В ожидании оттепели: почему IT-рынок в России оттает только в следующем году
От пилотов к прагматике
В 2025 году IT-рынок вырастет лишь на 3%, это связано с тем, что бизнес приводит в порядок IT-архитектуру после быстрых замен иностранного софта и оборудования, стандартизирует интеграции, стабилизируя стоимость владения, говорится в исследовании холдинга Т1 «IT-рынок в России 2025–2026: импульсы, энергия и потенциал», с которым ознакомился Forbes. В 2026-м российский IT-рынок может прибавить около 10% за счет перехода компаний от разрозненных внедрений к тиражируемым архитектурным решениям и управляемым сервисам, считает генеральный директор Т1 Дмитрий Харитонов.
Абсолютных цифр, до каких величин вырастет рынок, в компании не раскрывают. Исследование касается исключительно сегмента продажи IT-услуг, ПО и IT-оборудования для В2В-сегмента (не учитывает малый и средний бизнес, а также компании, работающие в B2C-сегменте), уточняют в Т1.
Приоритет среди компаний-потребителей IT смещается к ПО, облакам и услугам сопровождения. Ключевой вклад в общий объем спроса дают прикладное ПО (автоматизация фронт- и бэк-офиса, отраслевые программно-аппаратные комплексы), безопасность как архитектурный слой (концепция Zero Trust, мониторинг, управление уязвимостями) и облачные платформы, делятся наблюдениями аналитики, добавляя, что ИИ переходит из «пилотов» к производственным сценариям (ассистенты, поиск знаний, аналитика). Среди факторов, сдерживающих развитие рынка, в Т1 выделяют доступность ускорителей и энергоемких стоек, усложнение комплаенса к данным и ИИ, а также необходимость рефакторинга решений, перенесенных «как есть». Кроме того, замедлять рост рынка будут и макроэкономические факторы.
Рынок по-прежнему движется вперед благодаря во многом сегменту ПО и IT-сервисов, следует из отчета. В 2025 году он рос быстрее «железа» (+4%). Эксперты наблюдают замедление относительно «горячих» 2023–2024 годов, но спрос остается устойчивым за счет прикладного ПО, ИБ и облачных моделей потребления. С 2026 года они прогнозируют ускорение благодаря стандартизации внедрений, повышению зрелости существующих решений, переходу к управляемым облачным сервисам и «операционализации» ИИ — переходу со стадии пилотирования в промышленное внедрение. «Внедрение ИИ становится все более важным дифференцирующим фактором для IT-продуктов», — констатируют аналитики.
«На рынке ПО гиперконкуренция — IT-компании расширяют портфели ПО, при этом только лидеры сегментов достигают высокой маржинальности, а право на успех для новых игроков появляется только за счет наличия уникальных компетенций и активных инвестиций на завоевание рынка», — говорится в исследовании. Также усиливается консолидация на рынке ПО вокруг компаний-лидеров своих сегментов, развивающих экосистему интегрированных продуктов (конкуренция экосистем, а не отдельных продуктов).
Движение вспять
Аппаратный сегмент, в отличие от софта, переживает разворот: после избыточного спроса 2023–2024 годов эксперты фиксируют замедление (минус 10%) в 2025-м и «локальные снижения по ряду позиций с вероятным возвратом к позитивной динамике в 2026–2027 годах».
Баланс сил смещается в сторону отечественного производства, тогда как импортные поставки в среднем стагнируют или сокращаются, следует из отчета. «На кривую спроса все сильнее влияет ИИ: потребность в высокоплотных стойках, GPU-серверах, быстрой сети и скоростных системах хранения данных (СХД) формируют «ниши ускоренного спроса» на фоне более вялой динамики традиционного «железа», — пишут аналитики. — Параллельно меняется канал: растут прямые вендорские продажи крупным клиентам и в ЦОД, что сжимает маржу и объем интеграторского бизнеса в «железе».
Факторами, влияющими на развитие «железного» сектора, в Т1 видят активное замещение отечественными аналогами в сегментах серверов, СХД, сетевого и пользовательского оборудования, рост нагрузки на IT-инфраструктуру из-за цифровизации бизнеса и роста объемов данных, расширение дата-центров и развитие высокопроизводительных серверных решений. Кроме того, налицо повышенный спрос на специализированное оборудование (GPU, высокопроизводительные процессоры, системы хранения больших данных) и активная модернизация IT-инфраструктуры предприятий, переход на современные решения хранения и обработки данных.
«Главными вызовами остаются ограниченный выбор компонентной базы и высокая стоимость локального производства, однако общий тренд — переход к устойчивому росту и технологическому суверенитету аппаратного сегмента», — заключают авторы исследования.
Строительство фундамента
По другим оценкам, рост IT-сектора по итогам года действительно покажет замедление. Так, согласно данным аналитиков «Эйлер», общий объем российского IT-рынка в 2025 году составит 3,85 трлн рублей (+10% против 15–20% годом ранее): продажи ПО и IT-услуг покажут прирост на 14% — до 2 трлн рублей, а рынок оборудования вырастет лишь на 6% — до 1,8 трлн рублей.
После двух лет форсированных миграций рынок закономерно замедлился, согласны с выводами Т1 участники рынка. «2025-й — год наведения порядка: компании рефакторят быстрые переносы (из зарубежных облаков в российские, с иностранных решений на отечественные), стандартизируют интеграции, выравнивают архитектуру и повышают зрелость эксплуатации», — перечисляет технический директор «СКБ Контур» Артем Прескарьян. Это снижает темпы роста, признает он, но создает фундамент для дальнейшего развития: «В 2026 году действительно может случиться ускорение — спрос на переход от разрозненных внедрений к тиражируемым архитектурным решениям и управляемым сервисам уже заметен». Усиливается запрос компаний на предсказуемую стоимость владения, понятную эксплуатацию и тиражируемость решений — это один из ключевых драйверов развития SaaS и облачных сервисов, делится Прескарьян наблюдениями.
Что касается развития ИИ в стране, есть вероятность, что его возможности во многих сферах все еще переоценены, допускает Прескарьян. «Отсюда возникают сложности: не всегда понятно, какой именно бизнес-эффект должен наступить, как его измерить и как просчитать итоговую совокупную стоимость владения (ТСО, Total Cost of Ownership). В ближайшие годы рынок будет проходить через отрезвление и обучение тому, где ИИ дает реальную ценность, а где остается экспериментом», — заключает он. Тема ИИ привлекает сейчас больше всего внимания, при этом рынок заметно перегрет — она обсуждается куда активнее, чем видны реальные прикладные эффекты, согласен генеральный директор «Базиса» Давид Мартиросов: «Но очевидно, что ИИ надолго становится частью технологической повестки, и его значение будет только расти».
Коллеги справедливо отмечают значительное влияние ИИ на весь IT-рынок, включая необходимость обновления аппаратного парка под задачи ИИ и аналитики, размышляет директор по дата-стратегии «Группы Arenadata» Наджим Мохаммад: «В ближайшие годы нагрузка на оборудование будет неизменно расти. Важнейшей задачей становится создание комплексных, безопасных платформ для обмена данными с языковыми моделями — не просто огромных коллекций моделей, а сервисов, обеспечивающих маскирование и токенизацию данных, чтобы конфиденциальная информация не препятствовала эффективному использованию ИИ».
Все острее становится вопрос устаревания иностранного ПО, замечает Мартиросов: «Зарубежные вендоры ушли три–четыре года назад — это порог, после которого технологический долг становится критическим. Многие обновления становятся недоступны, риски растут, и даже те компании, которые не подпадают под требования регуляторов, начинают искать альтернативные решения». Впрочем, не нужно думать, что обязательное импортозамещение — единственный драйвер роста рынка, призывает Мартиросов. «Российские вендоры за последние несколько лет проделали огромную работу и во многом могут на равных конкурировать с иностранными компаниями. Более того, в отдельных сегментах мы перешли от импортозамещения к импортоопережению: вместо простого копирования функционала ПО мировых вендоров мы предлагаем заказчикам решения, созданные с учетом их актуальных потребностей», — говорит он.
Многие организации переходят от осторожной позиции по отношению к российскому ПО к активным действиям: запускают пилотные проекты, создают тестовые контуры, планируют расширения, говорит Мартиросов. «Часть клиентов рассматривает перенос закупок на 2025 год, чтобы оптимизировать нагрузку по НДС. Таких компаний около четверти, — указывает он. — Но при этом мы не видим снижения интереса к IT-проектам как таковым. Изменился лишь подход к контрактованию. Так, у «Базиса» уже около 40% выручки приходится на рекуррентные контракты: все больше заказчиков предпочитают подписочную модель, потому что она значительно дешевле на старте (иногда в два–три раза) по сравнению с бессрочными лицензиями. Это позволяет реализовывать проекты даже в условиях оптимизации бюджета, не откладывая развитие инфраструктуры на потом».
Основное внимание в индустрии, по мнению Мохаммада, смещается в сторону автоматизированных систем управления технологическими процессами (АСУ ТП), охватывающих производство и ретейл. «При этом отрасль сталкивается с серьезными вызовами: промышленность терпит убытки, которые не поддерживают корпоративное развитие, а ретейлеры после долгого периода импортозамещения испытывают недостаток ресурсов для масштабных инноваций, — рассуждает он. — Демографические факторы усугубляют ситуацию, делая перспективы значительных рыночных сдвигов в ближайшие годы маловероятными». Важной задачей для рынка, убежден эксперт, становится повышение доступности хранения и обработки данных, а также оптимизация работы с real-time информацией: «Львиная доля затрат, связанных с ИИ, приходится на процессы, связанные с хранением, обработкой и доставкой данных, и снижение этих издержек критично для развития всей отрасли».
Чего на рынке ждут от 2026 года? Не «бури роста», а ускорения в правильных местах, отвечают в Softline. «Высокая стоимость заимствований и рост налоговой нагрузки будут сдерживать расширение IT-инвестиций. Компании все чаще будут выбирать проекты с коротким горизонтом окупаемости, а фокус сместится с масштабных трансформаций на повышение операционной эффективности», — уверены в компании.