К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего браузера.

Кирилл Назимко, Альфа-банк: «Предпринимателю нужен не банк, а поддержка бизнеса»

Директор по продажам малого и микробизнеса Альфа-банка Кирилл Назимко (Фото Ивана Куринного)
Директор по продажам малого и микробизнеса Альфа-банка Кирилл Назимко (Фото Ивана Куринного)
О динамике в секторе малого бизнеса, драйверах развития, системных переменах в запросах небольших компаний и поддержке предпринимательства Forbes Club рассказывает директор по продажам малого и микробизнеса Альфа-банка Кирилл Назимко

— Какова динамика в секторе малого бизнеса в России?

— На рынке происходят очень большие изменения. Количество предпринимателей малого и среднего бизнеса в стране постепенно растет. Но внутри этого процесса есть разнонаправленные тренды. Число юридических лиц, таких как ООО, заметно сокращается, а число индивидуальных предпринимателей и самозанятых (с открытием юрлица или без) растет. Семь из десяти субъектов малого бизнеса в России сегодня — это ИП. За последние полтора года число юридических лиц в секторе МСП сократилось на 5,2 %, тогда как количество индивидуальных предпринимателей выросло на 7,8 %.

Для банка эти процессы имеют очень важное значение. В ООО есть главный бухгалтер, может быть, финансовый директор, другие сотрудники. В ИП ситуация иная — там владелец бизнеса может заниматься и продажами, и бухгалтерией, и производством. Чем меньше компания, тем меньше у нее ресурсов на развитие собственной инфраструктуры. В результате со стороны ИП есть спрос на комплексную поддержку бизнеса.

— Что это означает для вас как для банка?

— Я бы сказал, что в 2026 году малому бизнесу от банка нужно все меньше банка. На первый взгляд, эта фраза звучит парадоксально. Но предпринимателю действительно все реже нужен банковский продукт сам по себе. Ему нужен не кредит — нужно финансирование роста бизнеса. Он хочет не эквайринг, а удобную систему приема платежей за товары и услуги. Не депозит, а доход от временно свободных денег. Не расчетный счет, а управление денежными потоками бизнеса.

 

Поэтому мы развиваем банковские и небанковские сервисы. Сегодня недостаточно предоставить клиенту хорошую бухгалтерию. Мы считаем, что должны помочь ему закрыть вопросы рисков, безопасности, логистики, поиска бизнес-партнеров, оценки кандидатов и так далее. Мы построили много сервисов, с помощью которых индивидуальный предприниматель может решать операционные задачи и снизить административную нагрузку. Созданная нами система очень сильно отличается от модели, которая существовала в банках еще пять лет назад.

— Чем вы объясняете рост индивидуального предпринимательства в стране?

— Моя версия состоит в том, что есть несколько драйверов развития экономики. Один из них — развитие внутреннего туризма. В Новосибирской области, по данным СПАРК, зарегистрировано 110 тыс. юридических лиц, в Краснодарском крае — 320 тыс. Туризм стимулирует развитие гостиничного сектора, ресторанов. В регионах с высоким туристическим потоком появляются музеи. Краснодарский край — самый яркий пример, но аналогичные процессы мы видим в Москве, Санкт-Петербурге, Калининграде, на Алтае.

 

Помимо туризма, малое предпринимательство растет в таких секторах, как информационные технологии, здравоохранение, обрабатывающая промышленность. Развитие малого предпринимательства — это ответ на растущий спрос в экономике страны. По сути, новый малый бизнес постепенно движется от простой торговли к бизнесу компетенций.

— Как меняются обороты малого бизнеса?

— Рост оборота больше не равен росту бизнеса. В течение многих лет одним из главных показателей развития бизнеса был именно оборот. Но сегодня одной выручки недостаточно. Компания может увеличить продажи на 10–15 %, одновременно столкнувшись с ростом фонда оплаты труда, логистики, стоимости привлечения клиентов, и в итоге уйти в ноль или даже в убыток.

Стоимость ошибки для небольшой компании значительно выше, чем для крупной. Поэтому внимание предпринимателя сейчас смещается с оборота на качество экономики бизнеса. А это прежде всего маржинальность, производительность, стоимость привлечения клиента, денежный поток, управление остатками, скорость оборачиваемости капитала.

Директор по продажам малого и микробизнеса Альфа-банка Кирилл Назимко (Фото Ивана Куринного)

— Что может предложить Альфа-банк малому бизнесу в ответ на этот вызов?

— ИИ становится инструментом повышения производительности. В 2026 году искусственный интеллект — самая востребованная тема обучения среди российских предпринимателей. Мы это видим в том числе по спросу на нашей обучающей платформе «Альфа-Курс». Следом идут маркетинг и продажи, однако тема ИИ присутствует и в этих сферах: основной интерес бизнеса связан уже не просто с привлечением клиентов, а с эффективностью каналов, оптимизацией расходов и выстраиванием долгосрочных отношений с аудиторией. Это очень показательный сигнал.

ИИ интересен малому бизнесу не как технология сама по себе. Владельцу бизнеса интересно, какую часть работы технология способна выполнить вместо него: подготовить контент, проанализировать продажи, автоматизировать коммуникации, помочь с документами, найти закономерности в данных, снять часть бухгалтерской или маркетинговой рутины. Для микробизнеса все это особенно важно. Технологии фактически начинают выравнивать возможности малого и крупного бизнеса. Инструменты, для которых раньше требовалась отдельная команда специалистов, постепенно становятся доступны компаниям из нескольких человек.

 

— Каким образом банк улавливает запросы малого бизнеса, о которых вы говорите?

— У банка для этого есть уникальный объем информации. Мы видим динамику оборотов, сезонность бизнеса, остатки, структуру платежей, изменение активности компании. Но для нас ценность этих данных не в том, чтобы на их основе сделать предпринимателю еще десять продуктовых предложений. Для нас важнее понимание, что сейчас происходит с его бизнесом. Растет ли компания быстрее рынка своей отрасли? Появляется ли у нее свободная ликвидность? Возникают ли кассовые разрывы? Увеличивается ли штат? Выходит ли компания на новые рынки? Меняется ли структура ее расходов? И самое главное — какое следующее действие будет полезно предпринимателю?

Я убежден, что не клиент должен разбираться в продуктах банка. Не предприниматель должен знать, как устроен банк, — напротив, банк должен понимать бизнес-сценарий клиента и собирать под него необходимое решение.

— Вы можете проиллюстрировать этот тезис на конкретных примерах?

— Если предприниматель открывает ресторан, у него нет задачи на начальном этапе подключить пять банковских продуктов. Ему необходимо запустить точку, обеспечить удобный для клиентов формат приема платежей, платить сотрудникам и поставщикам, управлять оборотными средствами и привлекать гостей.

Если предприниматель продает на маркетплейсах, у него совершенно другой набор задач: закупка товара, управление оборотным капиталом, комиссии площадок, продвижение, аналитика продаж, логистика. У производственной компании — третий сценарий.

  • Если компания быстро растет, помогаем финансировать рост.
  • Если на счетах регулярно появляется свободная ликвидность, предлагаем эффективный способ размещения этих средств.
  • Если увеличивается штат, разворачиваем зарплатные и HR-решения для сотрудников.
  • Если бизнес меняет модель продаж, обеспечиваем соответствующую платежную инфраструктуру.
  • Если отрасль клиента испытывает давление, учитываем это обстоятельство в работе с ним.

Таким образом, от вопроса «Какой продукт предложить этому клиенту?» мы перешли к вопросам «Что сейчас происходит с бизнесом нашего клиента и чем мы можем ему помочь?».

— В результате два предпринимателя видят в банковском интерфейсе два разных меню?

— Точнее, разные ингредиенты. Наша задача — не увеличивать поток предложений клиенту, а, наоборот, сокращать количество нерелевантных предложений и повышать точность каждого взаимодействия. Это переход от продажи продукта к пониманию задачи предпринимателя. В перспективе, я считаю, именно здесь находится один из самых больших резервов совершенствования банковского обслуживания малого бизнеса.

Как я уже говорил, число микропредприятий растет. При этом усиливается значение технологий и профессиональной экспертизы. Предприниматель сегодня более чувствителен к эффективности и производительности. Поэтому конкуренция банков за его внимание в ближайшие годы будет все меньше привязана к количеству продуктов и функций мобильного приложения, поскольку базовые финансовые сервисы постепенно выравниваются.

Настоящая конкуренция перемещается в другое пространство — важными становятся понимание бизнеса клиента и своевременная помощь. Выиграет тот, кто сможет соединить данные, отраслевую экспертизу, технологии и человеческое взаимодействие так, чтобы предприниматель получал не очередное банковское предложение, а готовое решение текущей задачи в момент ее возникновения.

 

— Насколько практика, о которой вы рассказали, отражает мировые тенденции? Как зарубежные банки работают с малым бизнесом?

— Западные необанки для малого и среднего бизнеса построены иначе — это узкий финансовый продукт, который опирается на чужое программное обеспечение. К примеру, в ЕС один из банков, у которого 600 000 клиентов, успешно развивает сервис с многоролевым доступом и 100+ бухгалтерских интеграций (бухгалтерская интеграция в банкинге — это прямая цифровая связь между расчетным счетом компании в банке и ее бухгалтерской или учетной программой. — Forbes Club), но у него нет ни кредитных линий, ни займов, а только лицензия платежного института — не банка. Есть и другие кейсы, когда банки следуют модели «чистого банкинга» и подключают внешние облачные платформы для ведения бухгалтерского и управленческого учета.

Российская модель противоположная: банк, бухгалтерия, юридическая и маркетинговая поддержки, тендеры и кредиты находятся в одном контуре. Я считаю эту ставку верной, потому что у нашего клиента нет ни бюджета, ни времени собирать себе стек из пяти подписок.

При этом есть направление, где западные игроки нас сейчас опережают, и делать вид, что это не так, бессмысленно. За рубежом есть примеры агентов, которые оплачивают счета, выпускают карты и разбирают транзакции по запросу, сформулированному простыми словами. В конце августа один из зарубежных банков запустил ассистента, который по просьбе владельца сам рассчитывает долю выручки под НДС, переводит ее на отдельный счет и проверяет входящие счета на признаки мошенничества. Это уже не подсказка — это выполненное действие.

«Золотой стандарт будущего» для всего рынка складывается из двух вещей. Первая — переход от ИИ-чата к ИИ-действию: заполнить форму, проверить документ, отложить деньги для уплаты налога, поймать подозрительный счет до оплаты.

Вторая — персонализация информирования. Универсальная рассылка про изменения в законодательстве — это не сервис. Сервис — это когда бизнес узнает, что конкретно у него через два месяца заканчивается лимит выручки, что это значит в рублях и какие три действия доступны прямо сейчас.

 

Мы обслуживаем более 2 млн клиентов малого и микробизнеса, и по этой базе хорошо видно: выигрывает не тот банк, у которого больше функций, а тот, у клиентов которого меньше поводов открыть другое приложение.

Первое место в рейтинге Markswebb у приложения Альфа-банка — это, конечно же, приятный результат. Но по-настоящему важно только одно — сколько часов в неделю предприниматель тратит не на администрирование, а на свое дело.