Пауза в межсезонье: зачем в Китае вводят дополнительные школьные каникулы

В 2026 году школьники многих провинций Китая получили дополнительные дни для отдыха: правительство призвало регионы ввести в календарь весенние и осенние каникулы. Теперь китайским родителям придется впервые озадачиться вопросом, как организовать досуг ребенка в непривычное время.

Знакомые россиянам каникулы между четвертями в Китае до сих пор не являлись общей нормой. Школьники отдыхали зимой во время празднования Нового года и летом после окончания учебы. Каникулы в межсезонье — так называемые каникулы в страдную пору — были только у сельских детей в 1970–1980-е годы. Дети делали перерыв в учебе, чтобы помогать родителям в пик сельхозработ — во время посевной и сбора урожая.

Новые весенние и осенние каникулы предусмотрены для учащихся начальных и младших классов среднего звена и вводятся по решению местных властей. Сама инициатива, однако, исходит из центра. В марте 2025 года Канцелярии ЦК КПК и Госсовета КНР опубликовали «План специальных мер по стимулированию потребления», в котором в связи с гарантиями отдыха для трудящихся среди прочего предлагалось ввести дополнительные каникулы в школах. Этот список нововведений был продублирован в межведомственном документе «Некоторые меры по расширению потребления услуг», опубликованном Министерством коммерции КНР осенью 2025 года, а затем в отчете правительства о проделанной работе за 2025 год, обнародованном весной 2026-го.

Примечательно, что вопрос школьных каникул, который, казалось бы, в большей степени связан с образованием, продвигается Министерством коммерции в контексте программ социально-экономического развития и стимулирования внутреннего спроса — ключевой задачи китайской экономики.

В последнее десятилетие Китай стремится перейти к новой модели развития за счет внедрения высокотехнологичных производств и интенсификации потребления. Приоритеты правительства — поддержание городской экономики, торговли и туристической отрасли. С этой точки зрения дополнительные каникулярные дни — время, которое неизбежно повлечет за собой новые расходы родителей.

Экономическое значение межсезонных каникул подчеркивается и практикой их организации. Как следует из правительственных документов, решение о весеннем и осеннем отдыхе школьников принимается исходя из социально-экономической ситуации в регионе. В 2025–2026 годах дополнительные каникулы ввели в развитых восточных и юго-западных регионах: провинциях Чжэцзян, Цзянсу, Сычуань, а также в отдельных городах провинций Гуандун и Хубэй.

Длительность новых каникул невелика, всего два-три дня. Однако их стараются приурочить к национальным выходным, например ко дню поминовения предков (Цинмин) в апреле, чтобы увеличить общее число нерабочих дней и создать больше возможностей для семейного отдыха, в частности совместных туристических поездок.

Как показывают отчеты туроператоров, в постпандемийную эпоху китайцы предпочитают совершать непродолжительные поездки по стране, отправляясь в них небольшими компаниями, часто — семьей. Как и «Золотые недели» во время празднования Дня образования КНР в октябре и китайского Нового года (он же Праздник весны) в конце января — феврале, длительные выходные используются для знакомства с соседними регионами. Дополнительные каникулярные дни позволяют не только продлить поездку, но и более гибко ее спланировать, избежав дат пиковой нагрузки на транспортную систему.

Экономический эффект от введения дополнительных каникулярных дней можно будет оценить уже в этом году. Но и сейчас понятно, что выходные, приуроченные ко дню Цинмин, могут превратиться в «малую золотую неделю»: количество бронирований туристических поездок из городов, в которых ввели весенние каникулы, возросло в полтора-два раза. Особым спросом пользуются турпродукты, ориентированные на семьи с детьми. Новые каникулы закрепляют потребительские привычки китайцев молодого и среднего возраста, в представлении которых путешествие становится желанным способом организации отпуска.

Стоит упомянуть еще одну цель введения межсезонных каникул, обусловленную логикой образовательных реформ. Начиная с 2021 года китайское правительство проводит политику «двойного сокращения» — снижения академической нагрузки и количества дополнительных занятий во внеучебное время для школьников. Одновременно с этим меняются критерии зачисления в вузы: значимость результатов единого экзамена гаокао уменьшается за счет повышения требований к портфолио абитуриента — его внешкольным достижениям в спорте, творчестве, научной и волонтерской деятельности.

Политика «двойного сокращения» призвана разрешить целый комплекс проблем, которые связаны с традиционной для Китая моделью обучения, ориентированной на экзаменационный успех: сократить финансовые затраты семей на репетиторов; снизить уровень конкуренции за образовательные ресурсы и коммерциализации образования; создать условия для гармоничного умственного и психофизического развития детей.

Дополнительные каникулы должны поддержать курс на выстраивание баланса между школой, внеучебной деятельностью и отдыхом. Предваряя возможную критику со стороны родителей, которых волнуют академические успехи детей, государственные СМИ акцентируют внимание на образовательной ценности каникулярного времени. Они подчеркивают, что учебные часы сохраняются в прежнем объеме, а сами каникулы нужны не только для отдыха, но и для получения новых знаний за счет соприкосновения с реальной жизнью: во время походов в музеи и природные заповедники, при взаимодействии с родными и близкими. Каникулы преподносятся как необходимая пауза в интенсивном учебном процессе, которая снижает психологическое напряжение, способствует укреплению семейных связей и обеспечивает получение социального опыта в формах, недоступных в школьной среде.

Называя каникулы временем для внешкольной учебы, СМИ отчасти апеллируют к прошлому опыту сельхозканикул, во время которых дети трудились в поле, отчасти — к реалиям современной жизни, в которых родители вынуждены брать детей на работу, что преподносится как трудовое воспитание и прививание любви к труду.

Вместе с тем государство старается не перекладывать организацию каникул исключительно на семью. Власти обязывают работодателей не допускать незаконных переработок, соблюдать график оплачиваемых отпусков и предоставлять сотрудникам возможность синхронизировать отпуск со школьными каникулами. Часть нагрузки берут на себя школы и учреждения культуры. Музеи, библиотеки и научные центры предлагают в период каникул льготные или бесплатные билеты, продлевают рабочий день, организуют специальные программы для детей. Школы устраивают экскурсионные поездки, открывают бесплатные городские лагеря, где дети работающих родителей могут заниматься спортом и творчеством. В результате неучебные дни все чаще проходят в разнообразной практико-ориентированной среде.

Новые каникулы в Китае становятся маркером социально-экономических преобразований, проводимых государством: через изменение школьного календаря власти стремятся влиять на организацию труда, отдыха и потребления, формируя новые стандарты повседневной жизни. В то же время пока не понятно, как эти новации будут приняты обществом. Для многих семей дополнительные каникулы означают не столько отдых, сколько новую бытовую и финансовую нагрузку. Кроме того, уже на этапе внедрения заметны различия между регионами: благодаря социальной инфраструктуре, доступным туристическим и культурным программам экономически более развитые провинции получают больше возможностей превратить каникулы в образовательный и рекреационный ресурс, тогда как менее благополучные территории вынуждены придерживаться прежнего учебного расписания.