Forbes
$65.47
73.02
DJIA17851.51
NASD4895.00
RTS907.97
ММВБ1898.75
19.08.2014 06:00
Антон Вержбицкий Антон Вержбицкий
редактор Forbes 
Поделиться
0
0

Исполнитель алгоритмов: как музыкант стал финансистом

Исполнитель алгоритмов: как музыкант стал финансистом
Фото Марии Савельевой для Forbes
Арам Гущян мечтал о карьере пианиста, но пошел по стопам отца и стал заниматься финансами. Чего он добился во главе отдела алгоритмической торговли Blackfield Capital?

Обновлено 10 октября 2014 года:

компания Blackfield Capital, считавшаяся одним из лидеров российского алгоритмического рынка, неожиданно осталась без руководства и средств клиентов. Теперь на вопрос о том, куда исчезли деньги и топ-менеджеры, будут пытаться ответить правоохранительные органы. Подробнее — в материале «Сбежавшие алгоритмы: как компания Blackfield capital осталась без денег и руководства».

«Классической музыкой сложно зарабатывать в России. Ты сможешь обеспечивать себя, если станешь звездой», — рассуждает тридцатилетний глава отдела алгоритмической торговли компании Blackfield Capital Арам Гущян, в свое время пытавшийся сделать музыкальную карьеру. Гущяну было 14 лет, когда соседка предложила ему попробовать сыграть на фортепиано. Не зная ни одной ноты, он умудрялся повторять за ней «Грезы любви» Ференца Листа. Музыка так затянула, что в 2004 году он окончил училище при Московской консерватории, а позже стал лауреатом ряда конкурсов и выступал в Европе. Но карьеру музыканта неожиданно прервали проблемы со здоровьем и запрет врачей на профессию.

Отец Арама Феликс Гущян хотел, чтобы сын пошел по его стопам и стал финансистом. В начале 1990-х Гущян-старший претендовал на место главы ЦБ Армении, а позже работал директором финансового департамента Vallex group, крупнейшего в Армении экспортера золота и меди.

Первый контакт Арама Гущяна с миром финансов в начале 2000-х завершился неудачно. «Сто долларов, которые я взял у отца, исчезли без единой сделки на рынке форекс — сайт компании через пару дней просто перестал открываться», — вспоминает Гущян.

Так он убедился, что на финансовом рынке больше жуликов, чем в мире музыки.

Поступив в Академию народного хозяйства, Гущян практически сразу начал заниматься бизнесом. И совместно с друзьями Араратом Мкртчяном и Давидом Папазяном создал компанию MGM Capital, которая просуществовала полтора года, предоставляя консультации и оценивая активы. Первым клиентом стал Гамлет Пашаян, которому нужно было разобраться с долгами Кондинского НПЗ. Потом MGM Capital оценивала бизнес-центр Four Winds на Тверской, позже — картины коллекционера Романа Локшина стоимостью €220 млн. «Арам хорошо вел переговоры, а я занимался подготовкой аналитической части», — говорит Мкртчян.

Одновременно прямо на занятиях в академии Гущян совершал первые сделки на фондовой бирже на пару с другом Карапетом Лулукяном. «Кто-то из преподавателей ругался, но в основном они относились снисходительно», — вспоминает Гущян. Он занимался быстрыми спекулятивными операциями (скальпинг) с фьючерсами на индекс РТС, совершая сотни сделок в день. На его счету было всего 60 000 рублей, и за день он мог увеличить эту сумму на 10%. Гущяну показалось, что он наконец-то нашел способ обеспечивать семью, но в 2010 году хлеб у скальперов начали отбирать роботы. Чтобы научиться соревноваться с ними, Гущян попытался устроиться на работу в брокерскую компанию БКС, где ему предложили консультировать клиентов с общим объемом счетов на 70 млн рублей. «Я сразу понял, что моя задача — делать комиссии, а не идеи. Я надеялся, что смогу объединить эти вещи», — объясняет Гущян.

Пока он раздумывал над вакансией, Лулукян случайно познакомился у газетного киоска с финансистом, который предложил ему пройти собеседование. Лулукян испугался идти один и взял для поддержки Гущяна. Оказалось, что набором сотрудников для Blackfield Capital занимался экс-управляющий Morgan Stanley Ким Карапетян. После собеседования он предложил Гущяну управлять портфелем объемом 5 млн рублей. Лулукян чуть позже возглавил отдел доверительного управления в УК Райффайзен Капитал, а экс-партнеры Гущяна по MGM Capital Мкртчян и Папазян работают в управляющих компаниях Stempost Capital и Copperstone Capital.

Гущян предложил Карапетяну идею скоростной торговли на утренних всплесках цен — «гэпах». В момент открытия биржи торговый робот с кредитным плечом 1:10 посылал около 6000 заявок в секунду, каждая из которых содержала до тысячи контрактов на индекс РТС. Такой высокочастотный робот собирал заявки с лучшими ценами, и, имея на счету 15 млн рублей, Blackfield Capital за пару секунд ежедневно зарабатывала по 500 000–700 000 рублей.

К 2011 году портфель Гущяна вырос до 100 млн рублей. Он только защитил диплом по построению бизнеса в алгоритмической торговле у экс-главы Московской биржи Рубена Аганбегяна и возглавил алгодеск в Blackfield. По данным РТС, компании удавалось быть в первой тройке по скорости заключения сделок в начале торгов. По словам Гущяна, для достижения лучших результатов специалисты компании разгоняли самые мощные на тот момент компьютерные процессоры и увеличивали их производительность. Компьютеры не выдерживали нагрузок и каждый месяц сгорали. Выросшие доходы позволили усилить команду, набрать физиков и математиков из университетов в России и США.

Оборот компании приблизился к 2% от российского срочного рынка, но высокочастотный трейдинг изменился — усилилась конкуренция, появились роботы, входившие на рынок не за 40–50 миллисекунд, а за 10. Blackfield нужно было срочно что-то менять. Первым делом компания создала программное обеспечение для быстрой разработки новых стратегий. Новая платформа позволила за два-три дня превращать идею в код и оценить ее работу в режиме реального времени. Ранее этот процесс занимал шесть-девять месяцев. Разработанные стратегии учитывают, что ликвидность некоторых инструментов в России внутри дня ограничена $5–10 млн. Таким образом, сделки совершаются раз в два-три дня. Также компания не переносит позиции через выходные. Инструменты, которые применяют более чем в двадцати стратегиях, Гущян называет «баскетами», они состоят из наиболее ликвидных фьючерсов на активы в России, Европе и США.

Еще одна особенность алгоритмической торговли Blackfield — применение моделей фрактального броуновского движения для прогнозирования цен на активы. Также компания по собственной методике рассчитывает коэффициент Херста, что помогает определить тренды на рынке и дальнейшее движение цены. 

Нажмите на таблицу для увеличения масштаба

Мир алгоритмической торговли находится на пороге больших перемен. Опросы управляющих свидетельствуют о том, что пятая часть фондов в мире близка к реализации алгоритма, который сам будет создавать торговых роботов. Blackfield Capital собирается участвовать в этой гонке и уже открыла офис в Нью-Йорке, куда переедет Гущян с частью команды.

«Если ты делаешь свое дело хорошо, то в США перед тобой открываются большие возможности по привлечению средств и развитию бизнеса», — уверен он.

Последние полтора года Blackfield Capital обкатывала торговые идеи на $20 млн собственных средств, доходность за этот период составила 30,8%. Теперь компания организует два фонда на Каймановых островах: Global Tactical Asset Allocation Fund и Alpha Equilibrium Quant Fund. Последним будет управлять Гущян. Минимальная сумма инвестиций в фонд — $500 000. Комиссия за управление — 2% от стоимости активов, комиссия за успех — 20% от прибыли. Фонд планирует за первый год увеличить активы с $25 млн до $100 млн.

Поделиться
0
0
Загрузка...
Самое читаемое
Рамблер/Новости
Опрос
Беспокоит ли вас курс рубля?
Проголосовало 15717 человек

Forbes сегодня

25 мая, среда
Forbes 06/2016

Оформите подписку на журнал Forbes.

Подписаться
Закрыть

Сообщение об ошибке

Вы считаете, что в тексте:
есть ошибка? Тогда нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке".

Вы можете также оставить свой комментарий к ошибке, он будет отправлен вместе с сообщением.