«Не хобби, а среда»: рынок видеоигр, интересы аудитории и главные тайтлы 2025 года

За последние десять лет мировой геймдев (от англ. game development — «разработка игр», процесс создания видеоигр) вырос с $85 млрд до $187 млрд и по совокупной выручке обошел кино- и музыкальную индустрию, утверждает руководитель направления «Гейм-дизайн» в Школе дизайна НИУ ВШЭ Анатолий Казаков. При этом количество игроков в мире в прошлом году приблизилось к 3,6 млрд человек, отмечает руководитель направления развития бизнеса VK Play Андрей Карелин. По его словам, наиболее популярными остаются видеоигры для мобильных телефонов, а самый большой темп роста показывают консоли.

По данным опроса НАФИ и Организации развития видеоигровой индустрии, гейминг занимает четвертое место в рейтинге самых популярных видов досуга россиян — после скроллинга лент соцсетей, просмотра фильмов и сериалов, а также прослушивания музыки и подкастов. Время от времени в игровую вселенную погружаются три четверти респондентов старше 14 лет — около 92 млн человек. А треть из них делают это ежедневно. Если говорить о тратах россиян на видеоигры, то в прошлом году они составили около 175 млрд рублей, а каждый игрок, совершавший покупки, в среднем израсходовал около 5100 рублей.

Проблемы крупных игроков

Несмотря на рост аудитории видеоигр, с 2022 года разработчики и издатели живут в режиме сокращений и реструктуризации, рассказывает Анатолий Казаков. По его оценке, за это время игроки мирового рынка уволили около 45 000 сотрудников. Провалы высокобюджетных проектов Concord и Suicide Squad, а также отмена некоторых других релизов привели издателей к убыткам, которые исчисляются сотнями миллионов долларов. «Индустрия слишком долго верила, что дорогая игра автоматически означает успешную, — говорит Казаков. — Но эта логика больше не актуальна». Тем временем средняя стоимость разработки AAA-тайтлов (высокобюджетных видеоигр) за десятилетие выросла вдвое — до $200 млн без учета маркетинга.

В 2025 году сразу несколько студий-гигантов столкнулись с системными проблемами, соглашается преподаватель Института бизнеса и дизайна B&D и специалист по маркетингу в международных издательствах Василий Васильченко. Ubisoft продолжает терпеть убытки и закрывает проекты один за другим, а Electronic Arts замораживает развитие регулярных франшиз: так, между релизами новых частей Need for Speed была сделана самая длинная пауза — четыре года. Microsoft, в свою очередь, сокращает внутренние студии и увольняет тысячи сотрудников, пересматривая стратегию присутствия в геймдеве.

Дополнительным фактором неопределенности стал эффект ожидания GTA 6. В течение года многие издатели сознательно избегали релизов рядом с предполагаемым окном выхода игры, понимая, что проект Rockstar Games затмит любой из них. В итоге индустрия оказалась в состоянии коллективной паузы: релиз GTA 6 перенесли на 2026-й и, возможно, сдвинут вновь.

Контент-машина

На фоне дефицита блокбастеров пользователи стали возвращаться к сюжетным одиночным играм. Разработчики и покупатели все чаще говорят об усталости от гигантских открытых миров, наполненных однообразным геймплеем и гриндом (от англ. grind — «молоть», «зубрить», монотонная, повторяющаяся деятельность). Вместо масштабной игровой вселенной в сотни километров аудитория выбирает компактность, событийность, продуманный дизайн и живых персонажей. Коммерческий успех Clair Obscur: Expedition 33 и Mafia: The Old Country подтвердил, что мода на «коридорные» и сфокусированные сюжетные игры (линейный и полулинейный форматы) имеет все шансы вернуться, уверен Василий Васильченко.

Другим важным трендом прошлого года стала популярность кооперативных (многопользовательских) проектов для ПК с короткими сессиями — так называемых friendslop-игр, отмечает Андрей Карелин. Например, инди-релизы и Clair Obscur: Expedition 33, и No, I’m Not a Human, и Hollow Knight: Silksong собрали сотни миллионов долларов.

