Добрые «ястребы» из Федрезерва: почему растущая инфляция не пугает ФРС

Фото Sarah Silbiger / Getty Images
Фото Sarah Silbiger / Getty Images
ФРС показала «полуястребиный» настрой — не поменяла ставку, но заявила о ее повышении в будущем и о грядущем сокращении программы выкупа облигаций. У регулятора действительно пока есть возможность ждать, когда рост цен сойдет на нет. Но не исключено, что давление на инфляцию окажется серьезнее ожиданий и дальше нас ждут неприятные сюрпризы, говорит управляющий директор Arbat Capital Александр Орлов

Комитет по операциям на открытом рынке Федеральной резервной системы США (FOMC) 16 июня повысил прогнозы по годовой инфляции — до 3,4% вместо 2,4% в 2021 году и на 0,1 процентного пункта в следующие два года — до 2,1% и 2,2% соответственно. При этом FOMC принял решение не принимать никаких принципиальных изменений объемов выкупа облигаций по программе количественного смягчения на $120 млрд в месяц и уровня базовых ставок, что было ожидаемо абсолютно всеми. 

Но все-таки ФРС в целом, а не только голосующие члены комитета выдала три заметных изменения в своей коммуникационной политике. 

Во-первых, индивидуальные прогнозы членов ФРС по ставке (dots) теперь показывают в среднем два повышения ставки в 2023 году и 50%-ную вероятность ее повышения уже в 2022 году. И с учетом смены состава голосующих членов комитета в 2022 году в пользу большего числа «ястребов» из региональных федеральных резервных банков эту вероятность можно сместить в сторону 60% в пользу повышения ставки уже в следующем году. 

Во-вторых, комментарии главы ФРС Джерома Пауэлла о том, что дискуссия о сокращении программы выкупа (tapering) уже началась и, вероятно, на ближайших заседаниях будет принято решение о сокращении. Он, безусловно, всячески пытался сгладить «ястребиные» последствия, продолжая зачитывать мантру «инфляционное давление временное, рынок труда еще не восстановился, а стимулирующая политика ФРС продолжится и после начала сокращения программы поддержки». 

Власть над прогнозами: что будет с мировой экономикой, если ФРС не сможет удержать инфляцию в США

Но рынку важны не только гарантии, что стимулирующая политика продолжится и Федрезерв обеспечит денежное предложение, но и то, насколько это денежное предложение сократится. 

И наконец, в третьих, — ФРС символически, на пять базисных пунктов повысила ставки по операциям обратного РЕПО-овернайт до 0,05% и по избыточным резервам до 0,15%. Да, это всего лишь маленький шажок, и он во многом несет техническое значение. Но он также показывает нежелание регулятора мириться с избыточной долларовой ликвидностью, которая периодически выводила краткосрочные ставки (overnight) в отрицательную зону. По сути, это инструмент тонкой настройки внутри диапазона эффективной ставки ФРС — и это уже второе такое повышение. Еще два таких решения — и следующим шагом придется поднимать саму базовую ставку. 

Верно ли было такое умеренно «ястребиное» решение от ФРС? Не надо ли было уже сейчас повести себя как российский Центробанк и среагировать на рекордные за десятилетия показатели индекса потребительских цен в 5% и стержневой инфляции (исключает цены на продукты и энергию) в 3,8% против целевого значения в 2%? Может, стоило уже сейчас агрессивно ужесточить монетарную политику?

Согласно учебникам и методичкам 80-х годов, которые успешно сдали в ЦБ, так и нужно было реагировать — повышением ставки или хотя бы снижением объемов выкупа бондов. Но ФРС не Центробанк и потому может позволить себе сохранять избыточное стимулирование экономики любой ценой, во многом из-за потребностей администрации президента Джо Байдена привлечь $4-5 трлн на финансирование амбициозных инфраструктурных и зеленых проектов. 

И главное — у ФРС еще долго будет сохраняться аргумент, что рынок труда пока очень далек от восстановления, так что нужно ориентироваться именно на него. Ведь ФРС, в отличие от того же Банка России, имеет двойной мандат: сохранение ценовой стабильности и обеспечение полной занятости. 

 

 

Долговая пирамида: cмогут ли мировые регуляторы предотвратить новый кризис

Что же касается инфляции, то она и вправду пока выглядит как временный эффект пандемических перекосов между не упавшим на господдержке спросом и сократившимся из-за неблагоприятной погоды предложением (сельхозсырье), действий ОПЕК+ (нефть) и логистических проблем из-за карантина (все сырье и готовая продукция). И все это еще умножено на избыточную ликвидность и спекуляции на рынке фьючерсов. 

Более того, появляются первые сигналы того, что спекулянты наигрались с сырьем — биржевые цены на древесину, никель и сою, к примеру, снижаются примерно с середины мая. Фермеры готовы выбрасывать на рынок все большие объемы сельхозпродукции, а Китай, основной источник конечного спроса на сырье, всерьез взялся за регулятивные и физические интервенции для снижения цен на металлы. 

Пока только нефть остается в состоянии пузыря за счет олигополистического поведения ОПЕК+ и заторможенного восстановления добычи сланца в США. Но и этот рынок ждет сильная коррекция цен после восстановления сделки с Ираном и возврата на рынок 1,5-2 млн. баррелей в сутки от добычи сланцевой нефти. 

Таким образом, Федрезерв вполне может себе позволить выждать до осени, когда сойдет на нет базовый эффект от роста сырьевых цен, и уже тогда решать, насколько активно придется ускоряться для сокращения стимулирующих мер. 

Накануне шторма: почему в 2021 году рынок еще может обновить максимумы

Но давление на стержневую инфляцию в итоге окажется выше ожиданий из-за избыточно стимулирующей политики как самой ФРС, так и Минфина США. И нас еще ждет много негативных сюрпризов, касающихся роста цен и увеличения доходности облигаций, как бы ФРС ни хотела предоставить Байдену «бесплатный кредит» на его крен влево и зеленые и инфраструктурные инициативы. 

Поэтому, скорее всего, финансовые рынки или уже поставили свои максимумы, или скоро это сделают, а дальше будет период растущей волатильности с уклоном вниз по большинству активов.    

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора