Ливень за ливнем: почему Дагестан так сильно пострадал от наводнения

Затяжной дождь  28-29 марта в ряде районов Дагестана вызвал чрезвычайные последствия: разрушения домов и дорог, отключения электричества. К 1 апреля власти ввели режим местного ЧС в крупнейших городах региона: Махачкале, Буйнакске, Дагестанских Огнях, Каспийске, Хасавюрте, а также в трех районах республики. Людей, оставшихся без крова, переселили в гостиницы, обеспечили питанием. Около 500 000 человек от нескольких часов до нескольких суток оставались без электричества из-за выхода из строя затопленных электростанций. По данным, предоставленным доктором географических наук Шахмарданом Мудуевым (есть в распоряжении Forbes), из-за дождей на дорогах республики образовались 17 провалов и разрушений.

Потоки дождевой воды, смешанные с грязью, попали в источники питьевого водоснабжения. Роспотребнадзор рекомендовал жителям Махачкалы, Каспийска и Хасавюрта не пить воду из-под крана. В момент запрета возник краткосрочный ажиотаж вокруг бутилированной воды. Как сообщили Forbes в сети «Магнит» (единственная федеральная продуктовая розничная сеть в республике), поставки воды в Дагестан были увеличены втрое, до 70 т в день. Также власти при поддержке бизнеса начали снабжать пострадавших бесплатной водой: ежедневного ее развозят около 1800 волонтеров. 

По информации на 3 апреля, за материальной помощью к властям обратились 43 000 человек. Компенсации пострадавшим от наводнения обойдутся бюджету Дагестана в 4 млрд рублей, сообщила пресс-служба администрации главы региона. Глава республики Сергей Меликов заявил о возможности ввести межрегиональный режим ЧС для более успешного взаимодействия при оказании помощи. Пока сведений об усилении чрезвычайного режима нет.

Между тем ночью 4 апреля в Дагестане снова пошли дожди. Более 1000 домов снова были затоплены, в Махачкале обрушилась трехэтажная пристройка к многоэтажному дому на улице Перова, 6.  Днем 5 апреля в Дербентском районе прорвало земляной вал Геджухского водохранилища. Сильное течение смыло несколько автомобилей на трассе между поселками Мамедкала и Геджух в Дербентском районе, дома в селах ниже водохранилища оказались затоплены. По данным на 6 апреля, четыре человека погибли. 

Также от воды пострадало множество небольших бизнесов (кофеен, хлебных лавок и т. п.), располагавшихся на первых этажах зданий и в подвалах. Хозяин одного из магазинов сантехники вынужден был согласиться открыть подвал своего торгового центра, так как это был наиболее короткий путь для того, чтобы спустить воду. Несколько заправок также затоплены.

Общий объем материального ущерба, нанесенного стихийным бедствием Дагестану и Чечне, по предварительным оценкам, превысит 1 млрд рублей, сообщил полпред президента в СКФО Юрий Чайка.

Почему у ливней в Дагестане такие серьезные последствия

Изменение климата. Один из самых пострадавших районов — столица Дагестана Махачкала и ее пригороды. По данным Гидрометцентра, количество осадков в марте в четыре раза превысило средние показатели. О том, что ливней в регионе станет больше, говорилось в докладе Росгидромета о климатических рисках в 2017 году. Ученые прогнозировали рост высоких уровней воды из-за паводков, сход оползней и селей. Эти оценки подтверждает тот факт, что сильные дожди в Махачкале наблюдались также в апреле и августе 2025 года. Тогда тоже затапливало улицы и электроподстанции выходили из строя, сотни тысяч людей оставались без света. 

Администрация города рассматривает случившееся в апреле 2026 года как проявление изменения климата, говорится в ответе чиновников на запрос Forbes. Однако катастрофические последствия произошедшего в меньшей степени связаны с климатом, в большей — с человеческим фактором. 

Столица Дагестана пережила «тропические ливни», но сильные разрушения связаны с тем, что город оказался не готов к выпадению осадков вообще, считает ведущий научный сотрудник Института географии РАН Раиса Грачева.

Загрязнение канала имени Октябрьской революции. Канал имени Октябрьской революции (КОР) ввели в эксплуатацию в 1923 году. Он берет начало из реки Сулак, протекает через Махачкалу и заканчивается в городе Избербаше. Протяженность КОР — 91 км. В СССР канал стал основой системы мелиорации региона. Он изменил ландшафт прикаспийской низменности, позволил вести в Дагестане сельское хозяйство и заселить территории. 

Вода из КОР изначально использовалась для орошения, но в 90-е в условиях стремительного роста города стала источником питьевого водоснабжения для прилегающих поселков. Обеспечить чистоту источника невозможно, он открыт на всем своем протяжении, туда попадают канализационные стоки. Чтобы как-то сохранить качество воды, власти создали рядом с КОР водоохранную зону. Это означает, что ближе 15 м к оси канала нельзя строить дома. Однако люди возводят дома вплотную к воде. «Кучи мусора, утонувшие в канале домашние животные давно стали местным и совсем невеселым мемом», — писала в 2025 году «Российская газета».

Очистить КОР позволила бы реконструкция, которая предполагает заключение водной артерии в трубу, отвод канализационных стоков и обустройство очистных сооружений. Такой проект стоимостью около 15 млрд рублей обсуждали в Дагестане в 2021 году, но не реализовали. При этом сильный дождь приводит к переполнению канала и ухудшению качества воды.   

Разрушение системы мелиорации. Застройка также нарушила систему примыкающих к КОР мелиоративных каналов. Водоотводы, балки засыпают мусором и грунтом, возводят дома, прокладывают дороги, объяснил Forbes доктор географических наук Шахмардан Мудуев. Один из примеров — поселок Караман-2, который оставался затопленным с 28 марта до 5 апреля. Мудуев указывает, что дома здесь построены на землях отгонного скотоводства без какой-либо системы водоотведения. Если жилье строится на землях сельхозназначения, то к объектам нельзя легально подвести все необходимые сети, пояснили Forbes специалисты АСИ «Центр».

Мудуев весной 2025 года организовал строительство ливневки на средства жителей своего поселка, который примыкает к пострадавшему Караману-2. По словам ученого, доказать необходимость работ и собрать деньги было непросто. В итоге за 1 млн рублей удалось сделать отводы ливневой воды с крыш, водотоки и увести воду с участков. «Видите, у нас сухо.Теперь меня благодарят, да, но в прошлом году со многими я вел долгие разъяснительные беседы», — говорит собеседник издания.

Однако локальное спасение поселков от затопления не поможет КОР. Мутные потоки продолжают стекать в него и загрязнять воду. Как это происходит сейчас. 

Хаотичная городская застройка. Каждый житель Махачкалы знает три цифры: городские коммуникации рассчитаны на 300 000–350 000 жителей (в 1980-м году здесь жило 276 000 человек). По официальным данным, население города сегодня составляет 625 000 человек, неофициально — около 1 млн. 

Как пишут специалисты по экономической географии — авторы книги «Северный Кавказ. Модернизационный вызов», взрывной рост населения Махачкалы происходил из-за застройки окраин. Людям нужно было зацепиться в городе, поэтому мало кто обращал внимание на разрешительные документы (строили дома в садовых товариществах и на сельскохозяйственных землях), деньги на обустройство канализаций и ливневок предпочитали не тратить. В 2023 году глава Дагестана Сергей Меликов заявил, что в Махачкале 457 многоэтажек следует признать незаконно построенными. В феврале 2026-го мэрия Махачкалы снесла более 1300 таких строений, в основном одноэтажные постройки, лестницы, ларьки. Однако жители не оценили инициативу. В беседах с Forbes, они высказывали мнение, что снос приведет к строительству других домов. 

Система водоотведения и очистки Махачкалы была спроектирована в 1968 году. Вблизи новых домов нет дренажных систем, ливневых канализаций, водоотводов, отметили несколько экспертов в разговоре с Forbes. Махачкала сегодня — это примерно на 50% именно частный сектор с его узкими улочками, отсутствием ливневой канализации, уточнил Forbes руководитель аналитического отдела Международной урбанистической лаборатории «ЦЕНТР Lab» Илья Смирнов. Компания занимается разработкой мастер-плана развития для Махачкалы.

«Без дренажа вода во время дождей выходит на поверхность, без ливневки или с маломощной системой вода растекается по улицам или проездам. Малое число зеленых зон и запечатанный грунт также не дает уходить воде под землю», — поделился с Forbes житель Махачкалы, специалист в ландшафтном дизайне, пожелавший остаться анонимным.

Темпы застройки города можно увидеть, сравнив спутниковые снимки с разницей в 15-20 лет. Например, микрорайоны Редукторный, Пальмира, Турали — несколько самых пострадавших от затопления районов Махачкалы — были застроены за последние 20 лет.  В Редукторном после ливней люди оставались без электричества неделю. Еще в одном пострадавшем районе города Пальмире на протяжении десятков лет нет канализации и дренажа. Однако сложно назвать застройку целых кварталов хаотичной, скорее, следует говорить об отсутствии плана развития города в целом. Например, дороги, которые прокладываются в новых районах, также перенаправляют воду: теперь затапливает те части, до которых раньше вода не доходила, отметил житель Махачкалы, пожелавший остаться анонимным. 

После аварии в доме 5 апреля глава Дагестана Сергей Меликов заявил, что причиной обрушения части жилого дома в Махачкале стали нарушения при строительстве. Он поручил выявить ответственных за согласование строительства в пойме реки.

