Судьба экспортера

Мария Игнатова Forbes Contributor
Петр Янчев не сумел стать олигархом. Зато после тюрьмы вернулся в большой бизнес

Происходящее сегодня с Михаилом Ходорковским напоминает основателю некогда гремевшей фирмы «Балкар-Трейдинг» Петру Янчеву его собственную судьбу. «Если за ЮКОСом последуют другие компании, работающие по аналогичным схемам, будет понятно: президент хочет навести порядок, — говорит Янчев в интервью Forbes. — Но если остановятся только на Ходорковском, то это такой же заказ, который получили Генпрокуратура и ФСБ в 1995 году на Янчева». Тогда Петр Янчев попал на два года в Лефортово, а затем правоохранительные органы признали, что «ошиблись».

Шальные миллионы

Через руки Петра Янчева десять лет назад проходила каждая четвертая тонна российской нефти, предназначенная для отправки на экспорт. Компания «Балкар-Трейдинг» была одной из немногих, кому в то время удалось получить специальное разрешение на вывоз миллионов тонн углеводородов за рубеж. Хотя о торговле нефтью сам Янчев поначалу даже не помышлял.
После окончания Казанского финансово-экономического института он проработал 15 лет на заводе ЭВМ, в 1987 году попал в систему АвтоВАЗа — получил предложение стать заместителем директора автоцентра. Но на этой должности не задержался: женился на дочери высокопоставленного прокурорского работника и перебрался в Москву. Руководство АвтоВАЗа определило Янчева в автоцентр в подмосковной Балашихе, на базе которого и была создана дилерская компания «Балкар-Трейдинг».
Принято считать, что Волжский автозавод в начале 1990-х испытывал проблемы со сбытом. Но фирмы, торговавшие вазовскими автомобилями, чувствовали себя прекрасно. Желающие приобрести машины занимали очередь у балашихинского автоцентра с вечера — жгли всю ночь костры, чтобы не замерзнуть. В те времена «Балкар-Трейдинг», как объясняет Янчев, не мог позволить себе потратиться на сеть охраняемых стоянок и предпочитал торговать оптом. На выручку сразу закупали какой-нибудь другой ликвидный товар — надо было страховаться от гиперинфляции.
В один прекрасный день в «Балкар» приехал человек из администрации Ханты-Мансийского округа и предложил купить нефть. Представления автодилера Янчева о нефтяном рынке на тот момент, как он сам говорит, были «детскими», но договор основатель «Балкар-Трейдинга» подписал. «Отправили деньги, — вспоминает Янчев. — И вот месяц жду, когда он мне нефть привезет». К тому времени «Балкар» имел уже несколько неудачных опытов торговли лесом и медью, поэтому, когда эмиссар из Ханты-Мансийска привез Янчеву вместо нефти две какие-то бумаги, тот едва не бросился на визитера с кулаками. Обошлось без драки: позвонив в Тюмень, Янчев понял, что теперь является собственником нефти. Сделка состоялась.
По-настоящему же большой куш Янчев сорвал на бартерных операциях, на которые охотно шло руководство АвтоВАЗа в начале 1990-х. «АвтоВАЗ тогда принимал все: на автомобиль менялись байковые одеяла», — вспоминает Янчев. Сведения о том, что подмосковный автодилер готов брать нефть в обмен на машины, дошли из Ханты-Мансийска до другого нефтяного города — Ноябрьска. У «Ноябрьскнефтегаза» тогда образовалась очень большая задолженность по зарплате, и руководство компании решило выплатить ее автомобилями. Так в Ноябрьск в 1992 году ушла первая партия ВАЗов от Янчева.
Чтобы замкнуть бизнес-схему, оставалось только найти выгодные каналы сбыта нефти. Тут уже Янчеву пришлось побегать по коридорам Министерства топлива и энергетики. «Первую нефть мы отправили на Украину по межправительственному соглашению, — вспоминает он. — Остальное — на экспорт. Сделка оказалась очень выгодной, и я решил, что теперь буду заниматься только нефтью».
Подружившись с главой «Ноябрьскнефтегаза» Виктором Городиловым, Янчев получил стабильный источник нефти и принялся обрабатывать госчиновников, набирая экспортные квоты и госзаказы. К примеру, правительство Москвы получало квоту на экспорт нефти для решения социальных проблем. Янчев договаривался с московскими чиновниками об обмене этой квоты на ее эквивалент в наличных.
В 1995 году с помощью американской нефтяной компании Mobil, выступившей гарантом по займу российскому правительству в размере $1 млрд, Янчеву удалось получить разрешение на льготный экспорт 25 млн тонн нефти в течение 5 лет. К этому времени «Балкар» уже входил в список немногочисленных спецэкспортеров нефти, получавших право на вывоз за рубеж нефти под конкретные государственные программы (вроде реконструкции Кремля).
Схема Янчева оказалась потрясающе прибыльной. По своим каналам он приобретал вазовские автомобили в среднем примерно по $2000, по рыночной стоимости менял их на нефть, которая продавалась по фиксированной внутренней цене, а затем экспортировал нефть по ценам, близким к мировым. Таким образом, на каждом автомобиле он зарабатывал по $30‑000 — 40‑000. Всего было продано 20‑000 машин. «В Ноябрьске в тот период на каждую семью приходилось по три автомобиля», — рассказывает Янчев.
А у него самого, казалось, появилась возможность купить всю будущую нефтяную компанию «Сибнефть», основным добывающим предприятием которой стал «Ноябрьскнефтегаз».

Холодный душ

«Я уже готовился к приватизации, — вспоминает Петр Янчев. — Выкупил долги «Ноябрьска» почти на $200 млн, обсуждал с Городиловым вопросы акционирования». Но тут произошло непредвиденное. Осенью 1995 года, буквально за три месяца до залогового аукциона по «Сибнефти», Янчев оказался в тюрьме. Обвинений ему предъявили три: сокрытие прибыли на сумму $17,7 млн, незаконное использование кредитных карт и самое громкое — дача взятки в виде автомобилей исполняющему обязанности генерального прокурора Алексею Ильюшенко, который был прямым начальником тестя Янчева.
Янчев уверен, что истинной целью правоохранительных органов было не допустить его к приватизации «Сибнефти». Эта компания по итогам залогового аукциона досталась команде Бориса Березовского, с которым глава «Балкара» был знаком еще со времен АвтоВАЗа. Березовский «шел за мной по пятам», говорит Янчев. Он трактует те события следующим образом: «Векторы так сошлись, что одним надо было убрать Ильюшенко, другим — меня. А тут мы — генеральный прокурор и коммерсант — оказались вместе». Борис Березовский не стал комментировать эту версию. В лондонском офисе опального олигарха заявили, что история с Янчевым «слишком незначительна» для его внимания.
Как бы то ни было, спустя два года — в 1997-м — Янчев вышел на свободу. Правда, с Алексеем Ильюшенко Янчев больше не поддерживает отношений. Да и сам Ильюшенко, который теперь работает первым заместителем руководителя департамента имущества Москвы, ничего не хочет слышать о бывшем знакомом.

И снова нефть

Выйдя из Лефортова, Янчев в поисках работы отправился к своим бывшим коллегам по отрасли Вагиту Алекперову (ЛУКОЙЛ) и Владимиру Богданову («Сургутнефтегаз»). Те уже успели приватизировать предприятия, которыми руководили, и мягко отказали. «Мы начинали в одно время, затем я отстал на два года, но ждал, что мне что-то предложат, дадут возможность постоять у печки. Отношения в бизнесе очень жесткие. Сегодня я тоже многим отказываю и говорю, что могу сделать это сам», — рассказывает Янчев.
Тогда бывший автодилер решил заняться логистикой. На счетах у него осталось достаточно денег, чтобы снова начать бизнес. В 1998 году в Москве была зарегистрирована компания «Тангра-Ойл», которая стала предлагать нефтяникам более экономичные пути транспортировки товара. «У меня корни от болгар. Говорят, у них «тангра» — это бог, приносящий счастье», — объясняет Янчев выбор названия своей новой компании.
Сначала «Тангра» хваталась за любую возможность заработать. Первую нефть она повезла от «Татнефти» в район петербургской станции Автово. Правда, спустя полгода после того, как схема заработала, татарские нефтяники заявили Янчеву, что теперь будут работать сами. Другой вариант транспортировки, предложенный «Татнефти», привел к тому же результату. Но Янчев добился главного — вернулся на рынок.
Помогли и старые связи: «В Минтопе (сейчас Министерство промышленности и энергетики. — Forbes) всех знаешь, со всеми общаешься». В 2000 году Янчев присмотрел в Мурманской области еще не раскрученную нефтебазу Витино и предложил ЮКОСу экспортировать через нее нефть.
Удалось запустить совместный проект даже с «Сибнефтью». Бывший главный инженер «Ноябрьскнефтегаза» Вячеслав Шевченко в 1999 году посоветовал Янчеву купить у администрации Ямало-Ненецкого округа 33% добывающей компании «Меретояханефтегаз». Оставшуюся долю приобрела впоследствии «Сибнефть», которая теперь финансирует разработку месторождения с запасами около 20 млн тонн. С Янчевым сибнефтевцы уживаются мирно. «Партнер он пассивный, нас это устраивает», — пояснил Forbes источник в «Сибнефти».
Сегодня Янчев достраивает в незамерзающем Кольском заливе собственный нефтяной терминал мощностью 12 млн тонн в год. Основные клиенты — ЛУКОЙЛ и ЮКОС, чью нефть в сентябре Янчев отправлял даже в США. Еще у него есть парк из 1500 цистерн и небольшой танкерный флот. Контролируя всю цепочку доставки, Янчев может предложить нефтяникам лучшие условия. «Логистика — сложная штука: надо железную дорогу состыковать с портами, чтобы все работало. Янчев может организовать вещи, которые другие не могут», — говорит топ-менеджер нефтяной компании, которая сотрудничает с Янчевым. По закону нефтяники могут экспортировать по трубопроводу только треть добытой нефти, так что железнодорожные перевозки пользуются у них большим спросом.
В общем, Петр Янчев вернулся в большой бизнес. Выручка «Тангра-Ойл» в 2003 году превысила $500 млн. Проблем с законом основатель «Балкар-Трейдинга», по его словам, больше не опасается. Во-первых, «раньше я, используя имевшиеся льготы, занимался государственными программами; теперь работаю только на частные деньги». Во-вторых, Янчев убежден, что, как только «Сибнефть» приватизировали, он «стал неинтересен». Но почему тогда обвинение полностью сняли с него лишь спустя четыре года после его выхода из тюрьмы? Этому у Янчева тоже есть свое объяснение: «Наша правоохранительная система как мясорубка: если взяла продукт, то сначала должна пережевать. Сегодня в такой же ситуации — господин Ходорковский».

Новости партнеров