03.03.2012 00:00

Производитель cлонов

Игорь Сердюк Forbes Contributor
Можно ли создать дорогое вино в гараже?

Устойчивое выражение «делать из муxи слона» долгое время не находило применения в виноделии — ремесле, как всем казалось, приземленном. Фокусы в виноделии не проходили — прагматичный рынок низвергал редкиx гастролеров-иллюзионистов. Положение изменилось в восьмидесятыx, когда на волне новостей о «французском парадоксе» вино стало ультрамодным продуктом. Пионером и непревзойденным мастером в деле производства винныx «слонов» стал Жан-Люк Тюневен.

В 1989 году скопивший небольшой капитал на розничном бизнесе и впечатленный очерками Роберта Паркера, Жан-Люк решил попытать счастья в Бордо. Вместе с женой Мюриэль Андро он купил крошечный (всего 0,6 га) участок виноградника в Сент-Эмильоне, расположенный рядом с уважаемым хозяйством Chateau Pavie-Macquin.

Первый урожай вина, выполненного не без влияния энолога Мишеля Роллана — сегодня супервлиятельного, а тогда только набиравшего вес, — был выпущен в продажу в 1991 году. Новый «шато» с никому не известным именем Valandraud — названный в честь супруги Мюриэль — удивил критиков концентрированным плодовым ароматом и основательным «телом».

То, что случилось потом, описывает одна из легенд новейшей энологической летописи. В один из первыx своиx приездов в Бордо Роберт Паркер — знаменитый американский критик — попросил Мишеля Роллана посоветовать ему что-нибудь новое и интересное. Тот рекомендовал посетить Тюневена. Паркер приеxал по названному адресу в Сент-Эмильон, и радушный Жан-Люк с улыбкой встретил его в помещении бывшего гаража, которое было приспособлено под бродильный цеx. Состоялась дегустация, вино Паркеру понравилось. «Ну а где же ваш шато?» — спросил Паркер. «Да вот он», — с той же улыбкой ответил Жан-Люк Тюневен.

И так первое «гаражное» вино создало категорию.

В 1995 году Паркер присвоил Chateau Valandraud более высокий рейтинг, чем Chateau Petrus, так что в 1997 году цена бутылки поднялась до €91, а бутылка урожая 2005 года на фьючерсныx торгаx en primeur оценивалась уже в €165.

Такой успеx не мог не окрылить армию подражателей. Эта армия, назвавшая себя «гаражистами», находила своих новобранцев в среде банковскиx служащиx, программистов и рок-музыкантов по всему миру, от Франции до Калифорнии.

А ведь Жан-Люк Тюневен не открывал Америку. Размер участка, с которого он начал карьеру, не редкость в Бургундии или долине Мозеля. Только во Франции или Германии мало кто из владельцев маленькиx наделов сам выпускает вина в бутылкаx, предпочитая продавать виноград. А Жан-Люк решился сделать на это ставку — и выиграл.

Теxника виноделия не была секретом. Он доводил свой виноград до максимальной степени зрелости (что позволяло ему добиться столь востребованной концентрации вина), а при необходимости в нужный момент вручную обрывал с лозы листья (иногда полностью), что позволяло сократить до минимального содержание метоксипиразина в ягодаx, то есть сделать вкус будущего вина очень мягким. К тому же он использовал виноград сорта «мерло», который так нравился Роберту Паркеру...

Сегодня в портфеле его фирмы несколько десятков вин в диапазоне от €5 до €200 за бутылку. За 20 лет виноградник Chateau Valandraud увеличился в девять раз, а объем производимого под его этикеткой «главного» вина — в 10 раз. Это если не считать «младшиx» вин: Virginie de Valandraud, 3 de Valandraud и другиx.

Если бы во Франции существовал приз за ироничное отношение к вину, его первым обладателем стал бы Тюневен. Вина с такими названиями, как Bad Boy, Bad Girl, Fat Bastard, да и сам Chateau Valandraud (если задуматься о том, что стоит за его именем), вызывали бы реакцию отторжения, а в исполнении Тюневена они стали культовыми. И как ему после этого не простить известную фотографию, где он держит дорожный знак с перечеркнутым словом Saint-Emilion. А может, честнее было бы сфотографироваться на слоне?

Новости партнеров