Автоматизация права: какие возможности пандемия открыла для LegalTech

Почти каждая вторая компания в России в 2020 году обзавелась цифровым роботом — к такому выводу пришла компания Deloitte в результате недавнего исследования. Объем российского рынка LegalTech оценивается в $2 млрд. Перспективы внушительны: по оценкам экспертов, проникновение высоких технологий в сегмент пока не превышает 15%. Развитию способствует, с одной стороны, жесткий экономический стимул, с другой — доступный инструментарий, разработки в области искусственного интеллекта. О том, как технические инновации влияют на правовой сервис и экспертизу, рассказывает управляющий партнер юридической практики Deloitte Legal в СНГ Анна Костыра.

Как пандемия повлияла на российский рынок юридических услуг?

В лучшем случае по итогам года рынок юридических услуг не досчитается пятой части выручки по сравнению с объемом 2019 года. По прогнозам Центробанка, восстановления стоит ждать — не ранее 2022 года. Восстановление юридического рынка не сильно по своей специфике отличается от любого иного рынка услуг. Сотрудники фирм сообщают о снижении количества заказов, просьбах о рассрочке, скидках со стороны клиентов, задержках выплат за оказанные услуги. Многие компании отказались от расширения бизнеса и найма новых сотрудников.

В то же время перевод сотрудников на удаленную работу, повышение требований клиентов к консультантам и усиление конкуренции подстегнули развитие сферы LegalTech. Этот инструмент поможет рынку восстановиться. Традиционные модели оказания юридических услуг и расчетов за работу уступают место более технологичным подходам. Клиенты все чаще переходят на абонентское обслуживание, отказываясь от привычной схемы «периодическое обращение к консультантам + собственный юридический департамент».

Какие пути восстановления рынка вы видите? Какую роль в этом может сыграть LegalTech?

Компании направляют все усилия на сохранение выручки. Главная задача — привлечь и удержать клиентов в условиях обострившейся конкуренции и борьбы за платежеспособных потребителей. На мой взгляд, фирмам следует перестроить свою деятельность, предложить новые услуги и инструменты, которые помогут клиентам работать эффективнее. Неспроста в обиход вошел специальный термин «вынужденная диджитализация». Причем кризис только подтолкнул естественный процесс.

LegalTech сыграет двойную роль: позволит поставщикам юридических услуг оптимизировать внутренние процессы, в том числе за счет автоматизации, и сократить расходы, а также предложить новые решения клиентам. Простой пример: в развитие LegalTech очень активно вкладываются крупные мобильные операторы. Мегафон и МТС уже представили несколько продуктов на основе искусственного интеллекта.

Самые популярные юридические услуги в России — разрешение споров, корпоративное право и обслуживание слияний и поглощений. Насколько реально их оцифровать? И какие еще направления может охватить LegalTech?

Вполне реально. Перечисленные вами услуги относятся к наиболее дорогим. Потребитель всегда стремится найти им альтернативу. Разработчики выбирают наиболее востребованные услуги и определяют, возможно ли технически перевести ее в «цифру». Если препятствий нет, специалисты создают альтернативный, более доступный по цене юридический продукт. Аналитики говорят о росте спроса на услуги в области банкротства, где часть операций строго формализована и поддается автоматизации. Думаю, в ближайшее время такие решения появятся. Еще одно перспективное направление — автоматизация процесса разрешения споров между участниками ДТП. У юридических технологий также есть перспективы расширения применения в области обработки персональных данных и интеллектуальной собственности.

В целом на какие изменения в сфере LegalTech сейчас стоит ориентироваться?

Во-первых, мы увидели, что роботизация бизнес-процессов (Robotic Process Automation,RPA) стала рядовым явлением и в государственных структурах, и в бизнесе. Технология позволяет снижать затраты на производственные процессы и сокращать издержки, в том числе транзакционные, помогает организовать подготовку, подписание, сбор информации в «зоопарках» информационных систем, сформировать отчетность, возложить на робота выполнение рутинных задач. Здесь важно помнить, что внедрять роботизацию нужно только после тщательного анализа процессов. К сожалению, анализу юридических процессов традиционно уделялось меньше внимания, чем бухгалтерским или налоговым. Если вы пренебрегли этим важным этапом подготовки, то сложно и неэффективно переходить к этапу внедрения роботизации. Данная ошибка будет тянуть за собой целую цепочку иных барьеров ко внедрению роботизации – сложность подсчета экономического эффекта от внедрения робота, сложность осуществления внутренней продажи.

Во-вторых, государство постепенно превращается в крупнейшего потребителя решений в области LegalTech. Среди российских государственных органов лидером является Федеральная налоговая служба, где внедрен электронный документооборот и автоматизирована работа с отчетностью. На втором месте — антимонопольная служба, где в период самоизоляции проходили онлайн-заседания. Кроме того, ФАС России активно использует предиктивные технологии для выявления нарушений и борьбы с ними. Третье место у Роспатента, который оперативно перестроил процесс обработки поступающих заявлений. К сожалению, суды пока значительно отстают в части использования LegalTech.

В третьих, после перехода сотрудников юридических фирм на удаленную работу возросла потребность в пристальном отслеживании их занятости. Нужны программы, которые учитывают не только время, затраченное юристом на тот или иной проект, но также сложность задач и KPI. Здесь на помощь может прийти адаптация уже используемых компаниями технологических решений, изначально не предназначенных для юристов.

Мы ожидаем роста спроса на упрощение юридической документации. Все популярнее станет Legal Design — перевод сложных для восприятия документов с юридического языка на «человеческий». С помощью этого инструмента акты и законопроекты можно превращать в инфографику и даже в комиксы. Мы также видим потребность в понятном, структурированном законодательстве, в создании единого глоссария законодательных формулировок. Использование стандартных определений позволит «собирать» нормативные акты, как конструктор Lego, — быстро и качественно.