ТПП раскритиковала законопроект Минфина о сроках давности по налоговым преступлениям
Торгово-промышленная палата России (ТПП) раскритиковала законопроект, разработанный Минфином, о приостановлении сроков давности уголовного преследования по налоговым преступлениям. Документ предполагает заморозку сроков, если должник получает рассрочку или отсрочку по платежам, которые могут быть предоставлены в соответствии с законом о налогах и сборах или мировым соглашением, утвержденным судом. По действующему законодательству отсрочка может предоставляться на один год, а рассрочка — на три года. При этом законопроект предполагает возобновление сроков давности только в момент подачи налоговым органов материалов для возбуждения уголовного дела следователю.
Отзыв на законопроект ТПП направила в Минфин (Forbes ознакомился с копией документа). В отзыве ТПП указывает, что новые нормы могут создать дополнительные рычаги давления на налогоплательщиков, необоснованно расширяют уголовно-правовые механизмы для решения таких вопросов и создают дисбаланс между интересами предпринимателей и фискальными интересами государства. Поэтому ТПП в текущей редакции документ не поддерживает.
«Инициатива о приостановлении течения сроков давности по налоговым преступлениям несет риски для бизнеса», — сказал Forbes глава ТПП Сергей Катырин. Угроза «замораживания» сроков давности может использоваться для принуждения к согласию на определенные условия урегулирования задолженности или отказу от обжалования решений налоговых органов, говорит он. Кроме того, изменения могут привести к тому, что возможность уголовного преследования будет зависеть от длительности административных процедур налоговых органов и финансового состояния налогоплательщика, имеющего или не имеющего возможность вовремя оплатить долг, указывает Катырин.
В своем заключении ТПП акцентировала внимание на нескольких моментах. Приостановление сроков давности из-за рассрочки или отсрочки платежа создает ситуацию, когда намерение бизнеса легально урегулировать задолженность используется против него. То есть фактически период, когда налогоплательщика могут привлечь к уголовной ответственности, становится неограниченным.
В пояснительной записке к законопроекту отмечается, что основной целью уголовного преследования за налоговые преступления является возмещение ущерба. «Однако это входит в противоречие с задачами уголовного права и положениями статьи 2 Уголовного кодекса (УК РФ), где основной целью является наказание за совершенное общественно опасное деяние», — говорится в заключении ТПП. Возмещение ущерба — важная, но не основная задача уголовного преследования. Также в документе отмечается, что нормы законопроекта создают дополнительные рычаги давления на налогоплательщиков.
По мнению ТПП, из пояснительной записки следует, что «проблема, связанная с истечения сроков давности, возникает из-за длительности налоговых проверок и административных процедур». Логичнее было бы усовершенствовать и ускорить эти процедуры, а не вносить изменения в уголовно-правовые нормы, подчеркнули в бизнес-объединении. Вместо приостановки сроков давности целесообразнее исчислять их не после завершения преступления, а с момента вступления в силу окончательного решения налогового органа, устанавливающего наличие недоимки. Это более точно соответствовало бы специфике налоговых преступлений, считают в ТПП.
Инициатива о приостановке сроков давности по налоговым преступлениям реализована в двух законопроектах, которые «комплексно направлены на совершенствование механизма предоставления налоговой рассрочки и отсрочки», сказал Forbes представитель Минфина. Поправки в первую очередь нацелены на перенос сроков направления материалов в следственные органы и привлечение к ответственности на период действующей налоговой рассрочки или отсрочки, объясняет он. Для этого планируется внести изменения в первую часть Налогового кодекса (НК РФ). Эти поправки позволят налогоплательщикам, которым одобрена отсрочка или рассрочка, вносить платежи без риска привлечения к ответственности, добавили в министерстве.
При этом, чтобы не допустить использование рассрочки или отсрочки для затягивания сроков давности, но не выплаты долга, и потребовались корреспондирующие поправки в Уголовный кодекс и Уголовно-процессуальный кодекс (УПК РФ). Сейчас оба законопроекта находятся на этапе общественного обсуждения, по итогам которого инициативы могут быть доработаны с учетом поступивших предложений, заключил представитель Минфина.
Поправки необходимы, так как в случае возбуждения уголовного дела действие отсрочки или рассрочки прекращается, сказал Forbes представитель Федеральной налоговой службы (ФНС). В этом случае налогоплательщик в течение одного месяца после принятия решения о досрочном прекращении отсрочки или рассрочки обязан уплатить неуплаченную сумму задолженности, что может привести к банкротству организации, объясняет он. А поправки в УК РФ и УПК РФ по существу являются корреспондирующими. Это соотносится с общей концепцией уголовного преследования за неуплату налогов, поскольку его целью «становится не столько сам факт уголовной репрессии и назначение наказания, сколько возмещение причиненного ущерба», отметил представитель ФНС.
По словам партнера «МЭФ Legal» Вадима Зарипова, прежде всего важно понимать причину появления законопроекта: сегодня НК РФ не предполагает, что во время рассрочки или отсрочки материалы для возбуждения уголовного дела не будут направлены следственным органам. В результате зачастую, когда налогоплательщики получают рассрочку и регулярно платят по ней, уголовное дело все равно возбуждается, а это исключает предоставление рассрочки. Поэтому необходимо прямо предусмотреть рассрочку как обстоятельство, исключающее передачу материалов в следственные органы, подчеркнул он. Но в таком случае есть риск, что недобросовестные лица используют отсрочку, чтобы дождаться истечения срока уголовного преследования и прекратить погашение долга, отмечает юрист.
Изначально решение проблемы было предложено президенту Владимиру Путину «Деловой Россией». В письме, направленном в мае 2025 года за подписью председателя организации Алексея Репика (есть у Forbes), было предложено в первую очередь запретить направлять материалы для возбуждения уголовного дела во время рассрочки или отсрочки, а также предусмотреть приостановку сроков давности на период рассрочки или отсрочки. Само приостановление течения срока давности по налоговым составам на период отсрочки или рассрочки справедливо и не противоречит интересам добросовестного бизнеса, уверена руководитель Экспертного центра по уголовно-правовой политике «Деловой России» Екатерина Авдеева, принимавшая участие в разработке этих предложений. «Но в текущей редакции законопроекта срок давности ограничен не периодом отсрочки или рассрочки или моментом нарушения ее предпринимателем, а используется формулировка «до момента направления материалов в правоохранительные органы» — это создает правовую неопределенность», — уточняет она.
Возражения ТПП о потенциальных рисках давления и продления срока давности справедливы, считает Авдеева. Лучше исходить из четкой конструкции о приостановлении сроков давности на период отсрочки с одновременным предоставлением гарантий того, что в этот период в случае добросовестного поведения материалы в правоохранительные органы не будут направляться. Тогда после выплаты задолженности никаких уголовно-правовых рисков не возникает: уголовные дела не возбуждаются, если налоговая недоимка оплачена полностью, заключает эксперт.
Принятие решения о передаче материалов для возбуждения уголовного дела налоговиками непрозрачно, с момента нарушения условий рассрочки до передачи материалов следователям может пройти немало времени, что безосновательно сдвигает срок давности вправо, согласен Вадим Зарипов. По его мнению, нужно предусмотреть в Налоговом кодексе оперативное составление акта о том, что условия рассрочки нарушены. Его направление налогоплательщику и должно возобновлять срок, предлагает он.
Сроки давности в рамках любого законодательного процесса представляют собой определенную гарантию — не только стабильности, но и предсказуемости, понимания последствий, их прогнозирования, предложение же Минфина, по сути, направлено на размывание и смещение этого баланса в пользу публичного интереса, считает руководитель налоговой и таможенной практики CLS Екатерина Смоловая. По мнению адвоката BGP Litigation Алексея Лямина, позиция ТПП «представляется более логичной и обоснованной, нежели предложения авторов законопроекта»: если материалы из налогового органа приходят в следствие уже с истекшим сроком давности, то проблема кроется не в положениях уголовного закона, а в длительности процедур. При этом и предложение ТПП об исчислении сроков давности не с момента окончания преступления, а с момента вступления в силу решения налогового органа противоречит уголовному кодексу, говорит Лямин. По общему правилу, единому для всех преступлений, сроки исчисляются именно со дня их совершения, пояснил он.