К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего браузера.

Ольга Волкова, «Газпромбанк Автолизинг»: «Бизнес еще не проснулся»

Ольга Волкова, заместитель директора департамента продаж компании «Газпромбанк Автолизинг», слушатель программы Executive MBA Школы бизнеса «Синергия» (Фото DR)
Ольга Волкова, заместитель директора департамента продаж компании «Газпромбанк Автолизинг», слушатель программы Executive MBA Школы бизнеса «Синергия» (Фото DR)
О динамике российского рынка автолизинга Forbes Club рассказывает заместитель директора департамента продаж компании «Газпромбанк Автолизинг», слушатель программы Executive MBA Школы бизнеса «Синергия» Ольга Волкова

— По данным «Эксперт РА», по итогам 2025 года рынок лизинга в розничном сегменте снизился на 38%, а корпоративные сегменты просели на 47%. Итоги первого квартала 2026 года демонстрируют постепенное восстановление рынка. Как оценивает рынок «Газпромбанк Автолизинг»? С какими факторами вы связываете падение рынка?

— По нашим данным, в первом квартале 2026 года на российском рынке удалось продать в лизинг более 62 000 единиц новой и подержанной техники (без учета спецтехники). Для сравнения: в первом квартале прошлого года было реализовано 66 000 единиц. Общая рыночная динамика — минус 6,6%. При этом спрос постепенно восстанавливается. Ключевая ставка снижается (с 21% в ноябре 2024 года до 14,5% в июне 2026 года. — Forbes Club), но она пока еще точно не дошла до того уровня, чтобы бизнес «проснулся».

Интересно, что тренды разнонаправлены: продажи новых машин в лизинг за первый квартал этого года показали спад на 15%, в то время как техника с пробегом выросла на 13%. Драйвером роста остается легковой сегмент — плюс 8%. В грузовом сегменте продолжается спад.

 

Результат нашей компании подтверждает общерыночные тенденции. Выдачи в легковом сегменте автолизинга растут, как и  доля продаж техники с пробегом, в том числе из собственного автопарка.

— Недавно завершился сезон посевных работ, предстоит ухаживать за урожаем, а после его собирать. Как обстоят дела со спросом на сельхозтехнику?

— Так же, как и на всю грузовую специализированную технику, в целом — падает. Пока мы восстановления в этом направлении не видим. Аналитики полагают, что роста не будет до конца года. В этом сегменте вообще обычно довольно медленно идет восстановление спроса.

Тот небольшой спрос, что есть на рынке, направлен на сегмент техники, бывшей в употреблении. Но это связано с ценовой политикой: вторичная техника просто дешевле.

— Вы уже отмечали, что нынешний уровень ключевой ставки недостаточен, чтобы «бизнес проснулся». Какой должна быть ключевая ставка в России, чтобы компании начали активно брать технику в лизинг? 

— Ниже 12%. В нашем базовом сценарии мы ожидаем снижение ключевой ставки до 13,5% к концу этого года. В оптимистичном сценарии она опустится до 12%. В пессимистичном — до 14%.

— Какие еще факторы, помимо ключевой ставки, влияют на спрос?

— Утильсбор. Он несколько раз индексировался. Также большое влияние оказало изменение налоговой политики, включая повышение НДС.  Есть три ключевых фактора, влияющих на спрос техники наших клиентов и, как следствие, на лизинг: утильсбор, налоговая политика и ключевая ставка. Все три фактора одновременно повлияли на снижение спроса и, в том числе, среднего чека, снижение срока договора, рост доли изъятой техники.

 

Но особенно сильно ситуация повлияла на малый и средний бизнес. В портфеле увеличилось количество клиентов, которые не могут стабильно вносить лизинговые платежи. У многих компаний задержки платежей связаны с несвоевременной оплатой их контрагентов.

В этих условиях мы пересмотрели подход к оценке клиентов. Она стала многофакторной. Теперь мы  принимаем решение исходя не только из оценки самого транспортного средства, но прежде всего финансовой устойчивости клиента: рассматриваем портфель кредитов заемщика, смотрим на динамику показателей в его балансе и даем прогноз, сможет ли он в долгосрочной перспективе обслуживать свои долги.

Во всех лизинговых компаниях ситуация с изъятой техникой на сегодня примерно одинаковая. Несмотря на то, что многие игроки научились работать с ней работать и продавать, изъятия все еще продолжаются. Крупные игроки при этом вышли на плато, то есть продажи и изъятия техники на сегодня у большинства игроков сопоставимы.

— Какова доля изъятой техники в лизинговых продажах?

В нашей компании по итогам первого квартала  треть всей профинансированной техники пришлось на транспорт с пробегом. В свою очередь из этого объема более трети пришлось на реализацию изъятой техники из собственного автопарка компании.  Это много. Рынок поменялся, а лизинговые компании перестали предоставлять только услуги финансовой аренды (лизинга), став еще и поставщиками техники. По факту нам пришлось осваивать новое для себя направление. И здесь мне, конечно,  помогло дополнительное образование.

 

— Как именно дополнительное образование повлияло на вас?

— Я — слушатель программы Executive MBA Школы бизнеса «Синергия». Я еще учусь — впереди год «за партой». Но несмотря на это, я смогла расширить стратегическое видение бизнес-процессов и в хорошем смысле делегировать задачи. Это помогло мне реализовать крупный проект, в рамках которого в компании был выстроен  процесс реализации  изъятой техники — от формирования команды до  сбора данных со стоянок техники и цифровизации стока, построения системы оценки транспорта и рыночного ценообразования, запуска специализированных хабов и транслирования опыта в регионы. Компания вложилась  в логистику, предпродажную подготовку, работа велась напрямую с покупателями — юридическими и физическими лицами,  а  конкурировать пришлось не только с другими лизинговыми компаниями, но и с дилерами (прежде всего в сегменте грузовой техники).

Я достаточно успешно реализовала этот проект, защитила его перед руководством. Это повлияло на мое профессиональное развитие и помогло впоследствии получить повышение. Позже я заняла должность заместителя директора департамента продаж «Газпромбанк Автолизинг».

— Почему вы пошли учиться? Что намеревались получить от учебы? 

— В лизинге я работаю уже более 10 лет. До этого трудилась в банковской сфере. Когда я подавала документы в школу, я понимала, что мне не хватало стратегического видения и компетенций для перехода на следующую должность. Также было интересно, как коллеги из более масштабных компаний выстраивают бизнес-процессы. На моем потоке — предприниматели и топ-менеджеры из разных отраслей: финансовой сферы, ретейла, производства, фармацевтики... Они делятся своим опытом работы. Мы разбираем конкретные кейсы, проблемы бизнеса. Это помогает мне системно структурировать знания и опыт, объемнее смотреть на бизнес. Уверена, именно за счет этого у меня получилось удержать результаты в основной деятельности и параллельно вести крупный проект.

— Учеба в Школе бизнеса «Синергия» очевидно говорит о том, что вы стремитесь развиваться в профессиональном плане. Какие еще качества, на ваш взгляд, позволяют вам расти в карьерном плане?

— Родители еще со школы приучали меня нести ответственность за результат моих действий: не просто иди и учись, а пойми, для чего тебе это надо? Что это даст? И бери ответственность за свою жизнь. 

Если выделять три главных качества, я бы выделила системность, бесстрашие в принятии ответственности и умение видеть результат на шаг вперед. Я всегда говорю «Да» новым проектам. Руководство и компания это знают и ценят. Многие ждут, что им выдадут повышение за выслугу лет. Я же несу ответственность за результат,  всегда беру задачи сверх своего функционала и делаю работу на совесть.

Во время учебы в «Синергии» я поняла, насколько важно не замыкаться в своей нише, а понимать,  как работает смежный бизнес.

— Есть ли какие-то гендерные ограничения в карьере в банковской и лизинговой сферах, на ваш взгляд?

— Прямых юридических ограничений точно нет. Но негласные, по моему мнению, есть. Автолизинг традиционно считается мужской профессией: габаритная техника, большинство водителей — мужчины, большинство клиентов — мужчины старше 40 лет. Я хорошо помню свои встречи с клиентами. Их первой реакцией было удивление и прямой вопрос: «А мы точно с вами будем это обсуждать? А вы квалифицированы?». Для меня это стало вызовом. Я всю эту технику знала досконально как механик.

 

Но я поняла, что если женщина разбирается в характеристиках спецтехники, ценах и прочих нюансах, то гендер уходит на второй план. Скажу даже больше: женщины в лизинге чаще выигрывают в переговорах, потому что мы лучше просчитываем риски, не пытаемся конкурировать в переговорах, умеем внимательно выслушать и понять потребности клиента.

— А стереотипы о женщине исходили только от клиентов? Была ли предвзятость от коллег?

— Только косвенно. На первых совещаниях, когда я еще не заработала авторитет, мои идеи воспринимались со скепсисом. Я слышала от коллег-девушек, что о них думали шаблонами: ребенок заболеет — снизятся продажи, не сможет поехать в долгие командировки из-за семьи и т.д.

— В чем, по-вашему, карьерные преимущества женщин перед мужчинами?

— По эффективности все мои коллеги-женщины были успешнее мужчин на этой же должности. При этом некоторые из них успевали уйти в декрет и вернуться.

Сила женщин — в многофункциональности, скорости. Женщины, как правило, имеют сразу несколько планов на разные случаи жизни. Так устроено природой: мы должны держать в фокусе и семью, и работу, и бытовые задачи.

Еще одно достоинство женщин — высокая клиентоориентированность. Женский подход мягче. Поэтому женщины эффективнее могут удерживать клиента сервисом, а не только ценой.

— А в чем преимущества мужчин в карьерном плане?

— Их очень много. Для меня ключевой плюс мужчин в том, что у них особенно сильно развита конкуренция между собой. Для мужчин конечная оценка их работы — это результат. Такой подход, в отличие от женского, дает результат быстрее и масштабнее.

Второе — у мужчин меньшая эмоциональность. Это может быть и плюсом. Их эмоции не отвлекают от результата. Мужчины увидели задачу, разложили по процессам и начали их выполнять. За счет этого мужчины тратят меньше времени на подготовку.

— Как женщине сохранять баланс между семьей и работой?

— Я не выбираю между карьерой и семьей. Для меня и карьера, и семья — это одна жизнь. Важно выстроить такую модель, где я смогу реализоваться и в качестве матери, и в качестве  профессионала, не чувствуя вины за другой аспект. Поэтому я не хожу на все родительские собрания, но держу фокус на важных для нас предметах, оплачиваю репетитора.

У меня дочь-подросток. Ей уже не нужно большое количество моего внимания, но важно, чтобы я была доступна по-настоящему в ключевые моменты: когда проходят экзамены, наступает первая любовь, происходит выбор профессии. Я обязательно уделяю один качественный день для общения с дочкой. Так я компенсирую свою недельную загруженность в одном качественном дне, который посвящен только ей.

 

За домашний быт отвечаю не я одна. У меня есть помощники. Это сильно высвобождает время и является инвестицией в мое ментальное здоровье. Я давно сняла задачу с себя.

— Говорят, что за каждым успешным мужчиной стоит сильная женщина. Работает ли этот принцип в обратную сторону?

— Сто процентов — да! За моим успехом стоит мой папа. Он меня поддерживает на всем пути, при принятии любых решений. Он поддерживал меня, когда я решила начать работать в юном возрасте, поддержал в решении переехать в Москву из Чебоксар. Даже сейчас я чувствую крепкую семейную опору, где я могу быть настоящей, могу поделиться и где меня поддержат во время кризисных моментов.

Также меня поддерживает гражданский муж. Например, когда прихожу уставшей с работы, он обязательно крепко обнимет меня и приготовит чашечку вкусного кофе. Вроде мелочь, но это тоже очень сильно помогает.

В-третьих, меня поддерживает мой начальник. Он ни разу не сказал что-то из разряда: «Ой, это женская логика». Он всегда спокойно воспринимает мои доводы и защищает мои проекты.

Поэтому да, за успешной женщиной точно стоит успешный мужчина, который помогает и направляет. Который не боится сильной женщины.