К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего броузера.

Некоторые любят погорячее: что защитит американские банки от нового кризиса

Фото Andrew Harrer / Bloomberg via Getty Images
Фото Andrew Harrer / Bloomberg via Getty Images
Пока череда банковских крахов приводит в смятение инвесторов и становится настоящим испытанием для регуляторов, пришла пора переосмыслить финансовую систему Америки. Самым действенным лекарством может оказаться одно старое решение, но регуляторы не хотят о нем даже слышать, пишет Forbes USA

На втором этаже пригородного офисного комплекса в Фэрфилде (штат Нью-Джерси) располагаются кабинеты Financial Northeastern. 60-летний генеральный директор компании Джефф Зейдж мог бы стать одним из спасителей беспокойного банковского сектора США, оборот которого достигает $23 трлн. Зейдж ― брокер, и уже 38 лет его фирма специализируется на депозитных сертификатах для бедствующих банков. Обычно такие вклады защищены от массового обналичивания, поскольку досрочно их погасить нельзя, если только держатель не умирает или из-за психического заболевания не становится недееспособен.

За последние 12 лет небольшая компания Зейджа без лишнего шума привлекла  около $150 млрд для малых и крупных банков, сводя их с владельцами предприятий, распорядителями местных бюджетов и состоятельными лицами, которые хотят положить суммы до $250 000 на счета, защищенные Федеральной корпорацией по страхованию вкладов (FDIC). Благодаря Федеральной резервной системе (ФРС) сейчас процентные ставки по депозитным сертификатам со сроком погашения от трех месяцев до 10 лет не опускаются ниже 5%. Это означает, что бизнес у Financial Northeastern идет весьма неплохо, потому что на каждом таком документе компания зарабатывает небольшую комиссию. Однако просьбы Forbes прислать свою фотографию или даже встретиться лично Зейдж уже неоднократно отклонял.

«Я ничем не примечательный человек, ― говорит управленец. ― И лишнего внимания к себе стараюсь не привлекать».

 

Но 36 лет назад все было по-другому. Обеспечивая финансирование в виде депозитных сертификатов под высокие проценты для находившейся в упадке ссудо-сберегательной индустрии США с оборотом $1,2 трлн, Зейдж (тогда ему было всего 24 года), его старший брат Стивен вместе с командой молодых брокеров на холодном обзвоне зарабатывали миллионы долларов. На фотографии к статье Forbes 1987 года, которая называлась «Короли жизни», Зейдж через крышу высовывает голову из новенького автомобиля , а его брат сидит на капоте. В статье рассказывается о том, как регуляторы региональных отделений Федеральных банков жилищного ипотечного кредитования призывали брокерские организации типа Financial Northeastern и Merrill Lynch перенаправлять миллиарды долларов на поддержку близких к банкротству ссудо-сберегательных ассоциаций, преимущественно в Техасе. Серьезные проблемы у этих объединений начались после того, как при ослаблении госконтроля ставки депозитов резко пошли вверх из-за инвестиций в коммерческую недвижимость, мусорные облигации и другие рискованные активы.

Во время отраслевого кризиса брокеры депозитных сертификатов вроде Джеффа Зейджа (вверху справа, 1987 год) выдавали деньги оказавшимся в бедственном положении ссудо-сберегательным ассоциациям. Зейдж по-прежнему стоит на своем: «Для банков это мощный инструмент». (Фото Forbes)

Когда пыль улеглась, 747 ссудо-сберегательных ассоциаций были закрыты, а Федеральную корпорацию по страхованию сбережений и займов (погрязший в долгах государственный страховой фонд, на котором держался весь сектор) поглотила Федеральная корпорация по страхованию вкладов. Финансовый крах обошелся американским налогоплательщикам в $124 млрд ($300 млрд по сегодняшнему курсу), это 2% от всего ВВП Соединенных Штатов в 1989 году. В усугублении кризиса ссудо-сберегательных ассоциаций обвиняли брокеров. Аналитики называли их поразившей систему «раковой опухолью», так как брокеры торговали «горячими деньгами», которые то и дело появлялись в банках, гнавшихся за высокой прибылью. В 1991 году Федеральная корпорация по страхованию вкладов ввела новые правила, и продукт, которым Зейдж зарабатывал на хлеб (так называемые брокерские вклады), стал для банков практически токсичным активом. Регуляторы предписывали не использовать данный инструмент, а для тех, кто требование не соблюдал, увеличили наценку по выплатам от Федеральной корпорации по страхованию вкладов. Сегодня значительные суммы на брокерских счетах держат лишь немногие из 4700 американских банков. Но, возможно, стоило бы.

 

Например, в системе бухгалтерского учета Silicon Valley Bank 9 марта, в день, когда вкладчики всего за 10 часов вывели из банка $42 млрд, не было ни единого брокерского вклада. «Горячие деньги»? Разумеется, но сегодня жарко везде. Отток вкладов из Silicon Valley Bank со скоростью $1 млн в секунду начался с нескольких твитов. Помочь с быстрым и беспроблемным переводом денег рады десятки финтех-стартапов, включая Chime, Mercury и Robinhood. В середине апреля о запуске собственных сберегательных счетов при поддержке Goldman Sachs объявила корпорация Apple ― они защищены Федеральной корпорацией по страхованию вкладов и имеют доходность 4,15%. Тогда за четыре дня на счет перечислили почти $1 млрд. Небанковские организации типа тех, которыми управляют игроки вроде Vanguard и Fidelity Investments, тоже любят «горячие деньги». Согласно данным Федерального резерва, за последние 13 месяцев из коммерческих банков на другие незастрахованные счета с высокой доходностью было выведено вкладов на общую сумму $1 трлн.

Несмотря на пренебрежительное название «горячие деньги», брокерские депозитные сертификаты Зейджа, защищенные Федеральной корпорацией по страхованию вкладов, требуют куда более осторожного обращения, нежели любые другие банковские сберегательные счета. К тому же у нишевой группы так называемых промышленных банков, сильно полагающихся на данное финансирование и находящихся в прекрасном финансовом положении, есть неопровержимые доказательства того, что подобная «жара» на самом деле выступает стабилизирующим фактором. Но одними лишь брокерскими депозитными сертификатами американскую банковскую систему не исцелить. То, что 40 лет спустя их по-прежнему недолюбливают регуляторы (а поэтому шансов им не дают и банки), указывает на более серьезную проблему. Регулирование банковской сферы с ее многочисленными регуляторами в отдельных штатах и тремя главными органами надзора на федеральном уровне (Федеральной резервной системой, Федеральной корпорацией по страхованию вкладов и Управлением контролера денежного обращения) поражает своей неэффективностью, политической ангажированностью и сильным отставанием от запросов быстро меняющегося рынка.

Отчасти проблема заключается в приверженности старомодным банковским идеалам вроде «базовых» депозитов ― они задуманы как основа деятельности региональных банков и здорового функционирования общенациональной банковской системы. Банки Silicon Valley и First Republic были далеко не единственными игроками рынка, кого Федеральный резерв застал врасплох, 10 раз поднимая в прошлом году ставки. Судя по данным финансового отчета Федеральной корпорации по страхованию вкладов, которые собрала аналитическая отраслевая фирма KlariVis, убытки по своим портфелям ценных бумаг сверх капитала первого уровня несет 31 застрахованный корпорацией банк с общей суммой активов на $30 млрд. И это лишь вершина айсберга. Почти у 400 банков с совокупной стоимостью активов свыше $3,7 трлн убытки превышают половину капитала первого уровня. Практически все эти учреждения ― региональные банки, в основном с активами на сумму менее $300 млн. К счастью, мало кто из этой мелкой рыбешки располагает большим количеством незастрахованных вкладов, превышающих $250 000, или ощущает внешнее давление, под которым оказались публичные компании типа банков Silicon Valley и First Republic.

 

«В свете недавних банковских крахов вопрос заключается не в том, нужно ли нам переосмыслить суть брокерского вклада или «горячих денег», а в том, что из себя сейчас представляет базовый депозит, ― поясняет Хелена Макуильямс, бывшая глава Федеральной корпорации по страхованию вкладов и нынешний управляющий партнер в вашингтонской юридической фирме Cravath Swaine & Moore. ― В долгосрочной перспективе модель функционирования региональных банков придется менять. Такие небольшие игроки просто не могут выжить, если не сотрудничают с финтех-стартапами, потому что это более простая и менее затратная бизнес-модель для привлечения новых клиентов. Но регуляторы в Вашингтоне почему-то настроены по отношению к финтеху очень скептически».

Поддержка местных сообществ, или банкинг для малого бизнеса, восходит к тем давним временам, когда популист Томас Джефферсон вступил в противостояние с министром финансов Александром Гамильтоном, федералистом и представителем элиты, который хотел создать национальный банк. Джефферсон считал, что это нарушает Конституцию и является угрозой для молодой демократии отчасти потому, что финансы будут оседать в крупных городах и утекать из малых, развивающихся сельскохозяйственных поселений. В 1791 году Гамильтон одержал верх, и был учрежден первый центральный банк, но в 1811 году Конгрессу не удалось обновить его устав. Национальная банковская система была создана лишь в 1863 году, когда Союзу потребовались средства на ведение Гражданской войны.

Это дало толчок бурному развитию малых городских банков, и к 1929 году в Соединенных Штатах было порядка 26 000 финансовых организаций― по одной на 5000 человек. Крах фондового рынка и Великая депрессия спровоцировали волну оттока средств из этих учреждений, хотя зачастую оборотный капитал у них и без того был недостаточным. За четыре года до того, как в 1933-м была основана Федеральная корпорация по страхованию вкладов, обанкротилось почти 6000 американских банков и ссудо-сберегательных ассоциаций, и вкладчикам это обошлось в $1,3 млрд ($31 млрд в сегодняшнем выражении).

С тех пор число региональных, или малых, банков снижается. На данный момент поддержкой Федеральной корпорации по страхованию вкладов пользуются 4676 банков, но из них в среднем 200 ежегодно поглощаются более крупными игроками. Как бы там ни было, уменьшающиеся цифры нисколько не влияют на устремленность и решительность ключевой организации, лоббирующей интересы малых банков, которая называется «Независимые региональные банкиры Америки» (ICBA). По данным общественного объединения OpenSecrets, отслеживающего денежные потоки в американской политике, в 2022 году ICBA потратила на лоббистскую деятельность почти $4,8 млн, в том числе примерно $1,3 млн в виде пожертвований членам Конгресса США, главным образом комитету по финансовым услугам при Палате представителей. Заявленная ассоциацией цель заключается в том, чтобы «удерживать деньги на местах и инвестировать в регионы».

«У них есть политическое влияние, так как они на каждом углу, ― полагает банковский консультант Майра Родригес Вальядарес. ― Развитие региональных банков поддерживают обе партии ― и это большая редкость».

 

Бывшая глава Федеральной корпорации по страхованию вкладов Хелена Макуильямс добавляет: «В Вашингтоне очень хорошо осознают, что эти малые банки крайне важны. Крупные организации не понимают местных условий, где раньше могли выдать кредит на основании фразы «Я знал вашего деда, а он свое слово держал, значит вы тоже сдержите».

«Независимые региональные банкиры Америки» утверждают, что крупные игроки с Уолл-стрит мыслят исключительно транзакциями и принимают решения исходя из «заранее определенных кредитных рамок», зато региональные банки выстраивают свою работу на личных связях. Конечно, по большому счету это ерунда. При оценке кредитоспособности малые банки руководствуются (или должны руководствоваться) теми же параметрами, что и крупные организации. Нет ни одного доказательства того, что какой бы то ни было банк в 2023 году выдает кредиты потому, что «знал вашего деда». С другой стороны, работой с региональными банками во многих смыслах занимался Silicon Valley Bank с активами на сумму $212 млрд.

«Silicon Valley Bank был построен именно так, как, по мнению регуляторов, должен строиться любой банк: клиент за клиентом, контакт за контактом. Без этих «горячих денег», ― рассуждает эксперт в сфере финансового регулирования Пол Кларк из юридической фирмы Seward & Kissell. ― Принцип был простой: хочешь от меня кредитную линию ― держи свои вклады здесь. Это так называемые базовые депозиты».

Вдобавок ко всему, поскольку при определении базовых депозитов регуляторы особо не вдавались в детали, кроме разве что предостережения о нежелательности брокерских вкладов, хитрые предприниматели и финансовые учреждения со временем нашли способы обойти ограничения и страховые лимиты Федеральной корпорации по страхованию вкладов.

 

В 2003 году компания IntraFi из Арлингтона (Вирджиния) запустила сервис по обмену вкладами под названием CDAR (Certificate of Deposit Account Registry, «реестр счетов депозитных сертификатов»), который позволил банкам предлагать состоятельным клиентам и предприятиям вносить на счет до $50 млн. Крупные депозиты разбиваются на части по $250 000 и размещаются в разных банках корпоративной сети IntraFi, обслуживаемых Федеральной корпорацией по страхованию вкладов. Банки, которые принимают такие вклады, затем могут и сами вносить через сеть свои депозиты сверх установленного лимита.

«Для меня главное преимущество сводится к тому, что на протяжении многих поколений можно удерживать клиентов, у которых на счетах сберегается свыше $250 000, ― говорит Джилл Кастилья, президент Citizens Bank of Edmond из Эдмонда (Оклахома), где хранится приблизительно $330 млн, и 18% из них благодаря IntraFi — на «взаимных» вкладах. ― Так что сейчас для сохранения страхового покрытия им не нужно вручную размещать средства в разных учреждениях».

Федеральная корпорация по страхованию вкладов взаимные депозиты Citizens Bank of Edmond на сумму $58 млн не считает брокерскими, но они подпадают под определение базовых депозитов. Аналогичным образом у банков, продвигающих свои ставки по депозитным сертификатам через сервисы типа Bankrate, NerdWallet либо Forbes Advisor, вклады под высокий процент, которые приходят из других штатов, обычно относятся к базовым.

Вера, надежда, Toyota: генеральный директор Toyota Financial Savings Мара Макнилл заявляет: «Мы хотим стать банком, который работает как компания в гостиничной отрасли. В японском даже есть слово: омотэнаси». (Фото Ethan Pines for Forbes)

А еще есть многочисленные и нередко запутанные «льготы» по брокерским вкладам, которые Федеральная корпорация по страхованию вкладов дает различным банкам, включая те, что работают исключительно с финтех-стартапами. Так, пользующаяся государственным страхованием организация Evolve Bank & Trust с активами в размере $1,8 млрд из Мемфиса (Теннесси) оказывает банковские услуги крупным финтех-предприятиям вроде Dave, Affirm и Mercury, но в документах заявляет, что из всех вкладов брокерскими являются лишь 0,3%.

 

По всей видимости, регуляторы не видят ничего страшного в получении депозитов из других штатов, главное избегать таких брокеров, как фирма Зейджа, UBS, Bank of America или Wells Fargo. На собственном горьком опыте в этом убедился семейный банк со 115-летней историей Luana Savings Bank из Айовы, находящийся в городке с 300 жителями посреди сотен гектаров кукурузных полей. 

В период с 2016 по 2020 год, когда под руководством амбициозного президента Дэвида Шульца этот банк стал одним из крупнейших кредиторов сельскохозяйственного сектора в Айове, стоимость его активов увеличилась в два с лишним раза, до $1,7 млрд. С шестью маленькими филиалами Luana Savings Bank был не в состоянии привлечь достаточно местных вкладов для дальнейшего развития бизнеса, поэтому Шульц связался с брокерами, и те дали ему возможность финансирования новых кредитов за счет депозитных сертификатов с аналогичными сроками погашения из других штатов. Когда стоимость активов достигла отметки $2 млрд, на брокерские вклады приходилось 60% всех депозитов.

Операционные показатели Luana Savings Bank были образцовыми, средняя доходность его бумаг составляла 19%, и он постоянно побеждал в номинации «лучший банк» в окрестностях Де-Мойна. Тем не менее в региональном отделении Федеральной корпорации по страхованию вкладов зазвенел тревожный звоночек, и в 2021 году вместе с уполномоченным Айовы по банкам она издала распоряжение о запрете на работу банка, сославшись на то, что финансовая организация берет на себя «чрезмерные» риски и осуществляет деятельность «небезопасным и неправомерным» образом. Кроме того, корпорация оштрафовала банк на $14,5 млн и отрезала ему доступ к кредитам от Федеральных банков жилищного ипотечного кредитования. Шульц отказался общаться с Forbes, но газете Des Moines Register тогда рассказывал, что обвинения сфабрикованы, и подал иск против Федеральных банков жилищного ипотечного кредитования.

В конечном счете Шульц решил, что борьба с регуляторами не имеет смысла, и в 2022 году, не признавая и не отвергая обвинений, его банк подписал решение суда по соглашению сторон, ввел в совет правления независимых директоров и пошел на сокращение доли небазовых депозитов.

 

Самые важные клиенты брокерских вкладов в банковской сфере ― это небольшая группа учреждений, которые пользуются поддержкой Федеральной корпорации по страхованию вкладов и называются промышленными банками. Таких насчитывается 24, и на них приходится всего $250 млрд совокупных активов, но с капиталом и доходностью там все очень хорошо. А еще их не любят «Независимые региональные банкиры Америки», Федеральный резерв США и терпеть не может собственный регулятор в лице Федеральной корпорации по страхованию вкладов.

Иногда такие банки называют компаниями по выдаче кредитов для бизнеса. Поддерживает и регулирует их работу Федеральная корпорация по страхованию вкладов, но их родительские предприятия — это обычно коммерческие либо финансовые учреждения. Первый промышленный банк был основан в 1910 году для выдачи займов работникам промышленности, которые нигде больше кредит получить не могли. На протяжении долгих лет подобными компаниями владели корпорации вроде General Electric, Target и Goldman Sachs. Сегодня в число владельцев подобных промышленных банков входят Harley-Davidson, Pitney Bowes, UnitedHealth Group, BMW, Square и USAA. Наделять филиалы полномочиями можно только в нескольких штатах, включая Юту, Неваду и Калифорнию, и хотя к ним применяется такой же тщательный процесс подачи заявки в Федеральную корпорацию по страхованию вкладов, как и к другим банкам, они освобождаются от надзора со стороны Федеральной резервной системы, поскольку родительские организации, обязанные обеспечивать их капиталом, банковскими холдингами не являются.

Промышленные банки могут обслуживать сберегательные счета, кредитные карты, займы и ипотеку, однако им запрещается предлагать клиентам расчетные счета и финансировать продукты своей родительской компании. Например, Pitney Bowes Bank не выдает кредиты на покупку фирменных франкировальных машин, но вправе финансировать и координировать оплату доставки для тысяч своих малых предприятий-клиентов. Промышленные банки обычно специализируются на узкой сфере деятельности и филиалов не имеют, поэтому многие полагаются на финансирование посредством брокерских депозитных сертификатов ― они используются в счет погашения обязательств по активам.

Одной из самых прибыльных и состоятельных финансовых организаций в Соединенных Штатах является Beal Bank USA из Невады, промышленный банк, принадлежащий техасскому миллиардеру Энди Билу. Объем активов в нем достигает $32 млрд, а по состоянию на 31 марта 93% вкладов в этом банке были брокерскими. Сегодня организация предлагает депозитные сертификаты сроком на один год с доходностью на уровне 4,65%.

 

Еще одна хорошо обеспеченная компания по выдаче кредитов для бизнеса в Неваде ― это банк Toyota Financial Savings, учрежденный для обслуживания сберегательных счетов, выдачи ипотеки и коммерческих кредитов для 35 000 сотрудников Toyota и Lexus в Соединенных Штатах. Его новый генеральный директор Мара Макнилл ранее возглавляла отдел автомобильного кредитования в JPMorgan Chase ― в 1993 году она окончила Академию ВВС США, но также имеет степень доктора юриспруденции Джорджтаунского университета и магистра государственной политики Гарварда. Под ее началом стоимость активов банка выросла с $1 млрд в 2020 году почти до $6 млрд, причем финансирование ведется в значительной степени за счет брокерских вкладов, доля которых в активах сейчас составляет 58%.

«Наличие базовых депозитов может приносить экономическую выгоду. Выплат от Федеральной корпорации по страхованию вкладов не так много, ― признает Макнилл. ― Но в то же самое время нужно платить торговым представителям, чтобы те шли и открывали новые счета. Так что, знаете, то доход здесь, то расход там».

В число других успешных, но не столь известных промышленных банков (все находятся в Юте) входят Comenity Capital Bank, который выдает клиентам кредитные карты и управляет активами на сумму $12 млрд, Nelnet Bank, специализирующийся на кредитах для студентов и располагающий средствами в размере $1 млрд, а также WEX Bank, выдающий малым и средним предприятиям специальные карты для покупки бензина со скидкой от нефтеперерабатывающих гигантов Chevron и ExxonMobil. Еще несколько лет назад Medallion Bank ($2 млрд) занимался финансированием таксопарков, но из-за Uber и Lyft пришлось резко развернуться в сторону кредитования на покупку сухопутного и водного транспорта для сферы досуга и финансирования подрядчиков-строителей на рынке жилья. Практически всем своим капиталом Medallion Bank обязан брокерским вкладам. «Наши депозиты не убегут», ― гласит слоган на сайте организации.

В настоящее время на промышленные банки в США приходится около 1% всех банковских активов, но «Независимые региональные банкиры Америки», по-видимому, считают их страшной угрозой для региональных банков. В июле 2005 года, когда заявку на учреждение промышленного банковского подразделения подал Walmart, это спровоцировало волну  писем в адрес Федеральной корпорации по страхованию вкладов и Конгресса. Их главная мысль: как Walmart убил небольшие семейные магазины, так и его промышленное банковское подразделение добьет малые региональные банки. В действительности же Walmart ставил во главу угла эффективность и просто хотел наладить работу с кредитными картами, чтобы сэкономить деньги на банковских комиссиях, а возможность предлагать какие бы то ни было банковские услуги клиентам напрямую полностью исключалась.

 

Федеральная корпорация по страхованию вкладов под руководством Мартина Грюнберга проигнорировала заявку Walmart. Затем, уже через год после того, как розничный гигант отправил все необходимые формы, регулятор объявил о шестимесячном моратории на одобрение любых заявок по учреждению промышленных банков якобы с целью «установить наличие актуальных проблем в плане безопасности, обоснованности или правоприменения». В марте 2007-го Walmart отозвал свою заявку, а «шестимесячный» мораторий продлился еще 14 лет, пока во главе регулятора не встала Хелена Макуильямс, одобрившая заявки от Nelnet Bank и Square Financial Services.

«Мартин Грюнберг не любит нетрадиционные банки. Так что, когда заявки доходили до Вашингтона, они просто тянули время, ― убежден Джордж Саттон, начальник юридического отдела Национальной ассоциации промышленных банкиров США и бывший комиссар по финансовым учреждениям в штате Юта. ― Со временем это все просто уходит в никуда». В Федеральной корпорации по страхованию вкладов просьбы дать интервью Forbes отклонили.

Банковские кризисы всегда связаны с проблемами доверия и стабильности, того, на что у традиционных банков монополии  больше нет. Сегодня большинство людей больше доверяют Apple и Toyota, чем своему местному банку. Новому поколению клиентов почти нет никакого дела до специальных подразделений или войн за сферы влияния с регуляторами. А еще они достаточно подкованны и понимают, что сулящие более высокую доходность «горячие деньги» хоть от местного банка, хоть от финтех-стартапа или брокера, ― это умные деньги.

Перевод Антона Бундина

 

Мы в соцсетях:

Мобильное приложение Forbes Russia на Android

На сайте работает синтез речи

иконка маруси

Рассылка:

Наименование издания: forbes.ru

Cетевое издание «forbes.ru» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации: серия Эл № ФС77-82431 от 23 декабря 2021 г.

Адрес редакции, издателя: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Адрес редакции: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Главный редактор: Мазурин Николай Дмитриевич

Адрес электронной почты редакции: press-release@forbes.ru

Номер телефона редакции: +7 (495) 565-32-06

На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети «Интернет», находящихся на территории Российской Федерации)

Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции. Товарный знак Forbes является исключительной собственностью Forbes Media Asia Pte. Limited. Все права защищены.
AO «АС Рус Медиа» · 2024
16+