнования? Постоянный автор Forbes Sport считает, что это не так

«Российских фигуристов не пустили в Финляндию» — такие заголовки в разных вариациях стали главной темой не только спортивных медиа. Общество среагировало соответственно: с обвинениями в адрес Международного союза конькобежцев (ISU), финских чиновников и пограничников и с жалостью к фигуристам, которые ехали в другую страну для того, чтобы выполнить свою работу.

Но в громких нарративах новостей и комментариев закладывается важная фактическая ошибка.

Дело не только в том, что российских фигуристов не пустили в Финляндию.

Дело еще и в том, что российские фигуристы даже не попытались въехать в эту самую Финляндию.

«Не пустили» по факту означает одно: развернули на границе. Например, не пустили в самолет, вылетающий в Хельсинки из другой страны шенгенского соглашения, так как сухопутные границы закрыты. И то отказ в посадке дали бы не финны, а излишне инициативные сотрудники авиакомпании с гражданством страны вылета.

Но российские фигуристы решили просто не ехать, узнав о том, что Финляндия собирается заблокировать их участие в соревнованиях. Федерация фигурного катания России (ФФККР) выпустила отписку на уровне выражения глубокой озабоченности.

Важно подчеркнуть, что решение финского правительства (а также норвежского, которое приняло аналогичные меры) действительно дискриминационно со всех сторон и противоречит всем принципам международного олимпийского движения. Но смириться с этой реальностью проще (за последние пять лет мы уже повидали всякое), чем с нежеланием российских спортсменов брать собственные карьеры в свои же собственные руки.

 

Попробовать въехать в Финляндию из Европы с туристической визой лояльной страны уже после обнародования информации о запрете на въезд — действительно в таком поступке был бы элемент риска. Но поговорка про «кто не рискует» — она на все времена. Да, можно было нарваться на депортацию, но в то же время и развернуть ситуацию себе на пользу. Далеко не вся Европа населена русофобами. И если бы из выдворения молодых российских спортсменов из страны устроили шоу с элементами прямого эфира, не факт, что европейская общественность поддержала бы именно финнов. И тем более, не факт, что на их стороны выступил бы также важнейший срез фанатов фигурного катания — жители Азии, обожающие российских спортсменов. К тому же у фигуристов появился бы дополнительный аргумент для подачи иска в Спортивный арбитражный суд (CAS) в преддверии чемпионата мира, проведение которого пока запланировано именно в Финляндии.

Скорее всего, фигуристы бы спокойно въехали в страну, а финские патрули не гонялись бы за ними ни в аэропорту, ни возле катка. Хочется надеяться, что у финских правоохранительных органов есть действительно важные дела помимо ловли фигуристов с «неправильными» паспортами. Да и им вряд ли нужен международный скандал с элементами шпионской истории — вполне вероятно, что законотворцы и надеялись на то, что россияне просто испугаются.

 

Сложно представить и депортацию непосредственно с катка, ведь приглашения нашим фигуристам были направлены именно принимающей стороной — Федерацией фигурного катания Финляндии, которая должна соблюдать целостность соревнований. Спортивные законодательные акты, выпущенные как МОК, так и ISU, именно на стороне спортсменов.

К слову, был и абсолютно легальный способ попасть на этап Гран-при в Финляндию, которым воспользовались лыжники — вернее, те из лыжников, кто умеет принимать решения и действовать независимо. Ведь разговоры о запрете въезда для российских спортсменов начались не вчера. Первые сообщения об этом появились 6 ноября, 12 ноября финское правительство официально утвердило ужесточение правил, а 16 ноября закон вступил в силу.

Времени въехать в Финляндию было предостаточно — конечно, при условии наличия виз. А они были как минимум у Евгения Семененко, Анастасии Мишиной и Александра Галлямова, Екатерины Чикмаревой и Матвея Янченкова — это подтверждали как сами фигуристы, так и их тренеры и члены ФФККР. Скорее всего, визы были у Александры Бойковой и Дмитрия Козловского. Возможно, сорваться раньше не позволяла дата въезда, но лыжники-то сумели позаботиться об этом заранее?

Лыжники въехали в Финляндию заранее и даже поучаствовали в предсезонных соревнованиях, и никто не запрещает им тренироваться. Возможно, Савелия Коростелева, Дарью Непряеву и Наталью Терентьеву ближе к старту первого этапа Кубка мира (27 ноября) действительно вышлют из страны, но им будет не в чем себя винить, потому что они сделали все, что могли.

 

Могут последовать вопросы «а как же тогда тренироваться при раннем въезде, если все против нас?!», но ответ тоже довольно прост. Найти в европейской стране частный лед рядом с местом проживания и оплатить аренду (или другим способом обеспечить себе тренировочные условия) — точно посильная задача для взрослого дееспособного человека с финансовыми возможностями явно выше среднего.

Конечно, российские спортсмены в большинстве своем не привыкли к самостоятельности и даже боятся ее — за них всегда все решали спортивные федерации, спортивные школы и другие официальные инстанции. Заявленный изначально десант лыжников тоже поредел, но трое все же смогли позаботиться о себе и своих шансах сами, без оглядки на чиновников.

У фигуристов стоял на кону почти гарантированный финал Гран-при, и даже если они побоялись расплаты за самостоятельность низкими баллами на национальном отборе, рискнуть все же стоило. Как минимум Чикмаревой и Янченкову — номинально третьей паре, которую на чемпионате России ни при каких условиях (кроме совсем уж форс-мажорных) не поставят выше ни Мишиной и Галлямова, ни Бойковой и Козловского.

Но сидеть и жаловаться на несправедливость действительно легче, чем брать все в свои руки и бороться с этой несправедливостью. В реальном мире ситуации, когда кто-то будет не рад приезду российских спортсменов, будут повторяться еще не раз, но это не значит, что нужно своим бездействием облегчать задачу недоброжелателям.

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора