Правительство не поможет: почему антикризисное смягчение валютного режима не спасет бизнес от разорения

Фото Станислава Красильникова / ТАСС
Фото Станислава Красильникова / ТАСС
Правительственный план по выходу экономики из кризиса содержит несколько пунктов по ослаблению валютного законодательства. Намерения правительства хороши, но они могут не сработать, считает директор PwC Legal Ксения Грицепанова, эксперт по вопросам валютного законодательства

Российские компании по закону обязаны возвращать на родину валютную выручку, в случае нарушения этого правила они будут платить огромные штрафы. И бизнес, и юристы давно критикуют и называют это правило архаичным. Пандемия заставила власти его пересмотреть, СМИ успели окрестить это «либерализацией» валютного законодательства. Но изменения в данном случае похожи на казуистику и реального блага могут не принести.  

Об истоках проблемы

С самого принятия Закона о валютном регулировании и валютном контроле, то есть с 2003 года, в нем живет следующее правило. Если российская компания продала иностранной компании товары, выполнила работы или передала результаты интеллектуальной деятельности, то она обязана сделать так, чтобы иностранный контрагент заплатил за все эти товары и услуги строго в сроки, предусмотренные внешнеторговым договором. 

Также если российская компания заплатила иностранной компании аванс, а та услугу или товар не поставила, российская компания обязана обеспечить возврат аванса от иностранного контрагента в сроки, указанные в договоре с ним. С апреля 2018 года это правило действует и на российские компании, предоставившие заем иностранным лицам. 

Просрочка в получении внешнеторговой выручки/возврата уплаченного аванса грозит штрафом. Его размер равен 1/150 ключевой ставки ЦБ за каждый день просрочки или, если к моменту возбуждения административного производства платеж так и не поступил, 75-100% от суммы непоступившей выручки или невозвращенного аванса.

То есть российский участник ВЭД должен платить дважды. Он уже получил убытки от действий иностранного партнера, а теперь еще должен платить конфискационные штрафы на эту же сумму государству. Это требование многократно критиковали как архаичное и необоснованно жесткое.

И как только стало ясно, что коронавирус пришел к нам не на одну неделю и что его последствия носят глобальный характер, занимающиеся ВЭД специалисты задались вопросом: можно ли что-то сделать, чтобы российским экспортерам и импортерам не пришлось платить штраф из-за проблем с репатриацией выручки?

Один из вариантов решения проблемы — освободить компанию от вины по нарушению, объяснив это непредвиденными и чрезвычайными обстоятельствами. Вина юридического лица — один из обязательных элементов состава административного правонарушения, и при ее отсутствии штраф наложить нельзя. 

Теоретически такой подход обоснован. Но на практике наличие или отсутствие вины определяет орган, ведущий дело об административном правонарушении. И даже письма из коммерческих и торговых палат разных стран, которые признают COVID форс-мажором, увы, не могут на сто процентов гарантировать отсутствие штрафа.

Штрафы и пандемия

В мае в Госдуму внесли законопроект, который предлагал приостановить до 1 июля 2021 года ответственность за нарушение репатриации валютной выручки. Эта «пауза» должна, согласно документу, действовать на отношения, возникшие с 1 апреля 2020 года. Эта же норма содержится в правительственном плане спасения экономики. 

Не применять меры ответственности в связи с пандемией — хорошая идея, но два обстоятельства сводят почти на нет всю идею законопроекта. 

Во-первых, отсрочка действует только на отношения, возникшие с 1 апреля 2020 года. То есть неизвестно, а выручит ли она российских импортеров и экспортеров, у которых права требования к иностранным компаниям возникли до апреля 2020 года. 

Во-вторых, мораторий действует до 1 июля 2021 года, а срок давности привлечения к административной ответственности за нерепатриацию выручки составляет два года с момента нарушения (то есть с первого дня просрочки). То есть если выручку не вернули в мае 2020 года, то штраф за это может прийти компании вплоть до мая 2022 года. 

Взаимозачеты и пандемия 

Участники ВЭД давно ждут, когда можно будет использовать взаимозачеты встречных требований. То есть если вы должны контрагенту и он должен вам, зачет позволяет не переводить средства, а просто сопоставлять между собой долги и «закрыть» их. 

Сейчас закон, если прочесть его беспристрастно и в отрыве от враждебно настроенной судебной практики, не запрещает зачет. 

Но при зачете нет физического получения денег от иностранного контрагента, а значит, по мысли властей, он противоречит самой идее репатриации — обеспечить получение от иностранца всего причитающегося российскому участнику ВЭД.  

Зачет — это удобный и широко распространенный способ прекращения обязательств, но у нас его не используют, хотя в ситуации с коронавирусом он мог бы пригодиться. В нынешних условиях реальный «прогон» денег и товаров серьезно усложнен. Если у российского лица есть встречное обязательство к задолжавшему иностранному партнеру, почему бы не прекратить оба обязательства (хотя бы в части) зачетом? Это помогло бы уменьшить убытки компаний.

Но вместо того, чтобы принципиально иначе взглянуть на зачет, власти продолжают идти по казуистическому пути. В апреле они приняли закон, согласно которому с  января 2021 года резиденты смогут производить зачет встречных требований по обязательствам, вытекающим из внешнеторговых договоров оказания услуг. 

При этом под исключение попадут только услуги, которые входят в специальный перечень. И перечень этот отдельно утвердит правительство вместе с Банком России.

Зачет — безобидный способ прекратить обязательства компании. И хотелось бы верить, что те, кто пишет законы, все-таки разрешат всем экспортерам и импортерам его использовать. План по спасению экономики в качестве одной из мер называет разрешение зачетов, остается надеяться, что разрешение это будет универсальным, а не обусловленным, как ранее, целым рядом обстоятельств.

Другим подспорьем российским участникам ВЭД могло бы стать изменение судебной практики, которая могла бы взглянуть на зачет под другим углом. 

А если уж мечтать смелее, то, конечно, было бы здорово и своевременно полностью пересмотреть анахроничное требование о репатриации. Даже в обычных экономических условиях оно выглядело необоснованно жестким, а уж ситуация с пандемией наглядно продемонстрировала негибкость и неудобство этого правила. 

Сейчас его применение может окончательно разорить российские компании, и без того понесшие существенные потери в связи с пандемией.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции