«Боец до конца»: как Даниил Медведев стал новым героем русского тенниса

Фото Eleonora Strano для Forbes
Даниил Медведев Фото Eleonora Strano для Forbes
Даниил Медведев довольно поздно для профессионального спорта решил, что свяжет свою жизнь с теннисом. По итогам 2019 года он заработал $7 млн призовых, оказался первым более чем за 10 лет российским финалистом турнира Большого шлема, заключил контракты с «Тинькофф» и BMW. В этом году Медведев дебютировал в рейтинге самых успешных звезд по версии Forbes. Как ему удалось добиться успеха?

В вечерней программе «Первого канала» на 8 сентября 2019 года значился КВН, но в последний момент сетку вещания изменили. 23-летний теннисист Даниил Медведев вышел в финал US Open, став первым с 2005 года российским финалистом турнира Большого шлема, и получил прямой эфир на главном телеканале страны. Рафаэлю Надалю понадобилось почти пять часов, чтобы победить в матче и взять 19-й «шлем», но саму церемонию награждения безоговорочно выиграл Медведев. Он добавил юмора дежурным словам благодарности и трижды сорвал овации трибун, которые по ходу чемпионата не раз освистывали его. US Open принес Медведеву $1,9 млн призовых и статус одного из самых обсуждаемых спортсменов 2019 года. Forbes рассказывает историю новичка звездного рейтинга «40 до 40».

Лирика и физика

Отец Марии Шараповой задумал для дочери теннисную карьеру, когда девочке было четыре года. Рафаэль Надаль начал интенсивно тренироваться у своего дяди в пять лет. Роджер Федерер впервые взял в руки ракетку в три с половиной года, в 9 получил личного тренера, а в 14 родители отправили его в престижную теннисную школу в другой город. Все это типичные для тенниса сюжеты. «Обычно начинают в 4–5 лет, — рассказывает Александр Островский, основатель теннисных академий в Химках и Туле. — К 8–9 годам родители определяются, интересна ли им профессиональная карьера для ребенка. В этом возрасте нужно заниматься каждый день и начинать играть турниры. С 11–12 лет дети ежедневно тренируются уже по 4–5 часов».

История Даниила Медведева в эту схему не вписывается. В теннисную секцию он попал в шесть лет. Никаких амбиций на тему профессиональной спортивной карьеры у его родителей тогда не было. Просто решили попробовать «для общего развития». К тому моменту Даниил уже занимался плаванием в бассейне «Чайка», шахматами — в школе Тиграна Петросяна, ходил на рисование, а в выходные любил погонять в футбол.

Постепенно теннис вытеснил остальные увлечения, зато много времени стала занимать учеба. «Думаю, папа довольно рано поверил в мое теннисное будущее, — рассказывает Медведев. — И если даже не поверил, то надеялся. Но долгое время мама — и это супер, что было так, — водила меня на разные занятия. Это все ее работа, ее идеи. Поэтому я получился таким разносторонним».

До 12 лет Медведев учился в школе №91 на Поварской улице и окончил три класса престижной школы английского языка «Дом Станкевича». «Там тоже было много домашнего задания, — вспоминает Даниил. — Я даже занимался с репетиторами, чтобы лучше его понимать». В 7-м классе Медведев поступил в физико-математический лицей «Вторая школа».

«Мне было очень интересно учиться, — рассказывает он. — Это не спорт, но там всегда есть соревновательный момент. Школа была сложная, из 20 человек в классе два–три отличника. Я всегда старался быть хорошистом. Тройки случались, но редко. С одной стороны, я был прилежным учеником, который никогда не получал двоек и старался все выучить. С другой — дружил больше с хулиганами. Но за какие-то проделки меня не наказывали. Говорили: «Медведев же хороший мальчик».

После 9-го класса Даниил успешно сдал все ежегодные экзамены и ушел из «Второй школы». К тому моменту он уже активно ездил на турниры, много тренировался, и совмещать это с нагрузкой физико-математического лицея было нереально. Два оставшихся класса Медведев закончил экстерном в другой школе и лишился выпускного. «Как и 99% теннисистов, — комментирует Даниил. — Но я об этом совершенно не жалею».

Eleonora Strano для Forbes
Eleonora Strano для Forbes

Один из главных факторов прогресса молодого теннисиста — это финансирование. С первых лет занятий до того момента, как игрок начнет всерьез зарабатывать (если вообще начнет), придется потратить около €1 млн, считает Александр Островский. «Это если с 12–14 лет ездить на все лучшие турниры и не думать про цену отелей, — уточняет Медведев. — Если ориентироваться на сумму в два раза меньше, тоже все может получиться. В моей карьере были моменты, когда приходилось экономить». Затраты растут постепенно: чтобы лучше играть и набирать очки в рейтинге по своему возрасту, нужны индивидуальные тренировки, турниры и т. д. Сначала это будет стоить российскому теннисисту десятки тысяч рублей, а после 14 лет — и до €100 000 в год. Если таких средств нет у семьи, нужен спонсор. Сверстнику Медведева Карену Хачанову (№15 мирового рейтинга), например, помогал его дядя — совладелец сети Hoff Александр Зайонц, а подготовку Марии Шараповой с 11 лет оплачивали IMG и Nike. Медведева финансировал отец. В начале нулевых Сергей Медведев, в советском прошлом программист, вполне успешно торговал стройматериалами. И в первые годы карьеры сына расходы на теннис его не тяготили.

Так, в 12 лет Даниилу поменяли тренера. Отец через полгорода возил сына в спортивный клуб «Будь здоров», недавно открывшийся в поселке Мосрентген. «Он очень несуразный был, — вспоминает свои первые впечатления о новом ученике тренер Игорь Челышев. — Уже вымахал, а координации не хватало. Такой шалтай-болтай. Плюс характер. В 12–13 лет он так зажигал, что не понять было, хватит ему в итоге терпения или нет. Ракетки швырял, если проигрывал. Мы его наказывали часто: психанул — 10 кругов вокруг корта. Даня за тренировку мог 20–30 набегать. Но при этом он не вылетал из игры надолго, как это часто бывает у детей, умел быстро вернуться».

К 14 годам Медведев стал лучшим в клубе. Начал играть за сборную, побеждать на турнирах. Где не хватало техники или физподготовки, выручал характер. «Он боец до конца. Это у него было всегда и во всем. Теннис, футбол — неважно. Всех готов был разорвать», — говорит Челышев.

С 14 до 18 лет Даниил был стипендиатом Фонда Ельцина — по €15 000 в год получали три лучших игрока в каждом юниорском возрасте. Для семьи Медведевых это было очень важно: расходы на теннис росли быстрее доходов, а в начале 2010-х Медведев-старший вышел из бизнеса, которым занимался 10 лет, и сосредоточился на карьере сына. Он активно искал спонсоров. Писал президенту Дмитрию Медведеву, в «Газпром», миллиардеру Геннадию Тимченко — безрезультатно.

Химки — Антиб

В 14 лет Медведев подписал контракт с влиятельным агентством IMG, но финансовой стабильности это не добавило. «В теннисе есть строгая система координат, — объясняет Алексей Николаев, тогдашний представитель IMG в России. — Если игрок в нее не вписывается, сложно убедить компанию или агентство в его перспективности. Нужно быть в мировой десятке в категории до 14 лет, потом до 18 лет, еще лучше — выиграть юниорский «Шлем». А Даниил в раннем возрасте не показывал феерических результатов». Максимум Медведева в юниорском рейтинге — 12-е место. Возможно, потому, что до 18 лет Даниил много внимания уделял образованию. Получив аттестат, он поступил на вечернее отделение в МГИМО, на заочное — в педагогический вуз, а еще на экстернат в МЭСИ. «Я был очень энергичным, — вспоминает Медведев. — Тренировался с 9 утра, к трем-четырем приезжал в университет, в 18:00 начинались занятия, в 9 вечера заканчивались. Учиться было тяжело, но интересно. Жаль, сессии совпадали по времени с турнирами Большого шлема, приходилось сдавать экзамены заранее. Но я ни одного не завалил». И все же после первого курса Даниил взял в МГИМО академотпуск и перевелся из педагогического вуза в Российский университет физкультуры и спорта, где позже получил диплом тренера.

Совмещать серьезную учебу и серьезный теннис было нелегко, признается Медведев. Но это подготовило его ко взрослой жизни. «Когда попадаешь на юниорский турнир Большого шлема, а я играл на всех, ты отчетливо осознаешь свой шанс вернуться на эти корты уже профессионалом, — объясняет Даниил. — И странно этот шанс упускать. Но если бы с теннисом не получилось, я был полностью готов продолжать образование».

Осенью 2011 года девелопер Александр Островский открыл в Химках теннисную академию, а чуть позже запустил программу бесплатного обучения для перспективных юниоров. «Когда Даниилу было 16 лет, его родители приходили с ним в нашу академию, — вспоминает Островский. — Они выбирали для себя путь развития. Рассматривали вариант уехать в Европу или получить финансовую поддержку в России. Я взял время подумать, но в итоге отказался. Мы только что договорились с родителями Насти Потаповой (сейчас №84 рейтинга WTA), это была моя первая большая инвестиция. Я понимал перспективу Даниила, но понимал и свои возможности. Потянуть сразу двух спортсменов мне было сложно». Когда сорвалось еще несколько потенциальных спонсоров, Медведевы окончательно переключились на зарубежный вариант. Обсуждали Финляндию, Швецию, но в итоге остановились на Франции, где жила их средняя дочь. И кажется, иначе и быть не могло. В интервью «Спорт-Экспрессу» мама Даниила рассказывала, что и родить сына она планировала во Франции — тогда в 18 лет он по закону имел бы право выбрать гражданство этой страны. Даже шубу купили, чтобы скрыть живот в момент посадки в самолет, но Даниил появился на свет раньше срока — не в марте, а в феврале — и в Москве. Почти два года у Медведевых ушло на подготовку документов, продажу квартир в Москве и покупку жилья в Антибе, поиск базы для тренировок. Даниил, конечно, уезжать не хотел. «Мне 18 лет, я только начал входить во взрослую жизнь, в Москве у меня друзья, — вспоминает Медведев. — Если бы меня спросили, я бы остался, но для тенниса это было бы неправильным решением. Хорошо, что я тогда ничего не решал».

Eleonora Strano для Forbes
Eleonora Strano для Forbes

Переезд за границу — обычный этап карьеры многих российских теннисистов. Но Медведевы и тут соригинальничали, выбрав не разрекламированное место, а Elite Tennis Center в Каннах — скромный стартап молодого тренера Жан-Рене Лиснара. И это большая удача, считает Игорь Челышев. «Многие популярные академии — это скорее шоу, — говорит он. — А Даниил попал к тренеру, которому действительно было интересно его развивать». «Поначалу во Франции сложно было все, — вспоминает Медведев. — По-французски я почти не говорил, понимал только тему разговора, но это мне мало что давало. А для французов, если ты иностранец и не говоришь на их языке, это создает дополнительные сложности. У меня не было ни одного приятеля. Даже сейчас я не уверен, что до конца освоился во Франции. Только года три назад начал говорить «еду домой», возвращаясь с турниров». Осложняли адаптацию Даниила и финансовые трудности родителей. Работать они не могли (виза не позволяла), а тренировки и турниры требовали серьезных затрат. На юниорском «Уимблдоне» 2014-го «необычного игрока» заметил директор агентства Top Five Стефан Гуров и предложил ему сотрудничество. Контракт Медведева с IMG к тому моменту закончился, продлевать его не стали. «За четыре года было сделано немного, — объясняет Даниил. — Возможно, в том числе из-за моих результатов». Медведевым нужна была финансовая поддержка, а в IMG тратиться не хотели, говорит Николаев.

Благодаря Гурову в 2016-м у Даниила появился первый крупный спонсор — французский производитель ракеток Tecnifibre. «Это было что-то! — комментирует Медведев. — Первые два турнира я сыграл не очень. И, естественно, в голову стали лезть мысли — может, зря я поменял ракетку. Это ведь очень важный инструмент. Но потом пошли крутые результаты, и я перестал сомневаться». Кроме того, подписав контракт с Tecnifibre, Медведев смог претендовать на грант $50 000. 2016 год он закончил в топ-100 и получил деньги. «На тот момент это была сумасшедшая помощь, — вспоминает Даниил. — Тогда для меня даже €10 были значимы. Обычно я ходил обедать в один и тот же недорогой ресторан. И вот, помню, впервые хорошо сыграл на челленджере, прошел квалификацию и два круга, заработал около €2000. И только после этого позволил себе заказать первое блюдо типа моцареллы. А до этого смотрел на цены в меню и думал: «Возьму пасту и пойду».

Даниил-мастер

В 2016-м Медведев заработал на турнирах около $160 000, в 2017-м — уже $750 000, а в 2018-м — $1,6 млн, выиграв три титула ATP. Полноценные соавторы этого успеха — тренер Жиль Сервара, специалист по физподготовке Эрик Эрнандес, аналитик из ФК «Монако», который не афиширует свое сотрудничество с Медведевым (его задача отслеживать тренировочную активность, питание и здоровье спортсмена), и психолог Франциска Дозе. С ней Даниил сумел наладить контакт со второй попытки. «Я повзрослел и пересмотрел отношение к теннису, — объясняет Медведев. — Понял, что нужна регулярная работа над собой, чтобы улучшать результаты. Своего рода ментальная тренировка один–два раза в неделю».

Сезон-2019 Медведев провел почти идеально: 9 финалов (в том числе US Open), 4 титула (2 из них на престижных ATP Masters 1000) и более $7 млн призовых. «Налоги съедают минимум 30%, — объясняет Даниил. — Плюс команда получает процент с призовых». Работу тренеров и специалистов оплачивает игрок. В среднем на это уходит €15 000 в месяц плюс расходы на дорогу, проживание и питание. «Есть турниры, где отель стоит €300 в сутки, если тебе нужно три номера, то это около €1000 в день, — калькулирует Медведев. — Если ты приехал заранее, то это €10 000. Но чем выше ты в рейтинге, тем больше турниров компенсируют тебе проживание».

Самые успешные звезды шоу-бизнеса и спорта моложе 40 лет. Рейтинг Forbes

Важным событием 2019 года стало для Даниила возвращение в IMG. Медведев не раскрывает подробностей, говорит, что «никто никого не искал» и все вышло случайно, но теперь его делами занимаются Оливер ван Линдонк (агент японца Кеи Нисикори, который зарабатывает на рекламе более $30 млн) и француз Луик Мартин. Интересы игрока на российском рынке представляет консультант IMG по России Лев Кассиль.

В начале 2019-го Медведев сменил экипировщика — с Lotto на Lacoste, к старту US Open подписал контракт с часовым брендом Bovet, после турнира — с BMW и банком «Тинькофф». «IMG для каждого спортсмена создает стратегию развития его бренда, — объясняет Кассиль. — В работе с партнерами мы делаем ставку на долгосрочные взаимоотношения». Именно это и привлекло Медведева. «Мы сразу решили, что будем работать на перспективу, а не на сиюминутные деньги, — говорит Даниил. — Перед полуфиналом/финалом US Open было много предложений, даже хороших, наклеить патч с логотипом на форму. Но мы отказались от сотрудничества, которое скорее всего закончилось бы через пару дней».

Кассиль считает, что у Медведева отличные маркетинговые перспективы. «Даниил очень яркий, — объясняет Лев. — Боец по характеру, победитель. При этом симпатичный и обаятельный, здорово умеет общаться с людьми, свободно говорит на нескольких языках. Мы хотим помочь ему выстроить хорошую и долгую международную карьеру, позиционируем его как глобальную звезду». Предложения от табачных и алкогольных компаний IMG не рассматривает. И пока избегает сотрудничества с букмекерами. Зато интерес «Тинькофф» очень быстро превратился в контракт на несколько лет с возможностью пролонгации.

«Во Франции Даниил очень прибавил в физике, хорошо двигается, умело защищается, а в игре с лета надо прибавлять». Тренер Игорь Челышев ( Eleonora Strano для Forbes )
«Во Франции Даниил очень прибавил в физике, хорошо двигается, умело защищается, а в игре с лета надо прибавлять». Тренер Игорь Челышев ( Eleonora Strano для Forbes )

«Мы не искали нового амбассадора вместо Ивана Урганта, — комментирует директор по маркетингу банка «Тинькофф» Михаил Горбунцов. — Но после успеха Даниила на US Open и его истории с болельщиками, которые сначала хейтили его, а в итоге стали его адептами, мы поняли, что это наш человек. Полное совпадение философий. Мы тоже любим превращать хейтеров в адептов. Руководство банка одобрило идею, и мы быстро договорились. Да, это инвестиция в будущее, мы верим, что большие победы Даниила впереди. И хотим быть в одной лодке».

IMG не увидел имиджевых рисков для Медведева в интересе частного банка, среди инвесторов которого много международных фондов. Финансовые детали сделки не разглашали, но эксперты рекламного рынка оценивают ее в $500 000, а совокупный маркетинговый доход теннисиста — в $3–4 млн. Медведев сможет зарабатывать на рекламе и больше, если будет успешен на корте. Равномерно популярный и почти круглогодичный (вне пандемии) теннис — очень удобная территория для спонсоров. Возможно, излишняя эмоциональность Медведева, который может показать неприличный жест трибунам или поругаться с судьей, отпугнет излишне чопорные бренды. Но, во-первых, Даниил работает над психологической устойчивостью, да и в начале карьеры даже безупречный Федерер позволял себе хулиганские выходки. А во-вторых, сейчас брендам нужны живые люди, которые испытывают эмоции, считает Кассиль.

Современному теннису не хватает настоящей эмоциональности, которую питает не отсутствие воспитания, а сила личности, полагает Алексей Николаев. «На звезд поколения Джона Макинроя публика ходила, как на выдающихся актеров, — комментирует он. — А сейчас игроков делают одинаковыми. Мало лидеров, которые живут на корте и заставляют зрителей сопереживать. А Медведев — очень интересная личность, с большим интеллектуальным потенциалом. Да, таким людям непросто, но ему нужно оставаться верным самому себе. И если Даниил продолжит побеждать, его примут таким, какой он есть. И вот тогда начнут молиться».

Дополнительные материалы

От Хабиба до Билана: самые высокооплачиваемые российские звезды до 40 лет