К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего браузера.

«Неудобная эгоистка»: художница Настя Ливаднова о прямоте, норме и чужих ожиданиях

Настя Ливаднова. Фото: Алиса Дюндик
Настя Ливаднова. Фото: Алиса Дюндик
Настя Ливаднова — 25-летняя мультидисциплинарная художница родом из Ростова-на-Дону и номинантка рейтинга Forbes «30 до 30» в категории «Искусство» 2026 года. В центре ее работ — собственная личность, идентичность, уязвимость, а сами работы тяготеют к жанру автофикшена. Forbes Young поговорил с художницей о «неудобном эгоизме», желании выразить себя и тяге к экспериментам

«В искусстве было все, не было только тебя» — эти слова, регулярно появляющиеся в материалах о художниках и искусстве нашего века, как нельзя лучше описывают присутствие Насти Ливадновой на арт-сцене. С виду «молодая хулиганка» делает то, что уже не раз происходило в искусстве. Однако интерес к собственной личности и изменениям, легшим в основу её творчества, — частный образ самой Насти — делает каждое её произведение уникальным.

Ливаднова — выпускница программы бакалавриата «Современное искусство» Школы дизайна НИУ ВШЭ. Художница работает на пересечении перформанса, фотографии и видео. Ее дебют — персональная выставка в мастерской Фонда поддержки современного искусства «Сфера» — состоялся в 2021 году. Спустя два года Ливаднова попала в лайн-ап фестиваля саунд-арта и визуального искусства ATONAL BERLIN, получила грант от фонда Cosmoscow, дважды появилась в XL Галерее — сперва в паре с фотографом Сергеем Сапожниковым на выставке «Игра в молоко», затем с персональным проектом «Смотреть в стены и представлять, что за ними».

В том же году Ливаднова создала видео-арт «Это все о неправильном моменте в правильное время», где ее забрасывают яйцами. Пару минут Настя отбивает их теннисной ракеткой, и вскоре скорлупа и желтки покрывают асфальт и ее тело. На создание проекта ее подтолкнул случай на вступительном собеседовании в Венскую академию изобразительных искусств: после привычного представления себя художница, листая слайды портфолио, просто пропевала свое имя на протяжении последних минут собеседования. Комиссии это не понравилось. Видео-арт заканчивается титром «Посвящается семи минутам интервью с Даниэлем Рихтером (современный немецкий художник, профессор Академии. — Forbes Young) и последовавшим за ним десяти часам терапии с Антоном Шпильманном (современный композитор, музыкант. — Forbes Young)».

 

Более поздним проектом стал Self-Audition, созданный с фотографом Гошей Ином. «Эта героиня, — описывала проект Ливаднова, — мое домашнее альтер эго. На публике я предпочитаю быть представителем сдержанной сексуальности. Чтобы сразу отсеивать представителей несексуальных мозгов. Но в реальной жизни я hot, если не the hottest, и я не намерена это больше скрывать. У нас с друзьями есть прикол. Когда по телефону я говорю, что перехожу дорогу, они часто в шутку спрашивают: «Кому?» И это «кому?» очень про эту героиню». Правда, в разговоре с Forbes Young художница призналась, что уже не ассоциирует себя с этим проектом.

6 августа в музее «Гараж» прошел заказанный институцией перформанс «Будь готова быть одна» — концерт-размышление об одиночестве, ставшем типичным обстоятельством нашего времени. 

Forbes Young поговорил с молодой художницей об этом музыкальном дебюте (интервью записывалось за три дня до его проведения), детстве в Ростове-на-Дону, «неудобном эгоизме» и откровенности на сцене.

Telegram-канал Forbes Young
Просто о сложной картине мира
Подписаться

«Я буду двигать камни»

— Как долго ты жила в Ростове-на-Дону? Повлиял ли на тебя этот город?

— Я прожила в Ростове-на-Дону до 18 лет и уехала после окончания школы, когда поступила в университет. Мне нравится мой опыт жизни в этом городе: мне на чувственном уровне ценны обочины, темпераментность и какая-то распространенная южная прямота. Город точно повлиял. Помню, как осенью смотрела во двор из окна нашей квартиры на втором этаже панельки и вместо детской площадки с турниками видела месиво из грязи — меня бы это смущало, если бы я это не любила. Помню, как 12-летняя я часто представляла, что могла бы с этой грязью сделать. Наверное, мне тогда уже стоило понять, что эти взгляды во двор бесследно не пройдут…  

 

Помню, как в 10 классе мама отвела меня в учреждение, где по отпечатку пальца рассказывают о склонностях ребенка. Там сказали, что мне по судьбе идет род деятельности, где я буду «двигать камни». Мы тогда не поняли, о чем идет речь, и как-то вскользь про себя посмеялись. Но позже стало уже не так смешно: спустя годы стало понятно, что речь шла о том, что «двигать камни» — это отстаивать свои категоричные взгляды. И если это моя склонность, то, очевидно, судьба простой не намерена быть. «Упс».

— Когда ты поняла, что будешь заниматься искусством? 

— Это было понятно сразу, еще в средней школе. Сразу, потому что я не могла представить себя кем-либо, кроме той, кто транслирует себя и свое видение. Хотя у меня неплохо развита фантазия. 

— Как отреагировала семья на твой выбор? 

— Вопросом: «Котенок мой любимый, как ты будешь зарабатывать?»

— О чем были твои первые работы?

— Все так же, как и сейчас, — обо мне и моих ощущениях. Первой художественной работой стало видео, которое я снимала на iPad 3. Оно называется «Настятека». Мне было 15 лет. В нем я танцевала в подъезде, в котором сверху лестничной клетки было выжжено имя «Настя», и, вдохновившись по сей день любимым фильмом «Мистер Бин на отдыхе», туда-обратно засовывала камеру в рот сушеной рыбы на рыночном прилавке. Сейчас это видео скрыто на YouTube, но оно не менее любимое. Я до сих пор стремлюсь быть той сырой необработанной энергией, которая есть в нем.

Настя Ливаднова. «Настятека». Скриншот из YouTube

«Переживать себя еще раз и еще» 

— Можно ли выделить точку, после которой твоя практика изменилась — стала другой по методу или по теме? 

— Наверное, да. И одновременно нет. Я всегда знала, что мне надо делать, но так сложилось, что после переезда в Москву я долго маялась в Школе дизайна, сдерживала себя на первых двух курсах. Пока не вспомнила, что больше всего мне нравится наблюдать за своими чувствами на сцене, где сценой может быть все. Ну и дальше продолжение истории уже известно. «Эгоистка» снова стало сопроводительным словом, а «неудобная» — привычным дополнением.

— А чем-то глобальным, не личным, пробовала заниматься? 

— Мне неинтересно глобальное, совсем. Свое повествование я строю всегда от собственного переживания. 

— Перед тем как перейти к перформансу в «Гараже», давай вспомним постановку, с которой ты уже была на сцене в начале этого года — «Прекрасный возраст, чтобы разозлиться на себя, но разозлишь меня все же ты». Расскажи о ней. 

— Это театральная постановка, созданная в сотрудничестве с одной театральной московской площадкой (имеется в виду театр «а39». — Forbes Young) в феврале этого года. Если сжато, эта работа — трансляция моего сформулированного мнения на один крайне конкретный вопрос в отношении семьи и взаимоотношений в целом. Разговор строится на основе череды ситуаций из 2023–2024 годов, а в качестве нарратора выступают 50 минут голосовых сообщений от моих друзей, повествующих про меня и мой период расставания с одним знакомым. Даже так: про меня и мою реакцию на чужое обычное повсеместно трусливое поведение. Это моя любимая работа. Любимая, потому что максимально прямая в ценностях. 

Настя Ливаднова. Постановка «Прекрасный возраст, чтобы разозлиться на себя, но разозлишь меня все же ты». Февраль 2026, театр «а39». В кадре: Настя Ливаднова, Сергей Кирпиченок (Фото DR)

— Насколько тебе трудно оставаться искренней в своих работах? 

— Мне свойственно быть экстремально прямолинейной. При таком темпераменте невозможно фильтровать искренность. Я искренне не понимаю, как можно не быть собой на 100%. Мне значительно труднее приглашать знакомых на свои показы, чем быть откровенной в работах. Этот процесс отправки СМС всегда так интимно мной переживается, что я стараюсь никого не приглашать. В моем случае разговор всегда идет об уязвимом материале, о таких... «словах для близлежащего ушка перед сном», что я начинаю стесняться звать кого-то присоединиться к своему откровенному категоричному воззрению на мир. Зрителю не стоит рассчитывать, что он получит удовольствие. Он может его и не получить: эти взгляды вполне себе одиноки.

 

— Предельная откровенность в работах и стеснение в их демонстрации… Одно другому не мешает? 

— В последнее время все чаще думаю, что все, что со мной происходит, мягко скажем, нельзя назвать нормой. В себе я особо ценю способность догадаться не обсуждать свою личную жизнь со знакомыми или в интернете. Но так сложилось, что единственное место, где я обсуждаю личное из раза в раз, — на сцене. И это поведение — подарок на большого любителя. И я понимаю каждого, кто это не любит. Но я ничего не могу с собой поделать: я люблю монетизировать память. Мне важно переживать себя еще раз и еще. 

— Так что для тебя перформативность? Способ рефлексии, самовыражения или социализации? 

— Для меня это неестественные слова. Я о них не думаю. 

«Эксклюзивный риск»

— Расскажи про перформанс в «Гараже». Как идет подготовка?   

— Сейчас активно идет финальный процесс подготовки над выпуском дебютной музыкальной работы «Будь готова быть одна», эксклюзивно созданной в сотрудничестве с музеем
«Гараж». Dreams come true... (с англ. «Мечты становятся реальностью». — Forbes Young). Благодарна музею и всей команде, работавшей над перформансом. «Будь готова быть одна» — это аудиовизуальный концерт, который пройдет в атриуме музея 6 августа. Это выступление — как серия личных размышлений о собственной неуместности. На нем будут звучать мои демо в Live-аранжировке, которые больше нельзя будет услышать в такой форме. Эксклюзивный риск. И последнее, что добавлю: за три дня до показа у меня пропал голос. Стоит держать в уме, что 50 минут на сцене я говорю вслух.

— Кажется, музыка — это что-то новое для тебя. 

— Музыка — несвойственный мне ранее жанр, так как я никогда прежде в нем не проявлялась публично. Но мне она всегда была естественна и интересна. Хотя несколько знакомых из индустрии за эти недели поголовно удивились, когда я с ними поделилась о предстоящем материале, и сказали, что с карьерой на таком уровне заявлений, когда «дела неплохо идут в гору», так не рискуют — лучше придерживаться роли «визуальной художницы». Но мне все равно на чужие ожидания: мне важно переизобретать себя и свое же представление о себе.

Анастасия Ливаднова. Фотография к перформансу «Будь готова быть одна». 2026 (Фото DR)

«Все новое и все рискованное,
все свежее и все сырое,
все больше шансов отобрать у себя все шансы и в начале не понравиться,
все больше шансов снова быть острым и снова вне конкурса»

«Представитель, которому повезло»

— Был ли у тебя комплекс самозванца в арт-среде? 

— Не было, я просто себя не соотношу с ней.

— Помнишь свою первую проданную работу?

— Да. Елена Селина (основательница XL Галереи. — Forbes Young) продала мою фотографию из серии с летающей бумагой (речь идет о серии «Cмотреть в стены и представлять, что за ними». — Forbes Young). Благодарна галерее XL и также благодарна моему товарищу Сергею Сапожникову, кто помог своим весом и плечом в начале пути. Ценно.

— Удается ли сейчас зарабатывать на жизнь искусством?

— Я тот редкий представитель, которому повезло.

Настя Ливаднова. Из серии «Cмотреть в стены и представлять, что за ними». 2023 (Фото: XL Галерея)