В своей тарелке | Forbes.ru
сюжеты
$58.8
69.08
ММВБ2143.99
BRENT63.34
RTS1148.27
GOLD1254.31

В своей тарелке

читайте также
+2691 просмотров за суткиICO XIX века. Что общего между Суэцким каналом и криптовалютами +3090 просмотров за суткиВолшебные пилюли. Как молодые американские компании меняют будущее медицины +9427 просмотров за суткиНа исходе: 16 способов зарядить свою батарейку +2176 просмотров за суткиКонкуренция — новый профсоюз. Кадровый голод выгоден сотрудникам +22039 просмотров за суткиСамые рентабельные актеры Голливуда — 2017. Рейтинг Forbes +56552 просмотров за суткиНавечно в моде. Культовые автомобили с неизменным дизайном +659 просмотров за суткиМолекулярные ножницы. Молодая компания создала новый фермент для редактирования ДНК +1563 просмотров за суткиМарк Цукерберг рассказал о «магии технологий» в борьбе с болезнями +1233 просмотров за суткиСтоит съесть: ризотто по-бородински в Uilliam's, тайский суп в Insight, хумус в Carmel +1673 просмотров за суткиОдна вокруг света: как отремонтировать корейскую машину в Африке +880 просмотров за суткиДивный мир инстаграма. Как правильно использовать блогеров для бизнеса +3357 просмотров за суткиБесплатный iPhone. Почему операторы в России не раздают смартфоны в обмен на контракт +57 просмотров за суткиРеформатор года: Владимир Александров получил национальную премию «Лучший корпоративный юрист 2017 года» +14273 просмотров за сутки«Национальный позор». Что говорят политики и экономисты о приговоре Улюкаеву +39 просмотров за суткиИнвестировать пока не поздно: Villagio Estate о том, почему вкладывать деньги в загородную элитку надо как можно быстрее +726 просмотров за суткиВиртуальное безделье. Работодатели расплачиваются за интернет-серфинг сотрудников +785 просмотров за суткиКто долго запрягает, тот быстро едет. «Медленные» ICO скоро победят «ниндзя» +8016 просмотров за суткиРывок вниз. Что будет с рублем после снижения ключевой ставки +1261 просмотров за суткиВозле биткоина: для каких компаний опасен конец криптохайпа +8354 просмотров за суткиКак рыбак к президенту ходил, или Почему дальневосточная рыба стоит 300 рублей Хозяин «Росинтера». В своей тарелке
#Rostik International 03.12.2008 00:00

В своей тарелке

Роман Кутузов Forbes Contributor
Подкуп венесуэльских таможенников, вербовка в КГБ, гибель бывшего делового партнера — чего только не было в карьере крупнейшего ресторатора России. Из всех передряг он выходил достойно

Не многие люди способны демонстрировать веселие духа рано утром до первой чашки кофе. Ростиславу Ордовскому-Танаевскому Бланко это удается: мы встречаемся с ним в 8:45 в кофейне Costa Coffee, и он полон энергии, заказывая первый за день капучино. Десять лет назад он носил бороду и больше походил на певца-барда, который поет Визбора у костра, чем на успешного бизнесмена. Сейчас он остепенился, бороду сбрил, но все равно смеется и шутки ради кричит «Аллё!» в диктофон. И это в то время, когда десятки тысяч российских миллионеров переживают финансовые трудности.

Неприятности в экономике? «На этот раз Россия в шоколаде, — парирует ресторатор, в чью империю входят 450 заведений «Ростик’с-KFC», «Планета Суши», «Il Патио» и др. — Этот кризис не российский, это кризис Запада». О кризисах он может рассуждать профессионально, так как нынешняя финансовая турбулентность — пятая по счету в его предпринимательской карьере: два кризиса он пережил в Венесуэле (в 1984-м и 1989-м), по одному — в СССР (в 1991-м) и в России (в 1998-м).

Каждый раз он нес потери и брался за дело с удвоенной энергией. Итог: созданная им компания Rostik International сегодня управляет крупнейшей в России сетью ресторанов и кофеен с суммарной выручкой свыше $430 млн. Все будет хорошо и на этот раз, уверен предприниматель.

Предкам ресторатора тоже доводилось переживать кризисы, и не раз. Прадед Ростислава Николай Ордовский-Танаевский принадлежал к шляхетскому роду, известному с XVI века. Февральскую революцию 1917 года он встретил, будучи губернатором Тобольска, в чине действительного статского советника. От террора спасся вместе с сыном Николаем в Сербии. Там родился его внук, отец Ростислава Вадим. В начале Второй мировой войны Сербию оккупировала Германия. После ее поражения для белоэмигрантов появилась реальная угроза быть выданными Советскому Союзу. Как и многие товарищи по несчастью, Вадим Ордовский-Танаевский бежал в Латинскую Америку. В Венесуэле он женился на испанке Геновеве Бланко, от матери Ростислав и получил третью часть своей сложной фамилии.

Родителям будущего ресторатора принадлежал первый в столице Венесуэлы Каракасе торговый центр. На первом этаже располагались магазины арендаторов, а на втором жила семья Ордовских-Танаевских Бланко. Они не только владели торговым центром, но и имели там мебельный магазин: отец занимался дизайном мебели и заказывал производство на фабриках, а мать следила непосредственно за торговлей. Маленький Ростислав помогал разгружать и загружать машины с товаром, однако такая работа ему быстро наскучила. «У него коммерческий талант, — рассказывает троюродный брат Ростислава Константин Ордовский-Танаевский. — Там, где я вижу, например, красивое дерево, он видит массу бизнес-возможностей: от мебели до зубочисток».

Бизнес-возможности Ростислав находил непосредственно в торговом центре. В 13 лет он взялся устраивать там вечеринки: договаривался с артистами, приглашал гостей, продавал билеты, действуя как настоящий продюсер. Отучившись в школе, а затем в организованном эмигрантами кадетском корпусе, Ростислав поступил в университет, где получил профессию химика-технолога. Параллельно он продолжал зарабатывать деньги: продавал в университете магнитолы, которые брал на реализацию в новом магазине отца. В 21 год Ростислав взял первый кредит в банке (под поручительство отца и дяди) и начал уже сам импортировать в Венесуэлу аудио- и видеотехнику. Он также торговал видеокассетами, создал пошивочное ателье и открыл несколько пунктов по продаже и проявке фотопленки Kodak.

Легко ли было тогда вести бизнес? «Венесуэла во многом похожа на Россию. Уклонение от налогов и двойная бухгалтерия считались в то время национальным спортом», — вспоминает Ордовский-Танаевский Бланко, признаваясь, что сам не упускал случая занизить таможенную стоимость импортируемого товара. Таможенники, которым бизнесмены дарили образцы ввозимой техники, обычно закрывали глаза на хитрости с декларациями. А кредитовавшим его банкирам Ростислав не забывал презентовать к Рождеству хорошие вещи вроде дорогих японских телевизоров.

В 1980 году 22-летний Ростислав зарегистрировал уже собственную фирму, назвав ее Rostik International. Первое слово происходило от имени Ростик, которым его называли близкие. Второе говорило о международных амбициях. Поначалу компания приобретала права на тиражирование фильмов на видеокассетах. Например, неограниченное право копировать десятилетней давности французскую 
киноленту с участием Жана Поля Бельмондо обходилось всего в $100. Но на таком материале не разбогатеешь — нужен был контракт с кем-нибудь из голливудских мейджоров. Несбыточная мечта для мелкой кустарной студии видеозаписи? Ордовский-Танаевский так не считал. Он видел, что американская Kodak, чью пленку проявляли его мастерские, выводила на рынок собственные видеокассеты VHS, и предложил компании сотрудничество: создать на паритетных началах структуру, которая получила бы эксклюзивные права на продажу в Венесуэле продукции студии Disney. Разумеется, на кассетах Kodak. План сработал, причем в выигрыше оказались все. Kodak сбывал кассеты, Disney получал роялти, а владельцы видеостудии — все, что удавалось заработать сверх того. Самые удачные кассеты распродавались легальным тиражом 8000–10 000 экземпляров, что было большим успехом.

 

 В 1989 году налаженный бизнес рухнул из-за разразившегося в Венесуэле финансового кризиса: местная валюта девальвировалась, а Disney требовал зафиксировать роялти в долларах. Ростислав закрыл студию, оборудование распродали. Положение бизнесмена нельзя было назвать завидным, притом что другой его бизнес — поставки в Венесуэлу медицинской техники из США, который он вел вместе с троюродным братом Константином, — пришлось свернуть во время предыдущего падения национальной валюты, в 1984 году.

У Ростислава, впрочем, было еще одно увлечение — СССР. Впервые он приехал на родину предков в том же 1984-м. Его как владельца видеостудии пригласили на Ташкентский фестиваль. Кинолент он там никаких не купил, зато по просьбе своего друга, врача-офтальмолога, полетел в Москву и встретился со знаменитым советским хирургом Святославом Федоровым, которого пригласил на конгресс в Венесуэлу. Вытащить ученого из СССР оказалось не так-то просто. Ростиславу пришлось приобрести телеграфный аппарат для оперативной переписки с советскими бюрократами. Кроме того, выяснилось, что в Союзе существовал негласный лимит — две загранпоездки в год. Одну Федоров уже использовал, а в качестве второй был запланирован визит на конгресс в США. Ордовский-Танаевский придумал нехитрую схему — привезти Федорова в Венесуэлу прямо из США. Ему пригодились связи с венесуэльскими банкирами (возможно, теми самыми, кому он дарил бытовую технику на Рождество). У одного из них оказался филиал в Нью-Йорке, а у филиала были связи с венесуэльским консульством. Святославу Федорову быстро оформили визу, и он вылетел в Венесуэлу на конгресс, где провел неделю вместо разрешенных советским руководством трех дней. Бизнесмен не остался внакладе — благодаря этому визиту он наладил обучение венесуэльских врачей лечению близорукости «методом Федорова», а также продажу алмазных федоровских скальпелей. Общий объем сделок составил около $100 000, и Ордовский-Танаевский заработал на них около 20% комиссионных. «Неплохие деньги», — вспоминает Ростислав.

Впрочем, это были копейки. Он видел другое: в СССР пустует громадный потребительский рынок, который можно наполнить товаром. В 1989 году Ордовский-Танаевский Бланко принял решение перебраться в СССР, чему немало способствовала его женитьба на танцовщице ансамбля «Березка» (с будущей женой Татьяной он познакомился во время ее гастролей; они до сих пор вместе, у них двое сыновей, старший помогает отцу в бизнесе). В Москве Ростислав занялся самым понятным ему делом — продажей и проявкой пленки Kodak.

«Когда в 1989 году я прилетел на встречу с ним в Москву, он жил вместе с отцом в гостинице «Минск», — вспоминает Эрик Баррэ, работавший тогда представителем Kodak в Париже. — Две небольшие комнатки — это и офис, и спальня, и гостиная. Мы заключили сделку о поставке ему пленки, химикатов и проявочных машин». Первые шаги давались нелегко. Телеведущий Сергей Доренко, познакомившийся с Ордовским-Танаевским еще в 1980-е годы во время командировок в Латинскую Америку, рассказывает на своем сайте, как Ростиславу приходилось летать из России в Германию, чтобы купить пару компьютеров, перепродать их потом в Москве и оплатить таким образом проживание и кредиты. «У него не было денег на гостиницу, и он некоторое время уже жил в долг… Я смеялся над его безрассудством», — пишет Доренко.

Первый салон Kodak появился в Таллине, потом — в Ленинграде, Киеве, Тбилиси, Ереване и Москве. Чтобы открыть торговую точку, нужно было договориться с чиновниками. Тогда это было намного проще, чем сейчас: иностранцы в Моссовете были в диковинку. Хотя Ордовский-Танаевский Бланко немало сил потратил на хождение по кабинетам: «Там было управление бытового обслуживания населения, с ними я говорил о проявке пленки. Но фотопленку надо продать, а это уже другое управление — торговли. И получалось, что в магазинах, где продавалась пленка, ее нельзя было проявить, а в ателье, где она проявлялась, — нельзя продавать».

Магазины под маркой «Фокус Kodak-Express» постепенно открывались по всей стране. Через 10 лет их число перевалило за три сотни. Сейчас этот бизнес закрыт: сказались кризис 1998-го, рост конкуренции, а затем — вытеснение пленочных фотоаппаратов цифровыми. Но в 1996 году у «Фокуса» был шанс спастись. Когда начала развиваться мобильная связь, Ростислав дал задание менеджерам договориться о сотрудничестве с сотовым оператором «Вымпелком». «Фокус» был единственной крупной розничной сетью в стране — отличная площадка для продажи телефонов и оплаты связи. Но сотрудничество не сложилось. «Я не проследил [за ходом переговоров], а ведь «Фокус» мог бы стать «Евросетью», но не стал», — говорит Ордовский-Танаевский Бланко. И добавляет: «Может, оно и к лучшему». Несколько месяцев назад двое менеджеров «Евросети» были арестованы, а сама сеть, отягощенная гигантскими долгами, продана.

Вникать в детали переговоров с сотовым оператором Ордовскому-Танаевскому Бланко было некогда: все силы уходили на бурно развивающееся второе направление бизнеса — рестораны.

Rostik International (в России предприниматель продолжил работать под старой, венесуэльской вывеской) еще с 1984 года неспешно пыталась убедить Burger King, второго по величине после McDonald’s мирового продавца фастфуда, открыть в СССР закусочные. Когда через пять лет стало ясно, что из затеи ничего не выйдет, Ростислав решил действовать сам. Довольно быстро он понял, что в одиночку большую сеть ему не потянуть — лучше просто открыть классический ресторан. Так в 1990 году в фойе гостиницы «Москва» появился El Rincon Espanol — «Испанский уголок».

«Это был первый настоящий европейский ресторан в Москве. Люди туда просто ломились, платили валютой. Я до сих пор помню их креветки в остром соусе! Они, правда, оказались некошерные», — вспоминает Юрий Глоцер, бизнес-партнер компании Rostik. В том же 1990 году с зоны, где отбывал восьмилетний срок за спекуляцию, вернулся брат Юрия Иосиф. Его жена Елена оказалась лучшей подругой Татьяны, жены Ростислава. Венесуэльскому бизнесмену как раз требовался человек, который бы знал, как вести себя в резко обострившейся криминальной обстановке начала 1990-х, — и Ордовский-Танаевский легко принял Йоника (как его называли друзья) на работу в свою компанию.

Судимость Глоцера его не отпугнула. По мнению Ростислава, то, что в СССР называлось спекуляцией, на самом деле — обычный бизнес. «Он мне очень помог. Уникальный предприниматель, мог уговорить кого угодно, всегда был душой компании и очень хорошо знал российский менталитет», — осторожно формулирует ресторатор. «Йоник находил общий язык со всеми, мог усадить за один стол «авторитета» и генерала МВД», — вспоминает о брате Юрий.

Как Иосиф Глоцер помогал Rostik? Например, на таможне в Бресте задерживают контейнер со свиным мясом из Испании: в этой стране когда-то была эпидемия среди свиней и запрет на импорт продолжал действовать. Иосиф выезжал на место, и свинину впускали, оформив как немецкую. Он вел и свой ресторанный бизнес. Однако мечтой его было открыть первый в Москве стриптиз-клуб. Так на Красной Пресне появился клуб Dolls. По иронии судьбы на пороге этого заведения Иосиф Глоцер был убит в январе 1997 года.

Кто и за что убил Глоцера? На первый вопрос в сентябре 2008 года дал ответ суд — выстрел в висок с 47 метров произвел Алексей Шерстобитов (по кличке Леша Солдат), штатный киллер ореховско-медведковской преступной группировки. Он получил 23 года заключения за ряд совершенных преступлений, в том числе за убийство Глоцера. Кто выступил заказчиком, неизвестно. Шерстобитов заявил, что к этому делу якобы был причастен президент компании «Русское золото» Александр Таранцев, с которым у Глоцера был давний конфликт. Таранцев в интервью прессе все обвинения отверг и выдвинул свою версию: Глоцер будто бы занимался в Dolls сбором компромата на влиятельных людей, за что и пострадал.

Ростислав Ордовский-Танаевский Бланко утверждает, что после ухода Иосифа Глоцера из Rostik в «самостоятельное плавание» никаких совместных проектов у них не было, но «он всегда был благодарен и, если чем-то мог помочь, помогал».

Но Ордовский-Танаевский Бланко полагался в 1990-х не только на «знатока российского менталитета» Глоцера. Он справедливо рассудил, что надо заручиться более солидной поддержкой, и убедил компанию Kodak передать в дар российскому МВД фотолабораторию и комплект фотоматериалов общей стоимостью около $100 000. Предприниматель подчеркивает, что это была не взятка, а «жест доброй воли». Впрочем, он не отрицает, что в итоге у компании Rostik появились полезные связи и «создалась некая аура, что нас курирует МВД».

Были у Ордовского-Танаевского Бланко и другие покровители. Один из первых иностранцев, развернувших бизнес в СССР, он не мог не заинтересовать КГБ. Предприниматель утверждает, что начиная с 1989 года всех его друзей, знакомых и деловых партнеров регулярно вызывали для «бесед» во всемогущий комитет. Наконец, в 1991-м в КГБ предприняли попытку прямой вербовки. Так Ордовский-Танаевский Бланко с изумлением узнал, что приятель в Торгово-промышленной палате является по совместительству его «персональным куратором» от госбезопасности. Сотрудничать с органами потомок белоэмигрантов отказался. Но хороший бизнесмен должен уметь ладить со всеми, и дружеские отношения с комитетчиком Ростислав сохранил.

Это было весьма разумно. К 1993 году бизнес Rostik уже существенно разросся — развивалась сеть магазинов «Фокус», помимо «Испанского уголка» открылся ресторан «Ле Шале», первый ресторан будущей сети «Патио Пицца» (сейчас называется «Il Патио») и первый ресторан быстрого обслуживания «Ростик’c». Кроме того, ушедший из Kodak Эрик Баррэ занялся под эгидой Rostik импортом аудио- и видеотехники. Все это не могло не привлечь внимания криминальных структур, и к Ордовскому-Танаевскому Бланко зачастили неприятные визитеры. Тогда он позвонил своему «куратору» с просьбой помочь организовать службу безопасности. «Тот пригласил очень известного и высокой должности сотрудника органов, который как раз подавал в отставку», — рассказывает Ростислав, не называя, впрочем, имени «сотрудника». Стороны ударили по рукам, и до 2003 года этот человек возглавлял службу безопасности Rostik. «Это был серьезный уровень», — резюмирует бизнесмен, добавляя, что «ни представителей МВД и КГБ, ни противоборствующих им организаций» никогда не было среди учредителей его бизнеса.

 Формат куриного фастфуда «Ростик’с» оказался очень удачным, клиенты оценили и семейные итальянские рестораны «Патио Пицца». Rostik быстро наращивал число заведений, вначале в Москве, а потом и по всей России. В 1996 году первый «Ростик’с» открылся в Омске, а к 1998-му компании принадлежало уже более 40 ресторанов. Rostik International постоянно пробовал новые ресторанные концепции — то, что не приносило прибыли, быстро закрывалось, уступая место проверенным форматам.

К 2004 году Rostik уже фактически свернул бизнес с Kodak, операции по импорту аудио- и видеотехники были прекращены еще раньше. Ордовский-Танаевский Бланко сосредоточился на развитии ресторанного бизнеса. Помимо «Ростик’са» и «Патио Пиццы» он создал сеть японских ресторанов «Планета Суши» и приобрел франшизу на американские рестораны T.G.I. Friday’s. Всего к 2004 году под управлением Rostik находилось около 130 заведений общественного питания.

Начались новые времена: бизнесменам нужно было искать выход на чиновников, а не разбираться с бандитами. Ордовский-Танаевский освоился и в этой обстановке: в марте 2004 года он принял на работу советником Бориса Немцова, бывшего губернатора Нижнего Новгорода, бывшего вице-премьера РФ, бывшего лидера фракции СПС в Госдуме. В 2004 году СПС провалил выборы, и Немцов решил уйти «в бизнес» — чуть раньше он стал председателем совета директоров банка «Нефтяной» (сейчас у банка отозвана лицензия, а шесть его топ-менеджеров осуждены на сроки от 3,5 до 5 лет за незаконную банковскую деятельность).

О Немцове Ордовский-Танаевский Бланко отзывается примерно так же, как и об Иосифе Глоцере: «Борис оказал нам очень большую поддержку и помощь, он знает Россию как свои пять пальцев». По словам бизнесмена, Немцов давал советы, «как пойти, куда пойти, к кому пойти», «рекомендовал [компанию] на разных уровнях исполнительной власти». Немцов, например, помог группе Rostik развивать бизнес в Нижнем Новгороде, на юге России и на Украине. В 2006-м он покинул пост советника, но дружеские связи остались.

Сейчас бизнес Ордовского-Танаевского Бланко крепко стоит на ногах. В группу Rostik входят пять основных подразделений. «Ростик’c-KFC» — это совместное предприятие с американской компанией Yum!Brands со 152 предприятиями быстрого питания (выручка в прошлом году — $164 млн).

«Росинтер Ресторантс» объединяет все остальные рестораны — «Il Патио», «Планета Суши», T.G.I. Friday’s, кофейни Costa Coffee и др. Всего более трех сотен заведений, выручка в прошлом году составила $268 млн. В 2007-м «Росинтер Ресторантс» разместила свои акции на бирже. Бумаги не очень ликвидны, на пике капитализация компании доходила до $700 млн, однако в октябре снизилась до $337 млн, чуть ниже уровня, полученного при IPO.

Третья составляющая бизнеса — холдинг «Корпэстейт» — управляет всей недвижимостью группы, включая бывшее здание Института стекла, где сейчас расположен головной офис. В 1998 году Rostik приобрела также агентство «Карлсон туризм», открыв туристическое подразделение. И, наконец, пятое направление — пара гипермаркетов товаров для здоровья «Плениа» — это воплощение идеи Константина Ордовского-Танаевского.

Что ждет все это хозяйство в будущем? Ростислав говорит, что нынешние трудности его не пугают: «Слава Богу, за последние восемь лет наряду со многими ошибками Россия сделала несколько правильных вещей: например, смогла приберечь большую часть доходов от сумасшедших цен на нефть». Впрочем, легких времен бизнесмен не предрекает. Сам он тоже вынужден идти на жертвы. В этом году Ростиславу Ордовскому-Танаевскому Бланко исполнилось 50 лет. На юбилей он хотел купить себе личный самолет. «Теперь, наверное, придется подождать».

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться