Подготовка экипажа: как все устроено | BrandVoice | Forbes.ru
$57.91
69.23
ММВБ2060.24
BRENT56.37
RTS1120.13
GOLD1297.57

Подготовка экипажа: как все устроено

читайте также
Голос компании Аэрофлот на Forbes.ru

Подготовка экипажа: как все устроено

Мы побывали в тренировочном центре «Аэрофлота» и выяснили, как проходит обу-чение пилотов и бортпроводников авиакомпании.

Жесткая посадка
Взлетно-посадочная полоса скрывается за стеной дождя. Сильные порывы ветра болтают самолет, как денежную купюру. Приземлиться нужно в ущелье среди гор. А тут еще и двигатель отказал. С подобной ситуацией пассажиры «Аэрофлота» вряд ли когда-нибудь столкнутся в реальной жизни. Но пилоты сталкиваются постоянно. В тренажерном центре они отрабатывают все возможные нештатные ситуации. Один из учеников шутит, что настоящий полет намного проще.  

— На тренажерах летчики могут столкнуться с такими ситуациями, с которыми в жизни им никогда не придется иметь дело. Они ко всему готовы, — говорит Евгений Воронин, командир воздушного судна и пилот-инструктор. — За 37 лет летной работы у меня практически не было нештатных ситуаций. Помню, как когда-то был прерванный взлет из-за отказа двигателя на самолете Ту-134. Но все обошлось. Пассажиры даже ничего не заметили. К слову, десять лет назад я завершил эксплуатацию этого типа самолета в «Аэрофлоте». 31 декабря воздушное судно этой модели сделало свой завершающий полет из Уфы в Москву и больше никогда не использовалось в авиакомпании.

Евгений Воронин работает в «Аэрофлоте» 19 лет. До этого он летал на Крайнем Севере, а также возглавлял миссию авиационной поддержки миротворцев в Югославии. Ему довелось возить многих высокопоставленных лиц, в том числе и президента США Джимми Картера. Евгений Воронин был первым, кто выполнил коммерческий полет на флагманском российском пассажирском самолете Sukhoi Superjet. Это был рейс, который доставил правительственную делегацию из Москвы в Санкт-Петербург на Петербургский международный экономический форум. Господин Воронин как никто другой знаком с этим самолетом, поэтому ему доверили тренировку и проверку летных экипажей на тренажере Sukhoi Superjet. 


Sukhoi Superjet — один из тренажеров, который находится в центре подготовки авиационного персонала «Аэрофлота». В просторном ангаре есть тренажеры для всех типов, эксплуатируемых в авиакомпании. В том числе и российского среднефюзеляжного пассажирского самолета МС-21, первый полет которого состоялся совсем недавно, 28 мая. Здесь, в пяти минутах езды от Шереметьево, тренировочные полеты идут круглосуточно. Массивные кабины напоминают скорее космические корабли, нежели самолеты. Внутри все как в настоящем воздушном судне: навигационный дисплей, панель управления, рычаги. Вместо окна — экран. Тренажер имеет подвижную основу, поэтому в кабине создается ощущение реального полета.

— Тренажер полностью имитирует реальный полет: турбулентность, набор высоты, посадку, в том числе и жесткую. Такие тренировки освобождают нас от проблем в воздухе, — продолжает Евгений Воронин. — Дважды в год все пилоты авиакомпании должны отлетать на тренажерах по восемь часов и сдать экзамен. Рядовые пилоты могут выполнять полеты на одном конкретном типе воздушного судна. Командно-летный и инструкторский состав имеют возможность летать на двух типах самолета. К примеру, я могу выполнять полеты на Sukhoi Superjet  и Airbus A320.

Помимо практикующих пилотов «Аэрофлота» в тренажерном центре проходят переподготовку летчики, которые работали в других авиакомпаниях, а также выпускники училищ гражданской авиации. Обучающие программы зависят от уровня профессионализма и предыдущего опыта. Для пилотов, которые летали на самолетах со «стеклянной кабиной», — одна программа. Для летчиков, которые работали на традиционных самолетах, таких как Ан- 24, Як-40 и Ту-154, другая программа. Для выпускников летных училищ — третья. Программа может длиться в среднем от двух недель до полутора месяцев. Сегодня «Аэрофлот» создал резерв кадров из 180 человек — учебно-летный отряд. Это профессионалы из других компаний и летных училищ. Тип самолета, на котором они будут проходить обучение, определяет «Аэрофлот» в зависимости от своего штатного расписания. 

— Наш учебный отряд — это вообще прецедент в истории современной авиации России, — говорит Евгений Воронин. — Командный и инструкторский составы «Аэрофлота» следят за лучшими студентами, встречаются с ними и мотивируют учиться. Для лучших выпускников еще в период учебы в вузе организована переподготовка на определенный тип воздушного судна, эксплуатируемый в авиакомпании. Отличники получают именную стипендию «Аэрофлота». Для того чтобы попасть к нам, изначально должен быть сильный уровень подготовки. Без знания основополагающих дисциплин, таких как аэродинамика, теория двигателя, конструкции самолета, пилоту вообще нельзя подходить к самолету. 
Вода, огонь и алые губы
— На каждый тип воздушного судна всем бортпроводникам нужно заново проходить подготовку. У меня есть допуск на все самолеты, — говорит Светлана Кривошеева, инструктор-бортпроводник c 19-летним опытом работы. Светлана обучает будущих стюардов и стюардесс тому, как нужно общаться с пассажирами и спасать их в случае аварийной ситуации. 

В просторном трехэтажном здании, фасад которого напоминает обтекаемый нос самолета, десятки молодых девушек и юношей отрабатывают всевозможные нештатные ситуации: от задымления на борту до аварийной посадки самолета на воду.  «Прыгайте! Съезжайте! Убегайте!» — раздается команда у надувного трапа от самолета Airbus A320. Группа девушек по очереди спускаются вниз. За вытянутые руки, сжатые в кулаки, у основания трапа их подхватывают два человека — сотрудники «Аэрофлота». В реальной жизни таких помощников выбирают среди пассажиров. Предпочтение отдается тем, кто работает спасателями, пожарными или сотрудниками других авиакомпании. Экипаж «Аэрофлота» покидает самолет последним, так как он должен контролировать ситуацию в салоне. Он же берет все необходимое аварийно-спасательное оборудование: радиобуй, фонарь, аптечку. 
— Во время спуска человек подпрыгивает. В реальной жизни вместо матов может оказаться бетон или вода, — объясняет Светлана Кривошеева. — При аварийной посадке на воду этот трап превращается в плот. Обязательная часть курса — спасение пассажиров на воде. Мы отрабатываем это в бассейне. Учимся эвакуировать людей за 90 секунд. Акул отпугиваем. А еще мы учимся привлекать внимание пролетающего самолета — беремся за руки, образовывая круг, и бьем ногами по воде.

И это далеко не единственное, чему научатся будущие бортпроводники «Аэрофлота» во время трехмесячной интенсивной программы. В конце курса они сдают экзамен по всем дисциплинам, среди которых правила перевозки пассажиров, багажа и опасных грузов, основы воз-душного права, психология и культура общения, иностранный язык. Но основная часть обучения отводится все-таки аварийно-спасательной подготовке. Безопасность для «Аэрофлота» — приоритет, поэтому ей уделяют больше времени. 
 
— Самым сложным для меня было оказание доврачебной медицинской помощи, — вспоминает бортпроводница Анастасия Таюшева, которая работает в «Аэрофлоте» 2,5 года. — На бор-ту не всегда есть врач, поэтому мы должны знать, к примеру, что делать, когда пассажир побледнел, а при этом у него повышен пульс. И мужчины, и женщины учатся принимать роды на специальном манекене. Ведь были случаи, когда во время полета рождались дети. Один из последних произошел в 2012 году на рейсе из Симферополя в Москву. Как правило, роженицу размещают на кухне самолета, а само пространство обкладывают пледами и подушками. Для таких случаев у нас есть специальные бланки — их подписывает командир самолета. В графе «место рождения ребенка» он указывает тот город, куда приземлился самолет. 

В учебном зале многолюдно. Вдоль стены расставлены тренажеры дверей от всех типов самолетов, которые эксплуатирует «Аэрофлот». Почти у каждого такого тренажера сейчас про-ходит обучение. Несмотря на большое количество учеников, в школу попадают далеко не все. Среди критериев: крепкое здоровье, полное среднее образование, знание минимум одного иностранного языка. 

— Также оценивают личностные качества и внешний вид. Если у вас есть татуировки на видимых частях тела, забудьте о работе стюардессой в «Аэрофлоте». С маленьким ростом тоже не примут. Считается, что людям ниже 160 см сложно дотянуться до багажной полки, — рассказывает Анастасия Таюшева. — Нам нельзя наносить вызывающий макияж — только нежные, пастельные оттенки. Никаких аксессуаров с большими камнями. Накладные ногти тоже нельзя — ведь если они попадут кому-то в тарелку, пассажиру это вряд ли понравится. Как наносить макияж, делать прическу и подбирать аксессуары нас учат на специальном тренинге «Имидж бортпроводников». 

В тренировочном центре «Аэрофлота» подготовку проходят не только новички, но и те, кто уже летает. Ежегодно все бортпроводники и инструкторы «Аэрофлота» отрабатывают аварийные процедуры. Тренировку в бассейне проходят реже — раз в два года. После двух-трех дней интенсивной подготовки нужно сдать экзамен — по теории и практике. Это делается для того, чтобы экипаж в любой ситуации работал быстро и слаженно. Ведь при герметизации человек теряет сознание за 15–20 секунд. Самолет сгорает за 90 секунд. В нештатных ситуациях важны скорость и командная работа. 

— В «Аэрофлоте» работает порядка семи тысяч бортпроводников. С коллегами по рейсу, как правило, мы знакомимся до вылета — на брифинге. Чтобы работать слаженно в любой ситуации, важно пройти серьезную школу подготовки, — продолжает Анастасия Таюшева. — После окончания курса тренер всегда желает всем, чтобы полученные знания и навыки не пришлось применять на практике в реальной жизни. Но если потребуется, мы ко всему готовы!