Новая приватизация: как IPO «Совкомфлота» повлияет на решение других российских компаний о размещении

Фото Александра Рюмина / ТАСС
Помощник штурмана на газовозе «Кристоф де Маржери» Фото Александра Рюмина / ТАСС
Анонсированное «Совкомфлотом» IPO должно стать первой за семь лет приватизационной сделкой из России. Сомнений в успешном закрытии сделки практически нет, однако остался вопрос: проложит ли «Совкомфлот» путь на рынок другим компаниям из России или лед затянется быстро? Об этом рассуждает исполнительный директор Sova Capital Алина Сычева

Пока врачи по всему миру пытаются разработать эффективную и безопасную вакцину от COVID-19, правительства ведущих стран преуспели в поисках вакцины от вируса для рынков — ею стала знакомая всем программа количественного смягчения. Несмотря на карантин и давно невиданные уровни волатильности, на рынках США и Азиатского региона наблюдался взрывной рост числа сделок. Массивные финансовые вливания, анонсированные правительствами целого ряда ведущих экономик мира, подействовали на инвесторов, как укол адреналина, побуждая их пополнять свои портфели. Особой популярностью, ожидаемо, пользовались либо компании, чьи бизнес-модели резистентны к влиянию пандемии, либо ее немногочисленные бенефициары. Так, 20% объема всех IPO в США пришлось на компании технологического сектора, и еще 17% — на компании, связанные со здравоохранением (здесь и далее данные Dealogic, если не указано иное). 

Европейский рынок IPO, напротив, отличался гораздо большей инертностью: объем средств, привлеченных европейскими компания в ходе IPO за первые три квартала 2020 года, оказался практически в два раза ниже уровней 2019-го. Но и здесь не обошлось без крупных знаковых сделок: рекордное IPO польского онлайн-ретейлера Allegra прошло на Варшавской бирже на сумму в $2,3 млрд, а первая в истории приватизация литовской компании Ignitis Grupe, занятой производством возобновляемой энергии, проводит IPO объемом в €585 млн на Вильнюсской и Лондонской биржах одновременно.

Российские эмитенты и инвесторы, традиционно фокусирующиеся на России, обеспокоены пандемией и замерли в ожидании появления более четких очертаний будущего, а потому не спешили выходить на рынок. Однако после постепенного осознания того, что самоизоляция и маски, равно как и высокие уровни волатильности, стали новой нормальностью (по крайней мере на какое-то время), самые опытные российские эмитенты осторожно потянулись к рынкам. Как результат, объем привлеченных ими средств в 2020 году превысил уровень 2019-го, составив $4,6 млрд.

При этом большинство сделок, совершенных на российском рынке, представляли собой продажу долей в публичных компаниях текущими акционерами. Так, на фоне растущих цен на золото было закрыто пять SPO с акциями «Полиметалла», в том числе не упустил возможности воспользоваться благоприятной конъюнктурой банк «Открытие». Львиная доля рынка пришлась на «Яндекс», который суммарно привлек $2,3 млрд в ходе продажи своих акций и конвертируемых облигаций. Сейчас на фоне новостей о планируемой сделке с банком «Тинькофф» проведенные сделки в таких масштабах вливания капитала становятся понятными.

Зачем это «Яндексу», что скажет Греф и где будет работать Тиньков: главные вопросы о сделке «Яндекса» и Тинькофф Банка

Не первая, но, вероятно, последняя попытка

«Совкомфлот» планирует привлечь $500 млн в ходе размещения акций на Московской бирже. Размещение компании станет первым IPO на Московской бирже после «Детского мира» в 2017 году и первой приватизационной сделкой за семь лет, прошедших с момента размещения« Алросы». Компания тогда привлекла $1,3 млрд. Состоявшееся три года назад IPO «Детского мира» оказало существенное влияние на российский рынок. Это успешное размещение, которое во многом стало поворотной точкой для первичного рынка акций в России — всего спустя два года после введения антироссийских санкций и в условиях падения цен на нефтяном рынке и обесценивания рубля.

Приватизация «Совкомфлота», безусловно, входит в список самых долгожданных сделок на российском рынке. Компания впервые заговорила об IPO десять лет назад и неоднократно пыталась стать публичной. Однако каждый раз что-то мешало: неспокойные финансовые рынки, низкие цены на нефть, негативная стадия отраслевого цикла. Интересно, почему компания, десять лет готовившаяся к IPO, в очередной раз решилась на этот шаг именно тогда, когда конъюнктуру рынка едва ли можно назвать простой?

Ответ отчасти кроется в том, что фрахтовые ставки для танкерного хранения нефти выросли до рекордных уровней (в среднем с $16 000 в сутки в 2018 году до $250 000 в марте и апреле 2020-го — данные о компании Galbraiths, Bloomberg), чему способствовал целый ряд существенных факторов, включая атаки хуситов на Саудовскую Аравию, падение цен на нефть, введение США санкций против китайской COSCO Shipping и нехватку стационарных хранилищ. Это, в частности, вызвало рост LTM EBITDA компании до рекордного уровня в $1 млрд и позитивно сказалось на уровне долговой нагрузки. При этом в 2018 году чистый убыток «Совкомфлота» составлял более $45 млн, а в 2019 году компания получила прибыль в $225 млн.

Вместе с тем, согласно данным Bloomberg Intelligence, опубликованным в начале августа 2020 года, в случае постепенного выхода мировой экономики из кризиса, вызванного пандемией, планомерное увеличение потребления нефти будет способствовать высвобождению хранилищ, и цены на фрахт плавучих танкеров будут корректироваться в сторону понижения, неизбежно снижая доходы транспортных компаний.

Следует отметить, что в отличие от приватизации в традиционном понимании, в случае с «Совкомфлотом» государство не собирается продавать свой пакет акций при размещении, которое полностью будет состоять из акций, вновь выпущенных компанией. При этом государство сохраняет свой контрольный пакет. Представляется, что в долгосрочной перспективе привлечение инвестиций в компанию, а не продажа части активов и получение одноразового притока средств, будет приносить больший доход для государства.

С точки зрения потенциальных инвесторов сохранение государственного контроля в текущих условиях может быть позитивным фактором. Фактически это означает гарантированный высокий уровень дивидендов (сегодня большинство госкомпаний выплачивают 50% и более процентов от своей чистой прибыли в качестве дивидендов). На фоне ограниченного роста EBITDA «Совкомфлота», связанного с нормализацией уровня фрахтовых ставок, высокие дивиденды необходимы для привлечения инвесторов.

Станет ли IPO «Совкомфлота» катализатором активности для остальных эмитентов

Сегодня рано говорить о том, станет ли IPO «Совкомфлота» неким триггером для стимулирования других IPO российских компаний. Многие из них иногда более года ждут подходящего момента для успешного выхода на рынок. В последние годы активность российского рынка IPO определяется двумя ключевыми факторами. Первый — зависимость от состояния рынков в каждый конкретный момент времени и замена традиционных сделок с длинными роудшоу (презентации производственной и финансовой деятельности компании потенциальным инвесторам. — Forbes) на быстрые и эффективные размещения акций. Второй — крайне высокая избирательность инвесторов и высокая корреляция уровня спроса с качеством конкретного инвестиционного кейса.

Независимо от исхода размещения «Совкомфлота» сделка позволит участникам рынка оценить отношение инвесторов к возможным страновым рискам и их готовность инвестировать в новых российских эмитентов.

Мнение автора может не совпадать с точкой зрения редакции