$59.61
63.75
ММВБ2159.96
BRENT55.51
RTS1138.99
GOLD1210.48

Пенсионная беспечность. Что делать с накопительной пенсионной системой?

читайте также
Валютный долг: чем евробонды лучше депозита Лучшие города для инвестиций: где покупать недвижимость в 2017 году Ниши на взлете: пять перспективных трендов для инвестиций в IT на 2017 год Инвестиции и внутренний спрос: когда спящий проснется Позаботься о финансах. Что нужно успеть до конца года? Приручить «единорога»: как искать успешные инвестиционные проекты в США Вышел январский номер Forbes Крах социализма. К чему приведет падение режима Мадуро Сокращение во благо. Какие секторы экономики выиграют от снижения добычи нефти? Английский пациент. Какие вложения станут привлекательными после завершения Brexit Инвестиционная отвага. Как вкладывать в американские акции и компании Вместо депозита: какие выбрать облигации, чтобы получить надежный доход Все о технологиях продления жизни — в бесплатном еженедельнике Forbes для iPad Итальянское кино: спасет ли референдум экономику и банки Рекорд ММВБ: почему инвесторы выбирают российские акции "Народное инвестирование": итоги трех лет в США и в России Вышел декабрьский номер Forbes Решение нефтяного картеля: есть ли возможность заработать? Неэффективность рынка: как заработать на рублевых облигациях Все об Алексее Улюкаеве — в бесплатном еженедельнике Forbes для iPad Плохие парни: почему в истории Сергея Магнитского нет положительных героев

Пенсионная беспечность. Что делать с накопительной пенсионной системой?

Андрей Вавилов Forbes Contributor
фото Макса Новикова для Forbes
Три шага, которые позволят поднять эффективность накопительной системы и в перспективе отказаться от распределительной

(Окончание. Начало  о том, почему накопительная пенсионная система в России не работает,  см. здесь.)

Накопительная система способна стать надежной основой пенсионного обеспечения российских граждан, конечно, при условии серьезных преобразований. У пенсионной проблемы есть три пути решения. Первый — ухудшать положение будущих пенсионеров за счет дополнительных требований (по стажу, возрасту выхода на пенсию и т. д.). Второй — повышать искажающие социальные налоги, загоняя легальный бизнес в тень. Третий, наиболее приемлемый путь — сначала кардинально изменить правила формирования накопительной системы, а затем заменить ею неэффективную распределительную систему. Как это нужно сделать?

При грамотном управлении накопительная система будет эффективно работать при действующем взносе 6% фонда оплаты труда. Это большой сюрприз для многих российских чиновников и экспертов, хронически недооценивающих эффект сложных процентов (Альберт Эйнштейн с иронией называл его «наиболее могущественной силой во Вселенной»). Между тем, расчеты показывают, что при весьма умеренных предположениях о сроках инвестирования и доходности накоплений коэффициент замещения (отношение пенсии к последнему заработку) может достигать 40-50% без дополнительной нагрузки на бюджет! Эти показатели сопоставимы с целевым ориентиром в 40%, заявленным президентом Владимиром Путиным. Однако использование распределительной системы как основного инструмента к 2050 году разгонит ежегодные пенсионные расходы государства до уровня более 15% ВВП.

Накопительная система должна приумножать вложенные средства. Не помогать Минфину или госкорпорациям размещать низкодоходные и малоликвидные гособлигации — это лишь бессмысленное перекладывание пенсионных денег из кармана в карман. Система должна накапливать средства, достаточные для достойной старости (пенсия должна быть не менее трети заработка), для чего необходима доходность с учетом инфляции около 8% в реальном выражении в течение 20-30 лет. Чтобы ее обеспечить, необходимо сделать три эффективных шага по настройке пенсионной системы.

Во-первых, необходимо использовать пассивное управление: вложение в индекс глобальных активов, обеспечивающий сравнимую доходность на длинном горизонте. Формула успеха стратегии пассивного управления проста: диверсификация плюс низкие издержки. При инвестировании на большой срок (а это как раз случай пенсионных накоплений) индексы почти наверняка обыграют большинство «активных» управляющих, стремящихся улучить момент для входа на рынок или выхода с него. Важно и то, что активное управление для крупных пенсионных фондов в 15-20 раз дороже пассивного. По данным главы Финансовой ассоциации США, средняя разница между затратами на активное и пассивное управление в перспективе 20 лет приводит к потере 13% активов! Неудивительно, что глобальная пенсионная индустрия уже давно взяла пассивное управление на вооружение. К примеру, закон прямо запрещает Пенсионному фонду госслужащих США инвестировать в «активные» стратегии — разрешены лишь вложения в индексы.

Во-вторых, разумно внедрить в управление пенсионными накоплениями принцип жизненного цикла. В рамках этого подхода в портфеле более молодых возрастных когорт должны доминировать активы с большой премией за риск (акции и альтернативные инвестиции), а в портфеле пожилых — менее волатильные инструменты, такие как облигации. К примеру, для когорты со средним возрастом 25 лет доля акций может составлять 80-90%, тогда как для 60-летних такой же процент могут составлять облигации. Российская накопительная пенсионная система только формируется, поэтому доля молодых участников велика. Это означает, что акции и альтернативные инвестиции должны доминировать в портфеле. Метод жизненного цикла позволяет инвестировать с низкими издержками, одновременно должным образом учитывая фактор возраста будущего пенсионера.

В-третьих, дополнить «пенсионный бенчмарк» следует альтернативными вложениями, в том числе и в социальную инфраструктуру. Вопреки мнению многочисленных лоббистов от инфраструктурных монополий, в силу особенностей пенсионной сферы инфраструктурные проекты должны иметь преимущественно социальную направленность: накопления должны идти на больницы и дома престарелых, а не на рельсы или трубы! Это обусловлено тем, что значительная часть потребностей людей преклонного возраста связана именно со сферой здравоохранения. Если обеспечить эффективную работу государственно-частного партнерства в этой области, федеральный бюджет сможет быстро начать экономить средства на капитальное строительство социальной инфраструктуры (государственные инвестиции будут замещаться частными). Потенциальный годовой выигрыш государства сопоставим с дефицитом ПФР (1 трлн рублей), из-за трудностей с финансированием которого и собираются ликвидировать накопительную систему.

Что государство должно предпринять после того, как подобная настройка будет проведена? Далее необходимо сделать накопительную систему основным источником пенсий, постепенно демонтируя распределительную систему и снижая нагрузку на фонд оплаты труда. Полностью завершить это процесс возможно за 40-60 лет. Разумеется, возникнет временная проблема возрастных когорт, не успевших сделать достаточные накопления. Этот дефицит, который возможно довольно точно оценить на будущие периоды, будет закрыт за счет госдолга и трансфертов из Фонда национального благосостояния. Кстати, разумно направлять в ФНБ не только нефтегазовые доходы, но и дивиденды по акциям компаний, находящихся в госсобственности. Если обеспечить эффективное управление активами ФНБ, пакетами акций в государственной собственности и долгом, переходный период можно сократить до 15-20 лет. По имеющимся расчетам, ежегодный трансферт из ФНБ может составлять до 0,25% ВВП без сокращения объема активов под управлением государства. Ключевым условием, которое должно обеспечить успешность реформы, является динамическая сбалансированность: доходность пенсионных накоплений должна быть выше темпа роста ВВП, который, в свою очередь, должен быть больше стоимости заимствований.

Еще раз: другие пути решения пенсионного вопроса болезненны и неэффективны. Замена распределительной системы на накопительную сработает. Откладывать реформу и тем более отменять накопительную часть нельзя. Важно не упустить шанс — он еще есть!