К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего браузера.

Комик Евгений Чебатков — Forbes: «У стендапа сейчас непростые времена»

Евгений Чебатков (Фото DR)
Евгений Чебатков (Фото DR)
Евгений Чебатков — один из самых популярных российских стендап-комиков с аудиторией около 500 000 подписчиков в соцсетях. В феврале 2026 года он выпустил шестой в карьере спешал (сольный концерт) «Человек-слепень», который набрал более 2,6 млн просмотров на YouTube и получил оценку 8,2 из 10 на «Кинопоиске». Чебатков рассказал Forbes, как нашел себя в юморе, какие темы сейчас избегает в выступлениях, почему решил заняться бизнесом и зачем ему сотрудничать с Kama Flow

35-летний Евгений Чебатков родился в Усть-Каменогорске (Казахстан). После школы учился на факультете международного управления в Томске, затем — в магистратуре по маркетингу в Канаде. После этого переехал в Москву и начал карьеру комика.

В 2022 году Чебатков стал ведущим шоу Stand Up на ТНТ и выступал сольно. К июню 2026-го шесть его спешалов набрали более 40 млн просмотров на YouTube. По мнению основателя Krasavin Media Group Влада Красавина, Чебатков входит в десятку самых популярных российских комиков. Продюсер Евгений Вольтов соглашается: «Это тот редкий случай, когда интеллектуальный юмор собирает стадионы». 

Комик зарабатывает на выступлениях, участиях в съемках и на рекламе. В прошлом году он провел тур «На других берегах» по 25 российским городам. По оценке источника Forbes, работающего с артистами, одно выступление на концерте приносит Чебаткову до 4 млн рублей после вычета расходов, на корпоративах — 2 млн рублей. За съемочный день в шоу Stand Up или сериале «Майор Гром: Игра» (комик играет тюремного главаря по прозвищу Дядя) он зарабатывает 300 000–400 000 рублей. Еще до 60 млн рублей в год Чебатков может получать как амбассадор автомобильной марки Kia Qazaqstan (Казахстан). При этом в соцсетях у комика нет рекламы, только продвижение проектов с его участием, говорит гендиректор сервиса LiveDune Игорь Красюк. 

Заработанные деньги Чебатков тратит в том числе на бизнес. Вместе с двумя партнерами комик развивает франчайзинговую сеть компьютерных клубов T-Arena, где он отвечает за маркетинг и финансирование. Кроме этого, Чебатков инвестировал в два IT-стартапа: генератор изображений Fabula Ai и мобильное приложение по поиску парковочных мест Spot. Сейчас он готовит запуск совместного проекта с венчурным фондом.

Forbes.Идеи для бизнеса
Канал о стартапах, новых идеях и малом бизнесе
Подписаться

Миссия — сплочение

— Ты начал выступать со стендапом, когда учился в Канаде. О чем были те монологи?

— Первая проба была в Канаде, там я просто пытался «выстоять» на сцене. В самых первых выступлениях старался шутить про себя, про адаптацию и, конечно, ругался на фильм «Борат» (о приключениях вымышленного казахского журналиста Бората Сагдиева в США. — Forbes), он тогда сильнее всего ассоциировался у канадцев с Казахстаном. Но нужно сказать, что именно по возвращении из Канады в Россию я решил попробовать себя в стендапе всерьез. 

 

— Среда подтолкнула осмыслять реальность в юморе или ты всегда хотел этим заниматься?

— Я постоянно находился на сцене. В старшей школе участвовал в дебатах, потом был президентом школы. В университете тоже всегда нравилось делать доклады, презентовать проекты. И параллельно я еще увлекался рэпом, выступал немного. Сцена всегда тянула, причем мне интересны все форматы существования на ней. Стендап появился спонтанно, но как будто сразу «попал» в меня. Причем я никогда не писал шутки до этого, не участвовал в КВН. Стал двигаться интуитивно, общался с залом так, как если бы пытался расположить к себе незнакомую компанию. Самым классным ощущением для меня стало вот это изменение атмосферы в зале. Когда все сидят с каменными лицами, но ты находишь к ним ключи, и вот они уже смеются и радуются вместе с тобой. 

— С тех пор у тебя во всех выступлениях есть повторяющиеся темы, например мультикультурность. Как ты нащупал свой голос в комедии?

— Все достаточно органично получилось. Казахстан — страна с огромным количеством этносов, национальностей, языков и культур. Мой отец всегда дружил с разными людьми, и я с самого детства наблюдал, какие интересные люди бывают у нас дома. Наверное, поэтому мне всегда любопытно узнавать, какая у людей предыстория, как их семья оказалась в том или ином городе, почему переехала, какие корни у человека и откуда у него именно та фамилия, что он носит. Мне кажется, что понимание разницы культур и делает нас сплоченным обществом, нам проще договариваться друг с другом и на бытовом, и на глобальном уровне. Может, очень пафосно прозвучит, но у меня есть внутренняя миссия — напоминать зрителю, что мы должны учиться понимать и уважать разнообразие друг друга. 

 

Когда я только пришел в Stand Up на ТНТ, продюсеры мне сказали: «Твой опыт, конечно, уникален, но есть люди, у которых такого не было — им, возможно, будет не интересно тебя слушать. Давай-ка, Жень, мы будем ориентироваться на широкую аудиторию?» Пытаясь справиться с этой задачкой, я оказывался в каких-то некомфортных ситуациях, где я уже не понимал: мне действительно смешно то, о чем я говорю, или это юмор «по работе»? Ужасное чувство. 

Сейчас я уже понимаю логику продюсеров, им нужно сделать качественный продукт и раскрывать индивидуальность каждого комика у них просто нет времени, но именно так и закаляется комедийная сталь. Ты сам должен понять, как выдержать этот сложный баланс между твоим уникальным голосом и доступностью твоего образа для массового зрителя. 

Оглядываясь назад, осознаю, что в процессе поиска своего голоса делал много вещей, которые сейчас мне кажутся странными, но все это важнейшая часть развития. Кто занимается комедией, меня понимает: с годами ты находишь и приемы, которые тебе полностью откликаются, и те, что используются только ради того, чтобы вызвать смех. Крик, мат, обнаженка — если это не оправдано — добавляется, чтобы закрыть пробел там, где не смог дописать шутку, это не развивает тебя как комика. У каждого есть такие «приемчики», но чем опытнее ты становишься, тем меньше их выживает в твоем материале.

 

— Какие были твоими?

— Пародии на акценты — когда я сильно уходил в эти образы, утрировал. Это хорошо работает, но, как и любой инструмент, он имеет свое конкретное предназначение, важно помнить об этом.

— А как ты понимаешь, что какой-то случай из твоей жизни пойдет в материал?

— Мой подход следующий. Я стараюсь жить жизнь и делать много разных вещей: ходить на встречи, в которых, может, сомневаюсь поначалу, знакомиться со странными людьми, посещать новые места, пробовать новые занятия, бросать себя в новый спорт, общаться с одноклассниками, с фриками (связано с предыдущим пунктом). Это дает очень много входящих впечатлений. Далее я выбираю из этих событий самые интересные. Причем сами по себе они не комедийные, а драматические зачастую. 

Например, мне правда было очень плохо после того, как меня укусил слепень. И сажусь писать: предполагаю, фантазирую дальнейшее развитие событий, накидываю сверху какие-то мысли. Тут важно зацепиться за эмоцию. Вот меня укусило это насекомое, больно. Окей, люди поймут эту эмоцию, а дальше что? Пришла идея связать этот случай с супергероями (Чебатков шутил на концерте, что после укуса станет человеком-слепнем. — Forbes). Звучит абсурдно, но черт его знает... То есть я вошел в такой нелогичный, мечтательный разгон, подключил к нему воспоминания из детства — это уже другая эмоция, кому-то из зрителей она откликнется. Так у шутки появляется жизнь, более долгая, чем после того, как ты просто посмеялся над своей неуклюжестью.

Ну и следом где-то год даю перед выпуском проверочные концерты. Смотрю, как зрители реагируют, что-то убираю из текста, что-то новое пишу. В итоге к записи концерта текст проходит множество-множество итераций, пока не обретет форму, которая будет устраивать меня самого. 

Безопасный юмор 

— Есть темы, которые ты избегаешь? «Человек-слепень», например, у тебя начинается с шуток про Иран и Израиль, потом идут и Гарри Поттер, и пародия на меч-кочергу.

— Да, конечно. Во-первых, те, что основаны на чем-то сверхактуальном. Я мог бы на живом выступлении пошутить про Ларису Долину, когда ее все обсуждали, сорвать реакцию. Но зачем? Через месяц шутка уже не будет работать. Мы живем в таком мире, где к вечеру новости теряют актуальность, это первое.

Во-вторых, я не готов брать темы, которые я не могу преобразовать в комедийную плоскость в силу отсутствия достаточного жизненного опыта или навыков. Я говорю, например, про людей с инвалидностью, геноцид, военные действия, больных детей и многое другое. И я не хочу, будучи комиком на сцене, приобщаться к какому-то политическому или общественному движению, так как я в них и не состою.

В идеале комик должен шутить над всем, находить ироничную, парадоксальную призму для всего происходящего вокруг. Но нужно учиться этому и очень много работать над своим словом. Говорить глупости, банальности, популизм или провокации можно, но зачем? Я учусь работе со словом, и это очень долгий путь. 

 

— Получается, с таким подходом ты не ощущаешь на себе никакого внешнего давления, особенно в последние несколько лет?

— Скорее не ощущаю. Правильно будет сказать, что у стендапа как у жанра сейчас точно непростые времена, но важно помнить, что порог входа в профессию минимален. Любой человек может запросто начать выступать на открытых микрофонах, и его сразу же назовут стендап-комиком. Это не хорошо и не плохо, это просто факт. Но именно поэтому сложно оценить общую обстановку — мы в какой-то момент подошли к критическому количеству комиков, и я думаю, что произошел определенный «перегрев» в индустрии.

— Как тебя встречает русскоязычная аудитория за рубежом? Не спрашивают, почему ты не высказываешься о «спецоперации»*?

— Встречи проходят взаимно тепло. Честно сказать, таких вопросов мне не поступало. Тем более, мне кажется, что можно лить популистскую повестку в обе стороны, добиваясь поверхностного одобрения из любого лагеря, но это не та игра, в которую мне бы хотелось играть. Да и мои зрители — это люди, с которыми мы на одной волне. И они, как мне кажется, разделяют мои взгляды на этот счет. 

— А какие настроения в индустрии, среди тех комиков, кто остался? Заметил ли ты, что усилилась самоцензура, что напряжение выросло?

— Много классных комиков уехало, много крутых комиков появилось, это естественная история. Я не могу выразить настроение всей индустрии, так как ограничен своим окружением. Но мои друзья-комики точно понимают, что в целом реалии в государстве меняются, страна проходит через сложные испытания и на этом фоне необходимо адаптироваться. Многие говорят, что стало труднее собирать зрителей на концерты — это я слышу очень часто. Но тут, я думаю, срабатывает много факторов, главные из них — экономический и падение интереса к жанру. 

Что касается самоцензуры — это индивидуальный момент. Мне кажется, здесь все очень зависит от характера человека, склонен ли он разгонять тревогу внутри (и вокруг) себя или нет. Но тревожных людей в стендап-комедии много. 

Комик-инвестор

— Кроме юмора, ты еще занимаешься бизнесом. Почему захотел пойти в предпринимательство?

— Тут очень просто: разные проекты приносят мне прибыль, которой нужно распоряжаться, мне интересно вкладывать ее в бизнес, в создание чего-то нового, каких-то точек притяжения и рабочих мест.

— Первым твоим проектом стала сеть «Т-Арена». Как вообще пришла ее идея?

«Т-Арена» — франчайзинговая сеть компьютерных клубов. Основана в 2019 году, Чебатков присоединился к ней в 2022-м. У нее шесть точек в Москве и Томске, одна в Усть-Каменогорске. По данным СПАРК, по 30% в ООО «Т-Арена» принадлежат Евгению Чебаткову и Александру Пингусу, еще 40% — Роману Миронову. Выручка управляющей компании в 2025 году составила 1 млн рублей, прибыль — 36 000 рублей. Выручка одного клуба в месяц составляет от 1,3 до 2,3 млн рублей, прибыль — от 450 000 до 905 000 рублей (подтверждающие документы есть у Forbes). Объем своих инвестиций в проект Чебатков не раскрывает. 

— В 2019 году мой друг Рома [Миронов], у которого в Сибири сеть парикмахерских, открыл в Томске компьютерный клуб. Предложил мне вложиться и дальше уже вместе развивать эту сеть. Мне всегда нравились видеоигры, а атмосферу компьютерных клубов помню с юности. Взвесив все риски вместе с моим другом и соратником Александром Пингусом, мы приняли решение влиться в команду, и уже втроем начали развивать «T-Арену». 

 

— Как между вами поделены обязанности?

— Рома занимается всей операционкой, налогами, персоналом. Кроме того, он управляющий партнер по собственным клубам сети. Александр — наш мастер глобальной стратегии, он работает над планированием, формирует маркетинговые шаги, полностью погружен в документооборот. На мне завязаны финансовые вопросы, PR, продвижение и креатив, еще я владею клубом в Усть-Каменогорске. 

Евгений Чебатков (Фото DR)

— На сайте в разделе адресов «Т-Арены» указаны Узбекистан и Белоруссия, но там пока нет точек. Написано, что желающие могут их открыть. Планируете по СНГ расширяться?

— Вообще да, хотя у нас нет планов агрессивно расти, мы хотим расти грамотно. Мы взвешенно и поэтапно двигаемся в своем развитии, поэтому с каждым потенциальным франчайзи долго общаемся, рассказываем про все риски, особенности. Для нас главное — находить надежных партнеров, с которыми мы будем вместе строить процветающий бизнес. Задачи «впарить франшизу» мы никогда себе не ставили. 

— То есть это бизнес «для души» скорее?

— Абсолютно нет. Я очень заинтересован в том, чтобы бизнес приносил прибыль и развивался, и прилагаю много усилий для этого. 

— Вместе с развитием своих бизнесов ты еще участвуешь в двух проектах как инвестор — IT-стартапах Fabula Ai и Spot. Почему захотел вложиться? Их основатель Али Оздиев тоже твой томский друг?

Fabula Ai — ИИ-стартап, создающий инфографику для продавцов на маркетплейсах. Основан в 2023 году вместе с Чебатковым (у комика при этом нет доли в капитале). По данным СПАРК, выручка ООО «Фабула» в 2025 году составила 42 млн рублей, убыток — 17 млн рублей.

SPOTParking — сервис для поиска свободных парковочных мест на базе компьютерного зрения. Основан в 2022 году вместе с Чебатковым (нет доли в капитале). Работает в Томске и Московской области. По данным СПАРК, выручка ООО «Спотпаркинг» в 2025 году составила 7 млн рублей, убыток — 5,3 млн рублей. Сейчас работает в партнерстве с крупной телеком-компанией, ее название не раскрывается.

— Да, Али мой друг. Я доверяю его горящим глазам. У его бизнесов перспективные ниши, я знаю, что он много усилий прикладывает, чтобы все получилось. У нас есть ежемесячные созвоны, где мы обсуждаем все текущие вопросы, спорим, советуемся и много шутим. Я также участвую в мероприятиях, посвященных развитию Fabula. Только за последние полгода мы с Али побывали на трех крупных инвестфорумах. Сейчас оценка стартапa более 300 млн рублей, осенью мы хотим поднимать раунд инвестиций и привлечь от 100 млн рублей. Но для меня также очень важно, чтобы первое место в жизни занимало творчество, поэтому рядом со мной мои близкие друзья, которые как раз таки полностью сфокусированы на бизнес-задачах. 

Что касается SPOTParking — он работает в структуре крупной телеком-компании, мы два года с ними разрабатывали план сотрудничества. Детали раскрыть не могу, но скажу, что дорожная карта на три года уже есть, скоро будем запускаться.

— Раскроешь, сколько вложил во все бизнесы?

— Если собрать все проекты, получится внушительная сумма. На старте Fabula, например, инвестировал 5 млн рублей, потом еще добавлял, мы выкупали долю партнера.

— У тебя были мысли самому запустить компанию? 

— Мне очень удобно вести бизнесы с партнерами, в одиночку я бы не хотел — просто нет возможности, большую часть времени я пишу шутки, работаю с текстом и выступаю. С ребятами мы прошли все этапы притирок, доверяем друг другу. Конечно, я присутствую на наших регулярных созвонах, держу руку «на пульсе», обсуждаю текущие вопросы, задачи, принимаю решения — и каждый раз радуюсь, что мне есть на кого положиться.

 

При этом мне интересно поддерживать и чужие стартапы. По несколько раз в месяц мне питчат проекты. Я предпочитаю к таким переговорам подключать Сашу, он бизнесмен по своей сути, задает нужные вопросы предпринимателям, и зачастую они отлетают. Около 20 предложений мы уже «завернули». 

— В чем, по-твоему, главная ошибка начинающих предпринимателей?

— В том, что они не учились со мной в одном университете. Ладно, это шутка, но, исходя из моих текущих проектов, с большой долей правды. А если говорить серьезно, у меня нет желания вкладываться ради того, чтобы просто вложиться. Нужно, чтобы проект откликался где-то внутри, чтобы тебе самому была интересна сфера и направление. Плюс очень часто человек не думает стратегически, не планирует трезво, не оценивает себя или рынок. Это, наверное, ключевое.

— Что имеешь в виду под нетрезвой оценкой?

— Мы с Сашей замечаем, что начинающие фаундеры часто оторваны от реальности: они смотрят на западный рынок, просят, скажем, $1 млн за 1% в компании, которая еще себя не показала, у которой нет вообще ничего, кроме презентации. А у нас-то другая конъюнктура рынка, их фантазии в таких реалиях выглядят безумно. Когда начинаешь строить бизнес, важно понимать, что никто не оценит тебя в миллиард долларов в первый же день — по крайней мере я в это не верю. 

Поэтому, кстати, мне интересно сотрудничать с институциональными игроками вроде Kama Flow. Мы с Сашей сейчас обсуждаем с ними проекты, в которые можно вложиться под их руководством. Мне кажется, это может быть крайне интересный опыт. У нас запланирован запуск совместного проекта, но пока я не могу раскрывать детали.

— Кроме созидания, что, по-твоему, дает предпринимательство людям?

— Думаю, что грамотное предпринимательство развивает тебя во всех направлениях. Ты начинаешь по-другому смотреть на вещи, больше уважать чужой бизнес, понимаешь, как важно поддерживать друг друга и помогать малому бизнесу, тебя сложнее вывести из равновесия. 

 

Мне кажется, бизнес должен быть доступнее для людей. Сейчас этого сильно не хватает качественной просветительской деятельности, в ней много шарлатанов, кто пытается под соусом знаний продавать какие-то непонятные курсы, и другие на этом сильно обжигаются. Я бы хотел более институционального подхода к вопросу, хочется делиться знаниями, разбирать ошибки, находить решения, хочется создать сообщество близких по духу людей, кому было бы это интересно, вот над этим мы планируем работать в ближайшие три года.

— А почему комедия для тебя всегда будет на первом месте?

— Это та сила и энергия, в которой я понимаю, как могу влиять на окружающий мир. И так как это влияние, надеюсь, не деструктивное, а где-то помогающее и кому-то необходимое, то от него я получаю невероятное удовольствие.

И, конечно, в моих больших планах перейти к написанию книг — сатирических сборников. Думаю, в этом году выпущу первый. Для моего внутреннего творца важно выражать свои идеи во что-то, не давать ими захлебываться — так я достигаю глобального счастья. 

* Согласно требованию Роскомнадзора, при подготовке материалов о специальной операции на востоке Украины все российские СМИ обязаны пользоваться информацией только из официальных источников РФ. Мы не можем публиковать материалы, в которых проводимая операция называется «нападением», «вторжением» либо «объявлением войны», если это не прямая цитата (статья 57 ФЗ о СМИ). В случае нарушения требования со СМИ может быть взыскан штраф в размере 5 млн рублей, также может последовать блокировка издания.