К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего броузера.
Рассылка Forbes
Самое важное о финансах, инвестициях, бизнесе и технологиях

Новости

 

Антон Мальков: «Россия ждала подобных сделок 25 лет»

Как «Тинькофф Инвестиции» меняют рынок IPO и pre-IPO, как прошли IPO СПБ Биржи, ЦИАН и группы «Ренессанс Страхование» и каких размещений ждать инвесторам в следующем году — в интервью руководителя управления по организации сделок на рынке капитала «Тинькофф Инвестиций» Антона Малькова.

В этом году «Тинькофф Инвестиции» занялись организацией IPO и размещением облигаций. Почему брокер пошел в эту сферу, как прошли первые размещения и что кардинально изменилось на российском рынке в последние два года, в нашем интервью рассказал руководитель управления по организации сделок на рынке капитала «Тинькофф Инвестиций» Антон Мальков. 

— Почему «Тинькофф», который вроде был всегда больше ориентирован на розничных клиентов, вдруг решил выйти на рынок капитала в качестве организатора сделок?

— Во-первых, потому что сделки на рынке капиталов — это сделки с высоким коэффициентом конвертации. Это самый высоко вероятностный бизнес.   

Во-вторых, потому что был такой запрос от клиентов. Наши корпоративные клиенты начали приходить и говорить нам: «Пожалуйста, можете нам организовать сделку?» Началось это с рынка облигаций, затем такие запросы пошли и для рынка акций. 

Этот запрос эволюционирует во времени. В рынке облигаций изначально у нас были компании категории В по международной шкале, а с моим выходом мы стали двигаться в сторону ВВ-категории. Кроме того, некоторые клиенты сперва пришли за размещением облигаций, а затем попросили и акциями заняться, или наоборот, или просто делают у нас несколько размещений. 

— Можете привести пример?

— Вся группа АФК. Весной и летом были размещения АФК «Система» и МТС Банка, затем был выпуск «Эталона». И в ноябре был выпуск облигаций ГК «Сегежа», а затем выпуск «Биннофарм Групп». То есть сам холдинг и плюс четыре выпуска «дочек». 

— Вы теперь плотно занимаетесь IPO, провели в этом году уже семь сделок. Расскажите, по каким принципам вы выбираете компании для размещения? 

— Мы смотрим на компании новой экономики, потому что это то, чего хочет рынок.

Все, с кем мы работали этой осенью, это все так или иначе про консьюмер, tech, финансы — на стыке этих трех точек. «Ренессанс Страхование» — компания, которая имеет существенную долю продаж онлайн. Softline, «Делимобиль», ЦИАН — тоже технари. СПБ Биржа — финансовые технари. 

Есть рынок, который хочет скорее такие компании, нежели представителей «старой» экономики. И, когда я говорю «рынок», я говорю про инвестора и институционального, и розничного. Они во многом смотрят в одну сторону. 

Поэтому сделки этого года и имеют крен в сторону консьюмеров в широком смысле этого слова, с высокой технологической составляющей. И в следующем году будет примерно так же.

— В IPO сейчас идет все больше массовых инвесторов. Вы не считаете, что это слишком рискованно для них? 

— Я не очень понимаю тезис о том, что это рискованная инвестиция. Хорошо, а Tesla —  не рискованные инвестиции? Или Virgin Galactic? Почему они менее рискованные, когда там волатильность высокая? Да, в IPO есть риск, связанный с тем, что нет цены, она появляется в ходе мероприятия и может быть волатильна. Но если посмотреть на российские IPO, например, это точно более стабильная история, чем многие американские бумаги. Это почти медицинский факт. 

— Это не дебют для вас, но тем не менее — как прошли размещения, столкнулись ли вы с проблемами? 

— «Ренессанс Страхование» осталась очень довольна размером сборов, тем, как мы продали кейс. Наша заявка была существенной в контексте всей книжки. Да и в целом акционеры были очень довольны работой, хвалили, было приятно. А это был наш дебют на базаре, как говорил Басилашвили в фильме «Вокзал для двоих». 

Что касается размещения СПБ Биржи, то это была сделка, которая разорвала шаблон. Есть мнение на рынке, что нельзя сделать такую большую сделку (компания привлекла $175 млн) в розничном формате. И есть второй страх у рынка, что если такая сделка происходит, то физики будут сливать бумаги и они станут суперволатильными. Но мы вообще не видим даже близко ни того, ни другого. Реакция рынка была отличной, и, мне кажется, эта сделка задает тон всему рынку на будущее. 

— Если говорить о размещении ЦИАН, были противоречивые отзывы. Что было особенного в нем? 

— Да, мы специально по запросу компании разработали IT-решение. Мы позволили отдельно учитывать определенные категории инвесторов, а именно партнеров и сотрудников компании. И мы сделали так, чтобы за их участием можно было бы следить в режиме реального времени.

Я, кстати, очень доволен результатом размещения, хотя я человек требовательный и критичный, особенно в отношении собственной деятельности. Я доволен тем, чего мы добились, и, мне кажется, компания тоже.

— Это все про российские компании. А на иностранный рынок IPO вы планируете выходить?

— Да, потому что наши клиенты хотят поучаствовать и в зарубежных размещениях. Мы сейчас активно собираем заявки на IPO Nubank — это бразильский необанк, крупнейший в мире по количеству клиентов. Он планирует разместить акции на Нью-Йоркской фондовой бирже и бразильские депозитарные расписки на бирже Бразилии. Мы ожидаем, что акции Nu будут сразу торговаться на СПБ Бирже, поэтому предлагаем их широкому кругу инвесторов. Мы не гарантируем, что получится сделать 100%-ную аллокацию, как это было с Robinhood, но выступить достойно мы планируем. 

— Какие IPO планируете на следующий год? 

— Диалог идет со всеми ключевыми кандидатами. Имена я не готов называть — наш бизнес, как известно, любит тишину. Но могу сказать, что некоторые из этих имен фигурировали в размещениях на этот год и что есть еще несколько новых имен. Мы со всеми плотно говорим. 

По количеству: в этом году было запланировано 11 сделок, из которых закрылось семь. Соответственно, если сравнивать яблоки с яблоками, то где-то шесть-семь размещений — правильная цифра и на следующий год. Но пока сложно говорить о количестве, это все живые дискуссии. Запрос есть, теперь надо его обрабатывать. 

— Насколько мне известно, инвесторы активно интересуются pre-IPO. Вы предоставляете доступ?

— На pre-IPO, как и на IPO, есть запрос от клиента, но на этот раз от премиального клиента. Поэтому, начиная с лета, мы такую возможность стали предоставлять. Мы закрыли три сделки, сейчас закрываем четвертую. 

— Что это за компании? 

— Мы не раскрываем публично их названия, хотя активные пользователи приложения Тинькофф Инвестиций их, конечно, видели. Могу сказать, что все американские. Одна из них уже стала публичной. Еще несколько станут публичными на горизонте в несколько лет. 

— А почему названия не раскрываете? 

— Рынок очень конкурентный, и на нем есть старая добрая традиция смотреть, что там за забором у соседа происходит и, исходя из этого, планировать свои действия. Не хочется коллегам по цеху облегчать жизнь. 

— Как вы выбираете компании, которые предлагаете клиентам для инвестиций в pre-IPO? 

— Мы отталкиваемся от клиентского интереса, а клиенты интересуются в первую очередь американскими технологическими компаниями. Мы смотрим и на другие страны, но там сложнее, потому что процедуры покупки другие. 

Вообще мы сейчас работаем с партнерами, но хотим создать собственную структуру для работы с pre-IPO. 

— А что это за структура, зачем она нужна? 

— Смотрите, в pre-IPO инвестор не может напрямую инвестировать в компанию, он это делает через какой-то инструмент. Приведу пример. На Кипре может быть зарегистрирован RAIF — Reserved Alternative Investment Fund. В этом фонде можно создать ячейку под инвестицию в непубличную компанию, а затем под эту ячейку выпустить акции для физлиц. То есть в итоге клиент — физическое лицо, — инвестировавший в pre-IPO, будет держать акции кипрского RAIF, который в свою очередь владеет акциями какой-то непубличной американской компании. 

Мы хотим, чтобы акциями непубличной компании владела наша структура, а не внешняя. И сейчас думаем, как лучше это организовать, какие юрисдикции и структуры использовать.

— А что это даст вашим клиентам? 

— Мы хотим максимизировать комфорт для клиента, чтобы он владел инвестицией не через мутные схемы, как иногда на рынке бывает, а чтобы он имел понятный актив, привязанный к другому понятному активу, и у него была максимальная гибкость в принятии решений здесь и сейчас. И чтобы это была комфортная юрисдикция с точки зрения риска, конечно. Там много факторов, и мы сейчас пытаемся найти максимально клиентоориентированное решение.

— Какие тематики, сферы экономики сейчас наиболее популярны в pre-IPO?

— Космос, IT-решения, но очень разные: кто-то анализирует информацию, кто-то предлагает SaaS-решения. В любом случае это IT с приложением в разных аспектах человеческой жизни. Большой интерес есть к историям, связанным с нео-банками и платежными системами. 

— «Тинькофф» — это всегда инновации. Будет ли что-то новое на рынках капитала в России? Какие процессы нужно поменять или дигитализировать?

— Вообще мы хотим создать сегмент рынка с retail-driven сделками. Что это значит? Бедой российского рынка долгие годы было то, что у нас не было внутреннего инвестора. Например, в США или Великобритании есть внутренний покупатель, который на фондовом рынке уже больше 200 лет и который держит этот рынок. А в России держателями акций в свободном обращении были в основном иностранцы — отсюда, кстати, и волатильность. Ветер подул — все начали сливать, ветер перестал дуть — все обратно пошли на рынок. 

У нас эта проблема много лет не решалась, но в последние несколько лет на рынок пришли розничные инвесторы, и у нас появился внутренний магнит, которого так долго не хватало. И хорошие, но не крупные компании сегодня могут стать бенефициарами этой ситуации. Раньше они могли взять деньги только через private equity. А теперь у них есть розничный инвестор, и это очень круто. Мы хотим такие истории продвигать. Россия ждала подобных сделок 25 лет, и это происходит прямо на наших глазах. 

— Но у нас же все равно розничных инвесторов немного, если сравнивать с тем же рынком США. 

— Да, но этого было достаточно, чтобы сделать на размещении СПБ Биржи не $150 млн, а $175 млн и чтобы обеспечить динамику, которую мы видим на экране. 

— Вы будете что-то менять в коммуникациях с инвесторами на рынке капитала? 

— Да, мы уже это делаем. Мы тестируем проект, в рамках которого мы предлагаем компаниям заводить официальные каналы в нашей соцсети для инвесторов «Пульс», чтобы там более тесно коммуницировать с аудиторией. У соцсети свыше 1,6 млн активных пользователей, и корпорации хотят общаться с этой аудиторией напрямую. 

В рамках этого направления  мы думаем над линейкой разных продуктов. Например, кто-то хочет канал, но у него нет человека, который бы этот канал вел и развивал. Либо человек есть, но у него недостаточно опыта. Мы можем помочь решить эту проблему и найти человека на аутсорс. 

Рассылка:

Наименование издания: forbes.ru

Cетевое издание «forbes.ru» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации: серия Эл № ФС77-82431 от 23 декабря 2021 г.

Адрес редакции, издателя: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Адрес редакции: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Главный редактор: Мазурин Николай Дмитриевич

Адрес электронной почты редакции: press-release@forbes.ru

Номер телефона редакции: +7 (495) 565-32-06
Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции. Товарный знак Forbes является исключительной собственностью Forbes Media LLC. Все права защищены.
AO «АС Рус Медиа» · 2022
16+