Forbes

Леонид Бершидский Леонид Бершидский
колумнист Forbes 

Сколько денег у Ходорковского: попытка оценки

Сколько денег у Ходорковского: попытка оценки
Михаил Ходорковскийфото East News/AFP
Возвращение прав бенефициара гибралтарской GML Ltd, возможно, позволит бывшему хозяину ЮКОСа распоряжаться примерно $100-250 млн. Но эта сумма может вырасти

В последние дни Михаилу Ходорковскому пришлось терпеливо отвечать на множество вопросов, и ответы он давал насколько мог конкретные. Но он не смог сказать ничего определенного о своих нынешних финансовых ресурсах. «Я сейчас своего финансового состояния полностью еще не представляю», — сказал он и оптимистично добавил: «Я думаю, что я, конечно, разберусь с этой ситуацией».

А ведь чуть больше 10 лет назад Ходорковский был единственным российским олигархом, чье состояние можно было высчитать с той же точностью, с какой Forbes считает капиталы американских богачей — владельцев точно известных долей в публично торгуемых компаниях. В 2002 году, через год после того, как Forbes впервые назвал Ходорковского самым богатым россиянином, гибралтарская Group Menatep Ltd, владевшая 61% нефтяной компании ЮКОС, раскрыла своих владельцев. Выяснилось, что у Ходорковского 9,5% акций Group Menatep и он единственный бенефициар схемы, через которую оформлена собственность еще на 50% акций. Схема эта позволяла Ходорковскому в случае форс-мажорной ситуации, — например, заключения в тюрьму, — передать другому акционеру право распоряжаться акциями.

Когда и Ходорковский, и второй человек в Menatep, Платон Лебедев, оказались за решеткой, право это перешло к Леониду Невзлину.

Под его руководством Group Menatep — с тех пор сменившая название на GML, но по-прежнему действующая в Гибралтаре, – и ее дочерние компании активно судились с «Роснефтью», которой достались активы ЮКОСа после его банкротства, и с другими контрагентами раздербаненной нефтяной компании. Невзлину, заочно приговоренному в России к пожизненному заключению и мирно живущему в Израиле, нечего терять и нечего бояться. Суды «дочки» GML и проигрывали, и выигрывали. В октябре этого года, например, американский суд постановил взыскать с входящего в «Роснефть» «Самаранефтегаза» почти $186 млн в пользу люксембургской Yukos Capital, подконтрольной GML. Деньги с «Роснефти» получить пока не удалось — в России решение не признается.

Так или иначе, сколько денег удалось «отбить» GML, сколько она смогла выручить от продажи зарубежных активов, находившихся вне структуры российского ЮКОСа, сколько, наконец, осталось в ней ЮКОСовских дивидендов, не «вынутых» бенефициарами — и где теперь все эти деньги, — всего этого Ходорковский вполне может не знать. Неполное представление об активах акционеров GML — бывших топ-менеджеров ЮКОСа и родственных ему компаний — можно было бы получить через гибралтарский реестр компаний, но там не предусмотрена онлайн-регистрация пользователей, и к моменту сдачи этой колонки я ничего раздобыть из этого хранилища данных — в котором содержится отчетность GML за 2012 год — не сумел. Так что мне пришлось купить отчет о GML у компании Dun & Bradstreet. Там цифры не очень свежие, но из них понятно, что группа, когда-то управлявшая активами в $30 млрд, сильно сжалась. Ее активы на конец 2010 года составляли $292 млн. Поскольку основную часть обязательств компании ($245,6 млн) составляли долги учредителям, можно считать, что капитал Ходорковского и партнеров и был примерно равен стоимости активов. То есть доля Ходорковского, на условиях 2002 года, была чуть больше $170 млн.

Структура его активов наверняка намного сложнее, но вполне безопасно предположить, что Ходорковский сейчас — «простой» мультимиллионер, обладатель состояния между $100 млн и $250 млн.

«Мое финансовое положение не ставит меня перед необходимостью работать ради зарабатывания денег», — сказал Ходорковский на берлинской пресс-конференции. А в разговоре с ограниченным кругом репортеров объяснил, что у него нет ресурсов, чтобы финансировать российскую оппозицию, но «на жизнь мне точно хватит — я, так сказать, футбольные клубы не покупаю».

Ходорковский — богатый человек, но не безудержный спонсор вроде Бориса Березовского, которого к концу жизни постиг финансовый крах. Если он и будет финансировать какие-то проекты в России, они вряд ли будут большими и точно не будут политическими: Ходорковский отлично осознает опасность для тех, кому он мог бы подкинуть денег «на борьбу с режимом».

Кроме того, Ходорковский обещал Владимиру Путину — так, по крайней мере, он сам говорит — не бороться за утраченные активы ЮКОСа. Правда, от имени Невзлина и прочих партнеров он такого обещания не давал, — но им и путинское помилование не понадобилось: они вовремя покинули Россию.

Ходорковский не представляет угрозы для Путина в первую очередь с финансовой точки зрения. Он недостаточно богат и слишком опасается навредить людям, чтобы подрывать режим методами, которых Путин так опасался в 2003-м.

Умный, состоятельный, не сломленный морально и физически 50-летний гражданин Ходорковский впечатляюще выглядит, хорошо говорит и многое знает. Но нужен ли он кому-либо в России? Не денежный мешок, не политик, не писатель или философ – просто человек, сознательно отказывающийся от борьбы за власть и больше всего боящийся повредить друзьям и коллегам, все еще сидящим в тюрьме?

Этим друзьям и коллегам — безусловно, нужен. Не факт, что он сумеет им помочь, но, по крайней мере, будет болеть за них, будет пытаться. А оппозиции, такой, какая у нас сейчас есть, он совершенно бесполезен. Он больше не знамя, потому что его выпустил Путин. И он не спонсор, потому что не может и не хочет им быть.

Медийному цирку вокруг Ходорковского пора сворачиваться. Дальше будет просто жизнь. «Он заслужил покой».

Другие колонки автора

Все комментарии (2)

От редакции

В связи с обострением общественно-политической обстановки в России и резким увеличением попыток оставить на сайте Forbes.ru комментарии, которые могут быть расценены как экстремистские, редакция Forbes приняла решение временно закрыть пользователям возможность комментировать редакционные материалы на сайте Forbes.ru и скрыть все уже опубликованные комментарии. Эти функции будут восстановлены после нормализации обстановки.

Редакция Forbes приносит читателям свои извинения.

20 апреля, воскресенье
Самое читаемое

Опрос

Должны ли соцсети раскрывать информацию по требованию спецслужб?
Проголосовал 1 человек

Сайты партнеров

Закрыть

Сообщение об ошибке

Вы считаете, что в тексте:
есть ошибка? Тогда нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке".

Вы можете также оставить свой комментарий к ошибке, он будет отправлен вместе с сообщением.