Канны-2017: Россия получила два приза, но не те, на какие рассчитывала

Андрей Звягинцев на 70-м Каннском кинофестивале. Фото REUTERS / Regis Duvignau
Один из каннских призов стал приятной неожиданностью, другой, вероятно, расстроил создателей фильма

Каннская церемония, посвященная 70-летнему юбилею фестиваля, вообще отличалась странностями. Например, хозяйка церемонии Моника Беллуччи, перечисляя великих режиссеров Канна, не назвала Ларса фон Триера. Ссора Триера с Канном все еще продолжает сказываться. Хотя понятно, что фон Триер во многом определил лицо Канна двадцати пяти последних лет. Зато был упомянут среди ведущих такой невеликий французский режиссер, как Матье Кассовиц.

Самый неавторитетный из главных каннских призов — за лучший сценарий — по воле жюри во главе с великим Педро Альмодоваром достался работающему сейчас в Англии и Ирландии греку Йоргосу Лантимосу за «Убийство священного оленя».

Подробнее о фильме «Убийство священного оленя» — здесь.

Но и тут произошел казус, потому что самый неавторитетный сценарий был поделен надвое — его одновременно ухватила уже известная каннской конкурсной программе уроженка Шотландии Линн Рэмси (я бы все-таки писал Ремсей) за фильм You Were Never Really Here — «Вы здесь никогда по-настоящему не бывали». Я говорил, что невозможно охватить все основные каннские фильмы. Фильм Ремсей не угодил в наши обзоры еще и потому, что его показали последним, лишь вчера. На днях мы напишем обо всех важных фильмах, которые по тем или иным причинам упустили в каннских репортажах. При этом фильм Ремсей, вопреки каннской традиции не награждать один фильм несколько раз (она была принята в начале 1990-х после сверхнаграждения «Бартона Финка» братьев Коэнов), отхватил еще и награду за лучшую мужскую роль — Хоакину Фениксу.

И тут настала очередь Андрея Звягинцева.

Его «Нелюбовь» до последних дней оставалась лидером по опросам международной прессы в британском журнале Screen International, хотя в последний момент картина Ремсей вдруг выскочила на второе место. И что же досталось Звягинцеву? Приз жюри. Вроде звучит громко. Вместе с тем это фактически утешительный приз, считающийся лишь третьим по престижности после «Золотой пальмовой ветви» и Гран-при. Звягинцев, учитывая рейтинг его фильма в прессе, явно мог рассчитывать на большее. Может, мне показалось, но, выйдя на сцену, Звягинцев едва скрывал разочарование. И вдруг заявил нечто диковинное, выразив особую благодарность члену жюри Уиллу Смиту. Может, потому, что у того перед входом на красную ковровую дорожку брали автографы охотнее, чем у всех других членов жюри, вместе взятых. То есть для Звягинцева он — представитель кинопопсы. Возможно, Звягинцев и не имел в виду ничего такого, но его высказывание прозвучало ядовито.

Сверхпочетный приз за лучшую женскую роль достался Диане Крюгер за роль в фильме немецко-турецкого мэтра Фатиха Акина Aus dem Nichts. Его тоже показали накануне закрытия фестиваля — мы напишем о нем в ближайшие дни.

Еще две неожиданности: приз за режиссуру достался Софии Копполе за триллер «Роковое искушение», хотя многие сочли, что он куда слабее фильма-первоисточника 1970-х Дона Сигела с Клинтом Иствудом.

Подробнее о фильме «Роковое искушение» — здесь.

Зато особый приз к 70-летию Каннского фестиваля, который вручают только раз в десять лет (к 50-, 60-летию и т. д.) жюри вдруг предназначило не режиссеру, как это водится, а актрисе: сыгравшей в упомянутых «Убийстве священного оленя» и «Роковом искушении» Николь Кидман.

Наконец, к фильмам, завоевавшим два главных приза Канна. Мы про них тоже пока не писали, хотя про второй-то собирались точно, да репортаж разросся. Второй по значению приз неожиданно получила картина «120 ударов (сердца) в минуту» малоизвестного прежде, родившегося в Марокко, но сделавшего свой фильм во Франции Робина Кампилло. Это фильм об активистах, сражающихся в начале 1990-х против СПИДа.

Главный же приз — «Золотая пальмовая ветвь» — достался ленте, которая лично мне очень нравится, — «Площади» нового шведского таланта Рубена Эстлунда. Она требует серьезного описания, от которого нам никуда не деться, хотя при всей серьезности — очень смешная.

Съемочная группа фильма «Теснота» на Каннском кинофестивале (слева направо): актеры Ольга Драгунова, Артем Цыпин, Дарья Жовнер, режиссер Кантемир Балагов и продюсер Николай Янкин.

Интересно, что фильм Звягинцева — не единственная российская картина, удостоившаяся приза в Канне. Кроме главного жюри здесь действует ряд других, в частности жюри ФИПРЕССИ — международной федерации кинопрессы. Многие из наших умудрились не заметить, что в Канне есть еще одна картина производства РФ — во второй по значимости программе «Особый взгляд» — «Теснота» ученика Сокурова Кантемира Балагова (ему 25 лет), рассказывающая о реальных событиях, происшедших в его родном Нальчике в 1998-м, когда на Кавказе вообще невесть что творилось. Именно этот фильм получил приз ФИПРЕССИ как лучший в «Особом взгляде». О нем — тоже отдельно на неделе.

Новости партнеров