Многие жители Дагестана в беседе с Forbes отмечали, что ситуация стандартная для региона. Сначала федеральный центр выделяет деньги (как это было сделано в случае с реконструкцией ливневых стоков и других инфраструктурных объектов), подрядные организации выполняют работы с нарушениями, затем ищут виновных, кого-то наказывают, а проблемы остаются. Один из собеседников отметил, что подведение воды, устройство подъездных дорог, трансформаторных подстанций обеспечивает не государство, а люди, купившие участки, дома и квартиры. При этом проблемы не решаются, создается иллюзия исправления ситуации.

Недостаточный контроль водохранилищ. По мнению Мудуева, к переполнению Геджухского водохранилища могло привести невыполнение необходимых технических работ. «Обычно при приближении уровня водохранилища к критическим отметкам сотрудники должны спустить воду в специальный канал. Почему в этот раз этого не сделали, неясно», — говорит ученый. Он утверждает, что ежегодное обслуживание водохранилищ и дамб подразумевает их укрепление, это также не допускает разрушение.

«Видимо, что-то случилось с гидротехническими водосбросными сооружениями, их вовремя не сумели открыть, или они были засорены, или паводок был такой редкий, что они были на него не рассчитаны», — прокомментировал ситуацию на радио «Комсомольская правда» заведующий лабораторией Института водных проблем РАН Михаил Болгов.

По данным МЧС, земляную дамбу водохранилища прорвало из-за сильных ливней. 

Загрязнение и застройка русел малых рек. В городах Дагестана протекают десятки небольших рек. Их русла также могли бы безопасно отводить часть дождевой воды. Однако многие естественные водотоки забиты мусором. В городах малые реки становятся местом вывода канализаций от множества домов и незаконного сбора отходов. 

Например, в Махачкале река Тарнаирка, некогда природный водоток, превратилась в городской канализационный коллектор. Неофициальное прозвище воняйка, закрепившееся за ней в обиходе, отражает реальное положение дел: проплывающие в воде фекалии, памперсы, бутылки и прочий мусор.

Еще одна проблемная река — Черкес-озень, или Талгинка. Небольшая речушка в восточной и юго-восточной частях Махачкалы. Она часто выходит из берегов после обильных осадков. Кроме того, реки застраиваются, не давая воде уйти в море по природному водотоку. Рухнувший в Махачкале дом располагался в русле Тарнаирки.

Как сообщает «Интерфакс», в Дербенте приступили к расчистке городской реки — Суходол, чтобы избежать подтоплений.

Что можно сделать

Наводнение — повод еще раз вернуться к действующему в Дагестане региональному плану по адаптации к изменению климата, считает исполнительный директор фонда «Земля касается каждого» Владимир Чупров. В документе отмечается, что существующие системы оградительных валов, укрепления берегов и управления руслами рек не обеспечивают должной защиты населения. При этом ряд мер, заявленных в плане, уже реализован.

«Возможно, стоит провести ревизию: выявить недостающие элементы, оценить, насколько в плане учтена инфраструктура водоотведения в населенных пунктах, и так далее», — полагает Чупров.

Как отметил урбанист Смирнов, нередко складывается ложное представление о том, что в крупных городах безопаснее. Однако практика показывает: они тоже весьма уязвимы, особенно если сети водоотведения находятся в неудовлетворительном состоянии. Прежде всего городам требуется модернизация сетей и транспортной инфраструктуры. «В водоохранных зонах и зонах затопления постройки, скорее всего, придется демонтировать. Там, где градостроительные ограничения отсутствуют, необходимо привести фактическое использование земель в соответствие с их категориями», — считает Смирнов. 

По его словам, одним из возможных механизмов может стать программа комплексного развития территорий — ее сейчас активно внедряют в Махачкале. Однако быстрорастущей агломерации необходима поддержка в реализации масштабных инфраструктурных проектов, связанных с модернизацией очистных сооружений, водоводов и энергетических мощностей.

Директор по устойчивому развитию и международному сотрудничеству «Дом.РФ» Марина Слуцкая, подтвердила, что в стране, включая Дагестан, при участии компании разрабатываются мастер-планы городов с обязательным учётом текущего и перспективного состояния инженерной инфраструктуры. При предоставлении финансирования банк «Дом.РФ» проверяет, соответствует ли проект функциональным зонам и предельным параметрам застройки, есть ли возможность технологического присоединения к инженерным сетям, а также анализирует сроки, бюджет, участников и всю исходно-разрешительную документацию.

Между тем Мудуев отмечает, что ситуация в Махачкале близка к тупиковой из‑за накопившихся проблем в сфере ЖКХ и неразберихи с принадлежностью земель. Возможно, стоит провести реконструкцию Махачкалы и других городов — по аналогии с восстановлением Грозного. Тогда людей отселяли, подводили коммуникации к новым участкам, возводили жилье и переселяли жителей обратно.

Если не предпринять никаких мер, каждый подобный паводок будет лишь усугублять экологический ущерб, делает вывод глава природоохранного фонда «Компас» Татьяна Ковалева.