Еще одна заметная тенденция — аудитория стала интересоваться проектами среднего масштаба (AA) и инди-разработкой (A). Такие игры отличаются от AAA-тайтлов не только объемом вложений. Их разработчики быстрее реагируют на изменения вкусов аудитории, активнее взаимодействуют с сообществами пользователей и блогеров, а также изначально учитывают, как игра будет выглядеть на стримах и в коротких видеоформатах. Сегодня системная работа с комьюнити гораздо важнее для успеха проекта, чем его бюджет, подчеркивает Васильченко. А по мнению Анатолия Казакова, многие производители сознательно стремятся добавить в игру вирусные моменты, превращая ее в «контент-машину». В отдельных случаях зрители сами становятся частью игрового процесса, влияя на события через чат стрима.

Любопытно, что использование искусственного интеллекта (ИИ) в разработке игр остается спорной темой. Часть студий рассматривает его как обязательный инструмент для прототипирования (создания упрощенной, рабочей версии игры), генерации ассетов (текстур, моделей и других необходимых ресурсов для создания игры) и оптимизации производства. Другие, напротив, вводят жесткие внутренние запреты, опасаясь юридических рисков и утраты уникальности. По мнению Васильченко, в ближайшие годы дискуссии на эту тему продолжатся.

Формула хита

Как правило, издатели стараются заранее определить коммерческий потенциал игры, изучая вишлисты пользователей, данные плейтестов (оценок на этапе разработки) и предпочтения стримеров. Но, несмотря на обилие инструментов анализа, предсказать, какой проект станет хитом, практически невозможно, считает Андрей Карелин. Даже наличие франшизы или успешного сиквела больше не гарантирует результат, добавляет Анатолий Казаков. А Василий Васильченко, в свою очередь, утверждает, что самыми информативными являются диагностика демоверсий и открытые тесты, однако они требуют диалога с аудиторией.

Тем временем в 2025 году количество пользователей, которые платят за видеоигры, достигло 1,6 млрд человек, рассказывает Карелин. По его словам, сегодня каждый может выбрать подходящую модель монетизации: free-to-play (бесплатные игры), buy-to-play (платные), покупку косметических предметов (внутриигровых товаров) или подписку (регулярную плату за доступ к игре или сервису). Последний вариант — компромисс между интересами игроков, платформ и разработчиков: он дает стабильный доход сервисам, широкий охват проектам и снижает порог входа для аудитории. При этом, по словам Васильченко, игроки готовы тратить ресурсы (время и деньги) только на уникальные проекты, способные вызвать эмоциональный отклик.

Мифическая индустрия

После 2022 года рынок видеоигр в России вынужденно выстраивал новую инфраструктуру из-за ухода западных издателей и платформ, а также ограничений использования платежных систем. 

За последние два года более 3 млрд рублей ушли на развитие локальных игровых проектов, а до 2027 года планируется направить на поддержку отрасли еще 3,4 млрд рублей, отмечает директор Института развития интернета Алексей Гореславский. Однако, по словам Казакова, большинство релизов не смогут окупиться за счет внутреннего рынка: «Успешные игры все равно будут выходить на глобальную дистрибуцию — через Эмираты, Кипр, Сербию или другие дружественные юрисдикции. В этом смысле российская индустрия как отдельная сущность в геймдеве — скорее миф».

Понятие «российская игровая индустрия» — условное, потому юридически в стране присутствует очень мало представителей отрасли, соглашается Анатолий Казаков: «Игровая индустрия — это блинный торт, только блины в нем лежат неровно: разработчики находятся в странах с низкими издержками, юридические лица — в налоговых гаванях, издатели — в США, Японии или Китае. Это норма и для мирового рынка, и для большинства так называемых российских компаний».

«По разным опросам, от половины до двух третей совершеннолетних россиян играют, так что игры — это уже не хобби, а среда, конкурирующая с социальными сетями и во многом заменяющая их», — отмечает Казаков. По его словам, сегодня индустрия способна удовлетворить практически любой пользовательский запрос — от развлечения, общения и самовыражения до снятия стресса и проживания сложных эмоций. «Игры — это огромный мир, где каждый находит что-то по душе», — резюмирует Андрей Карелин.

Forbes Young попросил экспертов игровой индустрии и авторов профильных Telegram-каналов назвать тайтлы, которые, по их мнению, лучше всего отвечали запросам пользователей в 2025 году. В подборке — «долгострой», кооперативы, AA-проекты и хайповый релиз, не оправдавший ожиданий.