Вирус против бедных: как пандемия повлияла на социальное неравенство в России

Фото Дениса Гришкина / Агентство «Москва»
Фото Дениса Гришкина / Агентство «Москва»
Пандемия и связанное с ней замедление мировой экономики оказали серьезное влияние на доходы населения. Согласно исследованию, проведенному Всемирным банком и НИУ ВШЭ, в России совокупное воздействие кризиса и принятых правительством антикризисных мер оказалось негативным для всех групп населения, кроме семей с двумя и более детьми, — остальные домохозяйства стали беднее. Социальное неравенство незначительно снизилось, а уровень бедности растет в более богатых регионах и снижается в бедных. О результатах исследования рассказывают профессор НИУ ВШЭ Дарья Попова и экономист Всемирного банка Михаил Матыцин

Согласно прогнозам Всемирного банка, сделанным в конце прошлого года, в 2020-м валовой внутренний продукт (ВВП) России должен был бы вырасти на 1%. По сегодняшним оценкам, в этом году ВВП страны может уменьшиться на 6% в результате снижения мировых цен на нефть и масштабного экономического кризиса, вызванного пандемией COVID-19. Это может обратить вспять процесс снижения уровня бедности, который наблюдался в России с 2015 года.

Экономисты ВШЭ сообщили о сокращении в России среднего класса из-за пандемии

Своевременно принятые и адекватные ситуации меры налоговой и социальной политики могут компенсировать влияние негативных последствий кризиса на динамику доходов населения. По числу и масштабу реформ в системе налогово-бюджетной и социальной политики 2020 год стал уникальным. Во-первых, 15 января президент России в ежегодном послании Федеральному собранию заявил о новых мерах поддержки семей с детьми. Во-вторых, в марте-июне для преодоления экономических последствий эпидемии правительство подготовило ряд законопроектов, направленных на поддержку бизнеса, занятости и доходов уязвимых групп населения, впоследствии одобренных Госдумой и Советом Федерации.

Для предварительной оценки воздействия этих экономических шоков и ответных мер политики на распределение доходов населения мы использовали микроимитационную модель российской налоговой и социальной политики RUSMOD — совместный проект Всемирного банка и Высшей школы экономики (подробнее о предпосылках модели можно прочесть в статье: Matytsin M., Popova D., Freije S. RUSMOD. A Tool for Distributional Analysis in the Russian Federation). Основным показателем эффективности такой политики является разница между рыночным доходом (то есть доходом до уплаты всех налогов и до начисления трансфертов) и располагаемым доходом (то есть доходом после уплаты налога на доходы физических лиц (НДФЛ) и взносов на социальное страхование, а также получения различных пособий), а также разница между располагаемым доходом и потребляемым доходом (доходом после уплаты косвенных налогов, а именно налога на добавленную стоимость (НДС) и акцизов).

Как система работала до кризиса

По нашим оценкам, в 2019 году российская система налоговой и социальной политики снижала уровень абсолютной бедности на треть (уровень бедности в российской статистической практике рассчитывается как доля населения с доходами ниже прожиточного минимума, рассчитанного для трех групп населения — детей до 16 лет, взрослых и лиц пенсионного возраста). Уровень неравенства, измеряемый коэффициентом Джини (этот коэффициент показывает степень расслоения общества по доходам и может изменяться от 0 до 1), она снижала на четверть.

В целом перераспределение носит прогрессивный характер: 40% населения с наиболее низкими доходами являются чистыми получателями системы налогов и социальных трансфертов, в то время как 60% населения с наиболее высокими доходами несут чистые потери. В основном эти объемы перераспределения достигаются за счет пенсий, а также в меньшей мере — за счет категориальных и адресных пособий. Домашние хозяйства пенсионеров — единственная группа домохозяйств, чьи доходы растут от рыночного к располагаемому за счет системы налогов и трансфертов. Масштабы перераспределения в России существенно ограничены плоской шкалой НДФЛ и регрессивными ставками страховых взносов. Помимо этого, неравенство и бедность по потребляемому доходу в России выше в сравнении с располагаемым доходом в результате регрессивных ставок НДС и акцизов.

Всемирный банк спрогнозировал первый за 20 лет скачок числа «крайне бедных» из-за COVID-19

Российская система налогов и социальных трансфертов менее эффективна с точки зрения перераспределения, чем большинство систем в Евросоюзе, за исключением Латвии и Болгарии. В странах ЕС значительный вклад в сокращение неравенства доходов вносят прямые налоги (в основном прогрессивный подоходный налог) и социальные трансферты, тогда как в России влияние этих компонентов системы ограничено.

Что изменил кризис 2020 года

Для оценки эффекта кризиса, связанного с пандемией, а также эффекта реформ налоговой и социальной политики, проведенных в марте-июне 2020 года, на распределение доходов населения мы использовали прогноз экономического роста и развития экономики России, разработанный Всемирным банком (уточненные оценки могут несколько изменить цифры, приведенные в статье, но не должны повлиять на качественные выводы; при этом стоит отметить, что любая модель имеет свои ограничения точности).

Прогноз предполагает сокращение трудовых доходов на 5% для всех домохозяйств и потерю 25% рабочих мест в наиболее пострадавших от пандемии секторах экономики (транспорт, гостиничный бизнес, розничная торговля и развлечения) для домохозяйств, проживающих в городах федерального значения (Москва и Санкт-Петербург) и региональных центрах. Это соответствует снижению средних доходов от занятости на 8%.

Отметим, что в нашем моделировании учитывалось влияние только тех мер налоговой и социальной политики, которые оказывают прямой эффект на текущие доходы домохозяйств:

  • Во-первых, к ним относятся меры социальной политики, объявленные в январе этого года: расширение охвата пособий на первого и второго ребенка (до достижения ребенком возраста 3 лет и для домохозяйств с доходом ниже 200% регионального прожиточного минимума (ПМ) и новое пособие на детей в возрасте от 3 до 7 лет для домохозяйств с доходом ниже 100% регионального ПМ.
  • Во-вторых, это меры поддержки занятости и доходов населения, принятые в связи с пандемией в период марта–июня 2020 года.

По нашим оценкам, кризис повлиял на нижнюю часть распределения доходов в меньшей степени, чем на верхнюю часть распределения, так как последняя гораздо сильнее зависит от трудовых доходов. Это означает, что от мер налоговой и социальной политики, принятых до и после начала пандемии, в большей степени выиграли бедные слои населения.

От мер политики, принятых в январе 2020 года, выигрывают в первую очередь семьи с детьми. Как известно, эта группа имеет более высокий уровень монетарной бедности, чем в целом по населению, поэтому ожидается, что расширение охвата и размера адресных пособий на детей сократит общий уровень бедности населения.

Вторая волна или девятый вал: принесет ли новый виток пандемии безработицу и обнищание

С другой стороны, расширение охвата и увеличение размера пособия по безработице и снижение налогов для самозанятых и работников малого и среднего бизнеса в марте-июне этого года оставляет в выигрыше все типы домохозяйств, возрастные группы и типы поселения. Пенсионеры и пожилые люди, которые, как правило, не работают и, следовательно, не могут пользоваться пособием по безработице или налоговыми льготами, немного выигрывают от увеличения размера страховых и социальных пенсий.

Совокупный эффект кризиса и всех антикризисных мер положителен только для семей с двумя и более детьми. Во всех других группах домохозяйств наблюдается снижение располагаемого дохода, несмотря на компенсационные меры.

Общий уровень неравенства доходов в результате кризиса и антикризисных мер снижается незначительно. Однако мы можем ожидать некоторого снижения межрегионального неравенства доходов, поскольку более бедные регионы, по-видимому, меньше страдают от сокращения доходов в результате кризиса и больше выигрывают от социальных мер, чем более богатые. По совокупности всех мер уровень бедности снижается в более бедных регионах и растет в более богатых.

В заключение отметим, что наше моделирование основано на допущении о том, что основной удар кризиса придется на мегаполисы и региональные центры. Это достаточно оптимистичный сценарий, предполагающий, что распространение вируса и связанных с ним ограничительных мер в других типах поселений будет сдержано, а пандемия будет носить кратковременный характер. Однако в случае более сильного шока доходы населения могут значительно сократиться во всех типах поселений. Если в среднесрочной и долгосрочной перспективе пандемию будет сложнее контролировать и кризис затронет другие отрасли и типы поселений, эти прогнозы необходимо будет пересмотреть. 

Мнение автора может не совпадать с точкой зрения редакции

Дополнительные материалы

Инструкции по выживанию: как чиновники советуют справляться с кризисом