Игра ва-банк: как Дэвид Баазов стал королем мирового онлайн-покера в 34 года | Forbes.ru
$59.49
70.11
ММВБ2136.73
BRENT61.91
RTS1131.64
GOLD1283.35

Игра ва-банк: как Дэвид Баазов стал королем мирового онлайн-покера в 34 года

читайте также
+2038 просмотров за суткиКороль игорного бизнеса: «Если взять старую идею и преподнести ее в новой обертке, успех не заставит себя ждать» +59 просмотров за сутки Основатель FedEx Фред Смит: «В начале карьеры выгодно ненадолго стать сорвиголовой» +4 просмотров за суткиСотовые операторы будущего: что телеком-компании придумают в эпоху интернета? Карты и миллиардеры: зачем играют Билл Гейтс и другие богатейшие люди мира? +1 просмотров за суткиМиллиарды на азарте: кто больше всех в мире зарабатывает на игорных заведениях? +1 просмотров за суткиСхемы "Яндекса": интернет-компанию уличили в работе с "однодневками" +1 просмотров за суткиОни нас слышат: куда развиваются речевые технологии? Посторонних нет: как создавался бизнес по охране государственных секретов Удачная комбинация: государство окончательно монополизирует лотерейный рынок Экономика соблазна: почему люди зря тратят деньги Поймать волну: кому достались радиостанции Березовского и Мердока Рекламный подряд: кто выигрывает PR-тендеры госкомпаний Технология блокады: какие компании ушли из Крыма из-за санкций Как «Яндекс.Такси» и GetTaxi борются за пассажиров Доска почета: как сервис Pinterest затмил Twitter и Facebook на рекламном рынке Возвращение тяжеловеса: как Михаил Лесин управляет медиарынком «Ваши товары — отстой! Они совершенно непривлекательны!» Киностудия «Крымнаш»: за какие активы на полуострове борется Никита Михалков Amazon на тропе войны: почему Джефф Безос держит в секрете свой новый проект Трое на одного: почему Tele2 не удалось стать четвертым федеральным оператором

Игра ва-банк: как Дэвид Баазов стал королем мирового онлайн-покера в 34 года

Натан Варди Forbes Contributor
Дэвид Баазов Фото Forbes
Молодой владелец компании с выручкой $150 млн провернул фантастическую сделку на $4,9 млрд. Как ему удалось склонить на свою сторону таинственных бизнесменов и акул Уолл-стрит и стать владельцем площадки PokerStars?

В начале года Дэвид Баазов пришел в манхэттенский офис крупнейшей в мире частной инвестиционной компании Blackstone Group с невероятным предложением. При поддержке кредитного отдела Blackstone 33-летний гендиректор Amaya, малоизвестной монреальской компании с беспорядочным портфолио активов в игорном бизнесе, задумал купить за $4,9 млрд самый известный портал онлайн-турниров по покеру PokerStars. Притворившись, будто все козыри у него на руках, Баазов изложил условия, которые могли показаться чистым сумасшествием: в то время как акции Amaya торговались ниже $7 за штуку, он хотел, чтобы Blackstone и другие инвесторы выкупили их почти по $18, а бумаги с фиксированной датой выкупа, конвертируемые в акции Amaya, — примерно по $21.

Лучшие умы Blackstone никогда не слышали о том, чтобы хоть одному бизнесмену в истории капитализма удалось провернуть сделку со столь фантастической премией. Так что они просто прервали встречу и вышвырнули Баазова на улицу. «Когда мы покинули здание, моих ребят слегка трясло, — вспоминает Баазов. — Но я все время продолжаю переговоры с продавцами, чтобы доказать: «Эй, в меня стоит вкладывать!»

Однако Баазов чувствовал, что у него есть шанс. PokerStars была основана и управлялась Исайей Шейнбергом, канадцем израильского происхождения, и его сыном Марком, на которого была оформлена большая часть компании. Несмотря на финансовую успешность PokerStars, у ее владельцев возникли проблемы с законом: онлайн-покер остался доступен американским пользователям, несмотря на то, что в 2006 году Конгресс принял закон против нелегальных азартных игр в интернете (UIGEA).

Федеральные прокуроры закрыли сайт PokerStars на территории США в 2011 году и предъявили Исайе (но не Марку) Шейнбергу обвинения в ведении нелегального бизнеса в сфере азартных игр. Исайя и его компания отрицали нарушения и утверждали, что работали в США в соответствии с законодательством. Дело кончилось тем, что компания выплатила $731 млн в порядке комплексного внесудебного соглашения, включавшего в себя покупку ее главного конкурента, Full Tilt Poker. Но Исайя Шейнберг, с которого до сих пор не сняты обвинения, оставался на острове Мэн, а PokerStars никак не удавалось вернуться на рынок США, хотя три штата — Нью-Джерси, Делавэр и Невада — разрешили онлайн-покер на своей территории после его запрета на федеральном уровне. Баазов понял, что Шейнберги, возможно, были бы не прочь выйти из игры.

К лету Баазов убедил кредитный отдел Blackstone выложить $1 млрд и купить акции Amaya с огромной наценкой. Другие инвесторы, включая Black Rock, крупнейшую в мире компанию по управлению активами, тоже приобрели крупные пакеты акций. За недостающими $2,9 млрд Баазов и Blackstone обратились в банки, включая Deutsche Bank и Barclays. Банки раньше никогда не давали таких больших займов под залог активов игорных онлайн-компаний. Поначалу один из банков оценивал вероятность участия в финансировании сделки ниже 10%, рассказывает источник, знакомый с деталями процесса.

Но цифры и аргументы действовали убедительно. В конце концов банки согласились дать займы на всю сумму, и Amaya приобрела Rational Group. 40-летний Марк Шейнберг получил чистыми $4,1 млрд, что сделало его богаче Стива Уинна, главного игорного магната Лас-Вегаса.

Вывод за Штаты

Что же Баазов? Он оказался настоящим победителем. Сделка была закрыта 1 августа, за два дня до его 34-го дня рождения. С помощью разума и воли он превратил мелкую публичную компанию в бизнес-империю стоимостью несколько миллиардов долларов, не инвестировав практически ни цента из собственных средств.

Сага о нахальстве

В течение следующих месяцев он охмурял таинственных владельцев PokerStars, упрямых банкиров и крупных инвесторов с Уолл-стрит, всеми правдами и неправдами добиваясь сделки. В августе Баазов наконец организовал покупку PokerStars, продав акции Amaya на $1,7 млрд по $18 за штуку и конвертируемые «префы» — по $21. Кредитный отдел Blackstone, известный на Уолл-стрит как GSO, инвестировал $1 млрд — это был крупнейший единовременный вклад компании в сделку, — приобретя акции по выгодной цене около $15 за штуку, после того как Баазов предложил основному партнеру почти бесплатные варранты.

Владелец Amaya вмиг сделался королем азартных игр в интернете и почти миллиардером. На сложном рынке с высокими ставками он бросает вызов таким титанам, как Шелдон Адельсон. Смелость осуществленного Баазовым предприятия поражает. Никто — даже его собственные топ-менеджеры — не верил, что он сумеет добиться того, чтобы Amaya, публичная компания с годовой выручкой $150 млн, купила за наличные Rational Group, влиятельную компанию с острова Мэн с выручкой $1,1 млрд и противоречивой историей, владеющую площадками PokerStars и Full Tilt Poker.

Но Баазову удалось. Котировки акций его компании недавно достигли $33: с тех пор как он вывел Amaya на биржу в 2010 году, они выросли в цене более чем на 2600%. Принадлежащая ему 12,5%-ная доля стоит $800 млн. «Это дерзкая сделка, которая потрясла отрасль, — говорит Роберт Янг, финансовый аналитик Canaccord Genuity. — Они вышли и купили за $4,9 млрд одну из жемчужин рынка сетевых игр, при том что их собственная капитализация не достигала и $1 млрд».

Удастся ли Баазову довести дело до успешного завершения, еще неизвестно, но его историю уже можно назвать сагой о нахальстве, удаче и упрямстве. «Игра в покер сама по себе подобна переговорам о сделке, — объяснил Баазов Forbes в первом в своей жизни большом интервью. — Это была игра с по-настоящему крупными ставками». И она только начинается.

Уроки улиц

Удивительно, что Баазов, который сорвал максимально возможный куш в большой корпоративной игре, сам не является активным игроком в покер. Сын рабочего-строителя, он родился в Израиле. Когда Дэвиду был всего год, его родители, уроженцы Грузии, переехали в Монреаль. Ортодоксальная еврейская семья, где кроме него было еще пять детей, недолго мирилась с бунтарскими наклонностями Баазова. Обладавший блестящими математическими способностями Дэвид скучал в школе и в 16 лет заявил своим консервативным отцу и матери, что больше не собирается туда ходить. Ответ был ожидаемым: подростка выгнали из дома.

Гордый и амбициозный Баазов не пошел на попятную. Некоторое время он пожил у друга, но вскоре начал ночевать в парках и на открытых хоккейных аренах, которые встречаются в Монреале повсюду. Стараясь укрыться от резкого ветра, он занимал штрафные скамьи. После двух недель уличной жизни на холоде Баазов снял квартиру по водительским правам своего брата. Со временем он помирился с родителями и начал зарабатывать, продавая по почте комплекты дисконтных карточек для химчисток и магазинов одежды. В конце концов он открыл фирму по продаже компьютеров в Монреале, сняв крохотный офис, который за первые пять месяцев посетили человека два. «Ваше сознание движется вслед за вашими мыслями, — замечает Баазов. — Вы думаете: чем я занимаюсь?»

Прорыв случился, когда он заключил контракт на продажу компьютеров для Публичной библиотеки Монреаля: в течение следующих пяти лет оборот его компании достиг $20 млн. «Он мог разобрать и собрать компьютер с закрытыми глазами, — рассказывает монреальский юрист Морден Лазарус, который знает Баазова много лет. — Как всякий амбициозный еврейский юноша на белом свете, он хотел добиться успеха, чтобы семья гордилась им». В 25 лет, испугавшись роста прямых продаж компьютерной техники, Дэвид продал бизнес, после того как проиграл тендер для городской мэрии компании Compaq — одному из производителей, чьи компьютеры он продавал.

Путь к «звездам»

В 2005 году Баазов решил заняться компьютерными программами. Он нанял несколько инженеров, и эта команда разработала электронный покерный стол, который можно было продавать казино и круизным лайнерам — софт позволял играть в покер без сдающего. Он назвал свою новую компанию Amaya, обыграв название сети Avaya, где работала сестра его финансового директора.

С годовой выручкой $6 млн Баазов в 2010 году разместил акции Amaya по цене чуть менее $1 на Toronto Venture Exchange, канадской бирже «копеечных» акций, и привлек таким образом почти $5 млн. Перед IPO бизнесмен, которому тогда было 29 лет, сумел устроить ужин с бывшим командующим вооруженными силами НАТО в Европе и кандидатом в президенты США генералом Уэсли Кларком, который слыл влиятельным лоббистом в игорной индустрии. Вернувшись из Вашингтона, Баазов заявил сотрудникам, что генерал Кларк войдет в состав совета директоров. «Он сказал, что собирается войти?» — уточнил финансовый директор. «Нет», — признался Баазов. Но был уверен, что убедит Кларка. «Дэвид величайший оптимист, — говорит Марлон Голдстейн, главный юрист Amaya. — Его стакан всегда наполовину полон, даже если этот стакан украшает огромная чертова трещина». Генерал Кларк в итоге вошел в совет директоров Amaya и остается там по сей день.

Авантюрность в сочетании с уверенностью в собственных силах вскоре привели Баазова на «Дикий Запад» отрасли азартных игр. Благодаря близости к индейской резервации Канаваке, обладающей суверенитетом и размещающей у себя сервера офшорных игорных компаний, Монреаль стал одним из крупных узлов онлайн-казино. Управляя крохотной публичной компанией, Баазов с большими скидками покупал дешевые активы, на которые не было спроса, вроде Chartwell Technology и Cryptologic, которые также разрабатывали игорный софт. Ему также удалось приобрести Ongame — разработчика программы для онлайн-покера. Критики не могли понять, зачем ему все эти сделки. Ответ был прост: Баазов создавал историю и акционерный капитал своей компании

В 2012 году он за $117 млн купил производителя игровых автоматов Cadillac Jack. Теперь Баазов располагал потоком наличных средств в объеме $36 млн в год. Кроме того, он завязал отношения с кредитным отделом Blackstone, который выступил основным кредитором сделки по приобретению Cadillac Jack, для которой были привлечены кредиты на $110 млн. К концу 2013 года акции Amaya, торговавшиеся в ноябре 2012-го по $3,5, подскочили до $7.

После покупки Cadillac Jack Баазов сказал своему финансовому директору Дэниелу Себагу, что вынашивает план куда более крупной сделки. Он задумал купить Rational Group — частную компанию, которая через офшорную схему владеет игровой площадкой PokerStars. «Пожалуйста, не трать на это ни минуты своего времени», — посоветовал Себаг. Идея казалась немыслимой. Rational Group была не только во много раз больше Amaya, она к тому же славилась сумасшедшей прибыльностью. А Amaya теряла деньги.

Исключительный покупатель

Когда Баазов впервые озвучил свое предложение, Шейнберги не приняли его всерьез. Они вряд ли даже знали, кто он такой. Ему пришлось отправиться на остров Мэн посреди Атлантического океана, чтобы встретиться с Шейнбергами. Те объяснили, что не собираются ничего продавать и в любом случае не понимают, где Дэвид возьмет деньги, чтобы купить их компанию. Нимало не смутившись, Баазов продолжал названивать им на протяжении первой половины 2013 года. «Я был очень настойчив», — признается он (Шейнберги отказались комментировать эту историю).

Летом 2013-го владельцы Rational Group сдались. Они сообщили Баазову, что готовы начать переговоры, если тот сможет предоставить гарантийное письмо от финансовой компании на $3 млрд. Это было ровно то, что хотел услышать Баазов. Он попросил Шейнбергов прислать кое-какую финансовую информацию об их компании. Но продавцы отказались.

«У меня есть хорошие новости и плохие, — объяснял Баазов подчиненным. — Они хотят гарантийное письмо на $3 млрд, но не хотят предоставлять нам никаких данных». Команда его топ-менеджеров не усмотрела в этой позиции никаких хороших новостей, но Дэвид разъяснил: «Продавец, который требует гарантий на $3 млрд и при этом не дает о себе никакой финансовой информации, — это очень замкнутый продавец, который желает иметь дело с одним-единственным покупателем. Значит, у нас будет исключительное положение».

Баазов рассчитывал на свои контакты с кредитным отделом Blackstone, который мог дать ему нужные гарантии. Он произвел на них впечатление, потому что последовательно добивался тех показателей, которые обещал, когда GSO профинансировал покупку Cadillac Jack и позднее рефинансировал задолженность. Этого было достаточно для получения гарантийного письма. «Он во всем демонстрировал результаты, и это нас впечатляло», — признается Беннетт Гудман, один из основателей кредитного подразделения Blackstone. Письмо на бланке Blackstone произвело на Шейнбергов впечатление. Все выглядело даже слишком хорошо, чтобы быть правдой, и они попросили подтверждения непосредственно у Blackstone. «Это выглядело так, как если бы они мне сообщили: «Ребята, мы не говорим, что вы его сфальсифицировали, но мы хотим пообщаться с ними напрямую»», — вспоминает Баазов.

Марк Шейнберг -- бывший совладелец PokerStarsОсенью 2013 года ему повезло: регуляторы Нью-Джерси приостановили рассмотрение заявки PokerStars на получение лицензии на азартные игры в тот самый момент, когда в штате начали появляться онлайн-казино, поскольку имя Исайи Шейнберга продолжало ассоциироваться с компанией. PokerStars приложили массу усилий для того, чтобы выйти на регулируемый рынок азартных игр в крупнейшем штате, так что отказ властей был очень болезненным. Они были готовы пойти на сделку.

Сила убеждения

В декабре 2013 года Баазов вернулся на Мэн, где PokerStars подготовили презентацию, в которой, наконец, раскрыла для потенциального покупателя финансовые показатели и данные о клиентах. PokerStars подмяли под себя рынок онлайн-покера: у них насчитывалось 89 млн зарегистрированных пользователей, из которых около 5 млн ежемесячно демонстрировали активность. Поскольку сервера компании без перебоев приносили деньги, «откусывая» процент от каждой ставки в сети, это был буквально печатный денежный станок, который обеспечивал $417 млн чистой прибыли при выручке $1,13 млрд. «Мы были впечатлены, — рассказывает Баазов. — Все недоразумения были сняты. Это была феноменально успешная компания».

К началу 2014 года Amaya и Rational Group подписали договор о намерениях, в котором была указана цена $4,9 млрд. Но несмотря на то, что Баазов наконец договорился о сделке, у него не было денег. С тем же упорством, что однажды привело его на скамейку в парке Монреаля, он отправился в Blackstone и сделал свое невероятное предложение. И из-за того же самого упорства его вновь выбросили на улицу.

Это нисколько не обескуражило Баазова. Он продолжал убеждать Blackstone, обещая колоссальную доходность, о которой ему стало известно из секретной финансовой документации PokerStars. На Blackstone также произвели впечатление результаты юридического аудита компании. Он показал, сколь прочна была ее клиентская база: 60% дохода приносили игроки, зарегистрировавшиеся в PokerStars в период между 2001-м и 2010 годами. Проверку, проведенную руководителем отдела интернет-безопасности Blackstone, PokerStars прошла на ура, что тоже сыграло свою роль. Шаг за шагом Баазов склонял Blackstone на свою сторону. Например, он согласился дать компании варранты на покупку 11 млн обычных акций Amaya по цене 1 цент за штуку (хотя и не предоставил места в совете директоров).

Но при всей сложности переговоров и торгов, в которых он участвовал, Баазов лишь теперь столкнулся с по-настоящему серьезными проблемами. Прежде всего, ему нужно каким-то образом решить вопрос с законодательным регулированием, из-за которого Шейнберги решили выйти из игры. Между тем, глобальная индустрия онлайн-покера переживает упадок. США, которые прежде были одним из крупнейших рынков, остаются по большей части закрыты для этого бизнеса. Всего лишь три штата разрешают и регулируют азартные игры в сети, но выручка отрасли в Нью-Джерси — единственном значимом штате из трех — составляет всего около $10 млн в месяц и пока откровенно разочаровывает игроков. Губернатор штата Крис Кристи ожидал, что Нью-Джерси будет получать больше от одних лишь налоговых сборов.

Индустрии азартных игр в интернете предстоит пройти долгий и сложный путь в США, доказывая свое право на существование в каждом отдельном штате: шансы на законодательное разрешение бизнеса на федеральном уровне, которое вернуло бы покер во времена былого процветания, крайне малы. Баазову до сих пор не удается запустить PokerStars в Нью-Джерси, а в самом перспективном штате — Калифорнии — процесс их регулирования и вовсе застопорился.

Общественная деятельность миллиардера Шелдона Адельсона, который сколотил состояние на казино, тоже осложняет ситуацию для PokerStars. Владелец крупнейшего в мире игорного оператора Las Vegas Sands считает азартные игры в интернете «аморальными». В интервью Forbes в 2013 году он заявил, что «готов потратить столько, сколько потребуется», чтобы их запретить. Адельсон крайне негативно отзывается о PokerStars и ее неоднозначном прошлом везде, где только можно.

Баазов более дипломатичен. «Я уважаю Шелдона и восхищаюсь его достижениями, — заявляет он. — Но я не думаю, что его аргументы достаточно убедительны с моральной точки зрения».

Жизнь после покера

В других частях света у Баазова тоже много серьезных проблем. PokerStars приходится убеждать регуляторов, например, в Нью-Джерси в том, что компания строго соблюдает законы во всех юрисдикциях. Она уже отказалась от нескольких «серых» рынков типа Малайзии и Турции, но и ключевые рынки, Германия и Россия, переживают кардинальные изменения.

Сделка с Amaya поставила PokerStars в двусмысленное положение даже в Канаде, где законы технически запрещают подобные сайты, хотя они никогда не применяются к зарубежным компаниям. Но Канаде еще не приходилось сталкиваться с интернет-гигантом, чья материнская структура базировалась бы в Монреале. Баазов утверждает, что он тщательно информировал о сделке канадские провинции и регулирующие государственные органы. «Мы должны были обеспечить себе уверенность в успехе сделки, — говорит Баазов, не вдаваясь в детали. — И мы ее обеспечили». Хотя бизнесмен не комментирует свои контакты с законодателями, известно, что некоторые провинции хотели бы закрепить отношения с PokerStars в расчете на более высокие налоговые отчисления.

У Баазова в рукаве последний козырь. PokerStars — гигант рынка азартных игр, и все юрисдикции и политические деятели хотят «отщипнуть» долю от его доходов. Что Баазов может им предложить? По оценке H2 Gambling Capital, объем глобальной игорной онлайн-индустрии в 2014 году достигнет $38,7 млрд, но на покер приходится не более 10% от этой суммы. PokerStars недавно запустили другие азартные игры в онлайн-казино в Испании и за несколько недель захватили долю рынка, превышающую 10%. Full Tilt запустила казино в большинстве стран мира и 30% его действующих пользователей их уже опробовали. На очереди букмекерский бизнес, и Баазов собирается запустить его на ряде рынков к марту 2015-го. Его отчеты акционерам показывают, что он хочет также освоить социальные игры и фэнтези-спорт.

При этом важно не оттолкнуть свою базовую аудиторию. Некоторые сетевые игроки уже ворчат по поводу перемен в PokerStars, которая стала взимать 5% за организацию игр и 2,5% за обмен валюты. Но Баазов движется вперед, готовясь к новой сделке. Он выставил на продажу Cadillac Jack и, учитывая текущие цены на производителей игровых автоматов, может реализовать этот актив с большой прибылью. Кроме того, он только что продал подразделение Ongame.

Акции Amaya продолжают стремительно расти — только за последний месяц они поднялись на 17%, — и Баазов готов к прыжку в новом направлении.

«Я хочу добиться того, чтобы доход от игр составлял не более 50% от общего дохода компании, — говорит он. — Мы специализируемся на потребительских технологиях. Мы купили Rational не потому, что они занимались азартными играми, а потому что нам были очень нужны 89 млн их клиентов. Я не стал бы называть их игроками, они — потребители». Но кем бы они ни были, пока что они, в первую очередь, — самая удачная ставка этого 34-летнего игрока.

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться