Глава Mars в России — Forbes: «Собаке не объяснишь, что мир столкнулся с COVID-19»

Фото DR
Валерий Щапов Фото DR
Президент Mars в России Валерий Щапов рассказал Forbes о будущих инвестициях, о том, что не так с российской ветеринарией, и о подходах к устойчивому развитию

— Компания Mars уже 30 лет работает на российском рынке. Что изменилось за это время?

— Действительно, 30 лет назад мы привезли в Россию 23 тонны шоколадных батончиков, чтобы проверить реакцию российского потребителя на абсолютно новые бренды и новый формат. Реакция оказалась такой, что через четыре года мы уже построили кондитерскую фабрику в Ступино. Сейчас бизнес Mars в России — это 10 промышленных предприятий в пяти регионах России, уникальный для нашей страны научный центр, 30 региональных офисов и более 6000 сотрудников. В общей сложности мы инвестировали в экономику России более $2,5 млрд.

Что изменилось за это время? Пожалуй, все — жизнь, бизнес, компания Mars. Могу сказать, что, пожалуй, главное — влияние Mars на российскую экономику. 30 лет назад мы положили начало двум новым категориям товаров: шоколадных батончиков и кормов для домашних животных. Интересный факт — в начале нашего пути в России корма для животных в Москве продавались только в одном месте — в отделе «Охота и рыбалка» в ГУМе. И нашим торговым представителям первое время было сложно убеждать обычные магазины продавать корма для животных — они отвечали, что продают товары для людей.

— А как на ваш взгляд изменился деловой климат? Сложнее или легче стало работать?

— Нам гораздо легче стало работать в России, с точки зрения взаимоотношений с государством. Если раньше нас только слушали, то теперь слышат.

— В чем это выражается?

— Например, есть конкретные законодательные инициативы: принят федеральный закон об ответственном отношении к животным, внесены соответствующие поправки в Конституцию. Мы видим, что государство и общество движется в сторону ответственного отношения к животным.

— В одном из недавних интервью президент Mars Грант Рид делился надеждами на то, что в ближайшие десять лет размер бизнеса компании может удвоиться. Какие планы по российскому рынку и что может быть основным драйвером роста?

— Вы знаете, за последние десять лет наш бизнес в России увеличился более чем в два раза. И в принципе, желание двигаться в таком же темпе никуда не делось. Большой потенциал мы видим в категории заботы о домашних животных — для нас это наверное важнейшая сейчас часть бизнеса, включающая не только корма для домашних животных, но и ветеринарию, и умные сервисы. Сейчас в России только половина калорий, которые едят кошки, потребляется из полнорационных промышленно приготовленных кормов, среди собак еще меньше — только 14%. А в Европе, например, во Франции, этот показатель превышает 100% для кошек и  93% — для собак.

— Реальные доходы россиян сокращаются уже не первый год. Как это влияет на планы по росту бизнеса?

— В сегменте кондитерских изделий наблюдается достаточно высокая эластичность с точки зрения динамики душевого дохода. Когда случается падение доходов, во-первых начинают реже ходить в магазины, во-вторых, достаточно легко себе в чем-то отказывают.

— Не так просто отказать себе в лакомстве.

— Сложно, но можно. А вот если мы говорим о кормах для домашних питомцев, то сегодня 85% «родителей» питомцев считают их членами своей семьи. О них заботятся, дарят подарки, водят к ветеринарным врачам и, конечно, думают о качестве их питания. Если у тебя есть кошка или собака — ей сложно объяснить, что мир столнулся с COVID-19, ей нужен «Вискас», к которому она привыкла. С этой точки зрения, категория кормов устойчива, хотя и замедлила рост. 

— Существует распространенная точка зрения о том, что промышленный корм может быть вреден для домашних животных.

— Я не знаю, на чем основаны эти предрассудки. Мы опираемся на научно доказанные факты. В России мы почти 20 лет ведем научную деятельность по изучению питания домашних животных, а с 2017 года открыли научный центр в Ульяновской области. Абсолютно гуманными, неинвазивными методами, путем наблюдения за поведением собак, за шерстью, за продуктами естественной жизнедеятельности мы получаем те знания, которые закладываем в основу того, что делает питание для собак сбалансированным и способным предотвратить многие заболевания: и суставов, и внутренних органов, и многие другие. В конечном итоге это делает их жизнь более счастливой и более долгой. Например, у нас в центре есть кошки, возраст которых перевалил за 20 лет.

— А человеческой едой можно кормить животных?

— Можно. При условии, что она особым образом приготовлена и включает в себя необходимый для собак или для кошек набор микроэлементов: витаминов, минералов, аминокислот. И одновременно не содержит вредных компонентов. Например, для питомцев не просто не полезны, а опасны виноград, орехи или шоколад.

— На ПМЭФ вы заявили об инвестициях в центр изучения питания на 700 млн рублей. Расскажите подробнее.

— В 2014 году мы подписали соглашение об инвестициях в строительство нового центра по изучению питания домашних животных в Ульяновской области. Начали с того, что составляет сейчас большую часть нашего бизнеса — корма для кошек. В 2017-м году запустили первую очередь, переселили туда 250 наших кошек, посмотрели, как это все работает. Мы проводим исследования вкусовых предпочтений кошек, и на их основании принимаем решение о выпуске продукта на рынок. Наблюдаем за тем, насколько нашим пушистым сотрудникам нравится тот или иной корм, а также оцениваем усвояемость корма по продуктам жизнедеятельности. Сейчас приняли решение построить там и вторую очередь — блок содержания собак. Центр уже сейчас третий в мире  по количеству проживающих питомцев. После завершения проекта, возможно, сможем претендовать на то, чтобы считаться самым большим в мире.

— Несколько месяцев назад ветеринарная компания AniCura, входящая в Mars, объявила о выходе на российский рынок  вашим партнером стала сеть «Белый клык». В том же интервью, [президент Mars] Грант Рид говорил, что ветеринария уже приносит Mars 20% выручки. Какие у вас планы на российский рынок?

— Во-первых, мы видим, что очень ускорился темп прироста численности домашних питомцев. Мы проводим «перепись» каждые три года. И вот за последние три года, с 2017 по 2020 год темп прироста поголовья удвоился, по сравнению предыдущим трехлетним периодом — 12 млн против 6 млн. Во-вторых, мы наблюдаем устойчивый тренд на более ответственное отношение к животным, люди воспринимают их как близких друзей и членов семьи. А члена семьи ты водишь к врачу не только когда что-то случилось, но и для профилактики. Соответственно, мы увидели, что резко возрос спрос на оказание высококачественных технологичных ветеринарных услуг.

Спрос на такие услуги превышает предложение. В России сегодня достаточно много клиник «первого мнения», куда ты приходишь с питомцем для чипирования, вакцинации и других базовых процедур. Но в сегменте более сложных услуг сегодня, повторюсь, есть растущий спрос.

— Что из себя представляет ветеринарный рынок в России?

— Рынок активно развивается. Индустрия очень фрагментирована, у нас нет ни одной сети с федеральным покрытием, способной оказывать одинаково качественные услуги. Человек не может быть уверен, что ему окажут одинаковый уровень сервиса, если он возьмет питомца, например, в отпуск или бизнес-поездку. Второе — уровень подготовки специалистов. Когда мы выходили на рынок, то проводили большое количество интервью с экспертами индустрии. И оказалось, что одной из главных проблем является уровень подготовки ветеринаров для непродуктивных домашних животных. Потому что традиционно в Советском Союзе и в России ветеринарных врачей, в первую очередь, готовили для продуктивных животных, по простому — крупного рогатого скота.

Так что выпускники ветакадемий, согласно тому, что мы слышим, в большинстве своем не готовы сразу работать в ветеринарных клиниках с кошками или собаками — им нужно еще пройти достаточно большой путь, чтобы повысить уровень квалификации. Это особенно важно, если мы говорим о таких клиниках, как AniCura, где мы делаем упор на сложные ветеринарные процедуры и высокое качество. Поэтому запуская ветеринарное направление в России, мы делаем упор на качестве и образовании. Вместе с нашими партнерами, первым из которых является сеть «Белый Клык», мы будем реализовывать образовательные программы, знакомить врачей с европейскими практиками, интегрировать их в глобальное сообщество ветеринаров Mars Vet Health для непрерывного сотрудничества и обмена опытом. 

Мы заинтересованы в сотрудничестве с университетами и учебными центрами. Готовы принимать студентов на практики и обучать. Поэтому одной из первых крупных инициатив AniCura в России будет строительство большого — 3500 квадратных метров — многопрофильного ветеринарного центра, в задачи которого будет входить не только лечение домашних питомцев, но и образование студентов и ветеринарных врачей.

— Расскажите о ваших инициативах, связанных с бездомными животными.

— Это большая проблема, и не только в России. Мы в Mars хотим искоренить бездомность питомцев. У наших коллег несколько лет назад был проект с правительством Новой Зеландии. Он был направлен на так называемые «пустые гнезда» — семьи, у которых дети выросли и покинули дом. Мы предложили им через персонифицированные обращения взять питомца из приюта. Это привело к неожиданному результату: меньше, чем за год, все питомники опустели и животных из приютов в страну приходилось перевозить из Австралии, чтобы удовлетворить спрос.

— А что в России?

— Мы делает первые шаги. Одна из существующих проблем — у людей есть предрассудки о собаках из приютов. Их почему-то считают неспособными к дрессировке и больными, люди крайне неохотно берут их домой. Более того, многие при упоминании приюта представляют довольно депрессивную картину и не хотят соприкасаться с дополнительным источником негатива в жизни.

Pedigree, один из наших крупнейших брендов, поставил себе задачу развеять эти мифы и предложить широкой аудитории способы участия в улучшении жизни бездомных собак. Так родилась социальная кампания «Программа взаимной лояльности».

Мы обратились в приюты и фонды, провели фотосессию их собак и использовали их живые, яркие фото в соцсетях, баннерах и анонсах в сети Wi-Fi метро. Для тех, кто решился забрать собаку из приюта, мы создали подарочный набор заботы «Ты дома», содержащий продукты и сервисы, наиболее необходимые на первых этапах адаптации собаки из приюта: корма, бесплатные поездки с собакой на такси, ветеринарное страхование и индивидуальные тренировки с кинологом. Для аудитории, не имеющей возможности взять собаку, но способной помочь другими способами, мы провели акцию совместно с ритейлером «Лента», отправляя 5% с каждой покупки Pedigree на помощь собакам в приютах в виде корма. Мы нашли дом для почти 50 собак, но самое главное, что мы боремся со стигмой и разрушаем мифы о приютских собаках.

«Господи, благослови Milky Way»: о несладкой жизни основателей Mars

— Еще одна тема, которую с вами хотелось бы обсудить устойчивое развитие. В этом году Forbes составил первый рейтинг самых экологичных компаний, Mars в нем занял первое место. Действительно, мы посмотрели на ваши расходы на экологию и в отношении к выручке они сильно выше чем у ваших коллег из FMCG-сектора. Расскажите о вашем подходе к экологии.

— Mars — это семейный бизнес, которому уже больше 100 лет. Если бы компания себя вела по-другому, думаю, вряд ли бы она стала такой как сейчас. 

Мы были первой компанией в России, принявшей решение в далеком 2007 году не вывозить отходы на полигон. 14 лет назад было намного сложнее, поскольку инфраструктура в то время была куда менее развитой чем сейчас. И нам пришлось за 5-7 лет пройти путь, который другие страны проходили за 15-20 лет, и к 2015 году все наши заводы в России, равно как и в мире, перестали вывозить отходы на полигоны. Сегодня мы сортируем и перерабатываем до 90% отходов наших фабрик и офисов. У нас есть развитая сеть партнеров-переработчиков, которая дает нашим отходам вторую жизнь.

Практически вся масса отходов упаковки с предприятий идет во вторичную переработку. Все отходы кондитерского производства и зерна идут в производство корма для крупного рогатого скота. Часть органических отходов мы компостируем и получаем хорошие удобрения или грунт.

— Что еще?

— Мы за последние пять лет существенно нарастили производственные мощности, построив абсолютно новый завод в Ростовской области и расширив мощности других заводов. При этом мы на 9% сократили потребление воды, на 11% — потребление электроэнергии, на 17% — выбросы парникового газа.

В ближайшие три года мы хотим инвестировать 800 млн рублей в наш завод в подмосковных Лужниках. Деньги пойдут на строительство биофильтра для нейтрализации запахов. Он будет создан на основе технологии холодной плазмы, то есть воздух с ароматическими частицами будет проходить через область высокого электрического напряжения и расщепляться на CO2 и воду — абсолютно простые частицы, которые ничем не пахнут. Это позволит устранить запахи на заводе.

Однако в вопросах устойчивого развития мы не ограничиваемся производством. Например, ведем работу с поставщиками упаковки. В России с 2021 года мы перешли на полностью FSC-сертифицированную упаковку из бумаги и картона. Мы реализуем проекты, связанные с переработкой упаковки в рамках глобального обязательства о переходе в 2025 году на 100% подходящую для повторного использования, перерабатываемую или компостируемую упаковку. У нас есть ряд пилотных проектов, таких как создание полезных изделий из переработанного пластика, которые мы затем передаем в приюты для домашних животных. Это ведра, лопаты, тазы и даже подстилки. Мы объединяем усилия с партнерами из числа торговых сетей для реализации проектов по сбору и переработке упаковки. Например, с «Перекрестком» и «Собиратором».  

«Лучше меня никто не знает, как я бы хотел потратить свои деньги»: как миллиардер Александр Светаков собирается распорядиться капиталом

— Mars присоединился к международной инициативе The Climate Group по переходу на 100% возобновляемые источники энергии. Какие результаты в России? Это вообще возможно?

— Я думаю, что это реально при выполнении двух условий. Первое — должны быть созданы условия для того, чтобы появились производители возобновляемой энергии, и в нужном обеме. И второе — то, что мы называем «энергетический compliance». Когда мы закупаем «зеленую» энергию, мы хотим иметь рычаги, чтобы достоверно и однозначно определить, что закупаемый объём энергии был произведен на возобновляемых источниках и не был продан никому, кроме конкретного покупателя. Пока, к сожалению, нам ещё не удалось достигнуть второго условия. Поэтому и достижениями пока рано хвастать.

— «Зеленая» энергия как правило требует больших затрат.

— Я думаю, что многие производители и потребители будут готовы платить, чтобы энергия все-таки становилась всё больше и больше возобновляемой. Мы готовы чуть больше платить за ЗОЖ, готовы чуть больше платить за перерабатываемую упаковку, за возобновляемость, потому что мы хотим, чтобы наши дети жили на планете, которая досталась им в лучшем состоянии чем та, на которой мы сейчас живём. Это наш билет в будущее.