К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего браузера.

Два сценария для экономики: что нужно знать о новом российском бюджете до 2029 года

Фото: Олег Спиридонов / Бизнес Online / ТАСС
Фото: Олег Спиридонов / Бизнес Online / ТАСС
Бюджет на предстоящую трехлетку отметился рекордными расходами на оборону, превышением госдолгом отметки 20%, которую власти ранее характеризовали как комфортную, и вялой динамикой расходов по «гражданским» статьям. Как повлияет бюджетная политика на экономический потенциал, какой эффект стоит ожидать для ключевой ставки и как экономисты оценивают шансы властей в этот раз вписаться в планируемые цифры по дефициту — в материале Forbes

Основные приоритеты

Вечером в среду, 30 сентября, правительство внесло в Госдуму проект федерального бюджета на 2027–2029 годы и пакет документов-спутников, включающий основные направления налоговой, бюджетной, таможенно-тарифной политики, а также анонсированные ранее налоговые изменения. 

В 2026 году дефицит бюджета окажется заметно больше, чем предполагалось в прошлогоднем законопроекте, следует из пояснительной записки к основному документу. На этот раз показатель будет выше примерно вдвое — 7,345 трлн (3,2% ВВП) вместо 3,786 трлн рублей (1,6% ВВП). В номинальном выражении это рекорд как минимум с 2006 года: предыдущий максимум был зафиксирован в 2025-м (5,65 трлн рублей), а в доле ВВП — максимальный показатель с пандемийного 2020-го, когда он составил 3,8%.

Telegram-канал Forbes.Russia
Канал о бизнесе, финансах, экономике и стиле жизни
Подписаться

Главным источником финансирования дефицита остаются государственные заимствования, однако по итогам 2026-го на это пойдет и значительная сумма из Фонда национального благосостояния (ФНБ) — 459 млрд рублей (ликвидная часть фонда на начало сентября составляла около 4 трлн рублей). При этом госзаимствования тоже окажутся заметно больше, чем планировалось в законе о бюджете, — 5 трлн вместо 3,98 трлн рублей.

Основной статьей расходов в ближайшие три года останутся оборонные, причем цифры, заложенные в нынешнем бюджетном документе, оказались существенно выше, чем в бюджете на предыдущую трехлетку. Так, в 2027 году на раздел «Национальная оборона» планируется потратить 17,1 трлн рублей (более трети от общей суммы затрат в 48,7 трлн рублей) вместо заложенных в прошлогодних бюджетных проектировках 13,5 трлн рублей, а в 2028-м — 16,6 трлн вместо 13 трлн рублей. В 2029 году на эти цели запланировано потратить 16,3 трлн рублей. Еще свыше 4,2 трлн рублей в 2027 году предусмотрено на «Национальную безопасность и правоохранительную деятельность» (содержание МВД, Росгвардии и спецслужб).

 

На этом фоне динамика трат на «гражданские» статьи выглядит скромнее. Например, на раздел «Социальная политика» в 2027 году планируется потратить 6,65 трлн рублей, тогда как год назад предполагалось выделить 7 трлн рублей. На образование на следующий год запланировано выделить 1,7 трлн рублей (вместо изначальных 1,8 трлн рублей), на здравоохранение — 1,8 трлн рублей (вместо 1,9 трлн рублей), на национальную экономику (поддержка МСП, сельского хозяйства, строительство дорог и т.д.) — 4,6 трлн рублей (вместо 4,9 трлн рублей).

Влияние на потенциал

Новый бюджет выглядит ориентированным на оборонно-силовые статьи, высокая доля расходов на национальную оборону и безопасность является прямым подтверждением этого факта, констатирует старший научный сотрудник лаборатории структурных исследований РАНХиГС Владимир Еремкин. Однако сам по себе рост расходов на оборону не означает негативного эффекта для потенциала экономики: последние годы в России они были одним из факторов поддержания совокупного спроса, загрузки промышленности, инвестиций и занятости, отмечает доцент факультета экономических наук НИУ ВШЭ Анна Федюнина. Скорее, ключевой вопрос — насколько сформированный оборонными расходами промышленный и технологический потенциал транслируется в гражданский сектор. Оборонный заказ способен создавать спрос на машиностроение, электронику, материалы, ПО, НИОКР и квалифицированный труд, а технологические разработки имеют важное гражданское применение. При сохранении трансмиссии в гражданскую экономику высокий уровень оборонных расходов может поддерживать не только текущий выпуск, но и предложение, говорит эксперт. Важен и эффект через доходы населения: высокие зарплаты в ОПК и связанных с ним отраслях поддерживают потребительский спрос, особенно в регионах концентрации производства, считает Федюнина.

В ближайший год бюджет будет способен выполнять стабилизирующую функцию, несмотря на значительный дефицит, позволяет исполнить все социальные обязательства (например, индексация пенсий и пособий, детский бюджет), сохранить макроэкономическую устойчивость и обеспечить загрузку и занятость в оборонной промышленности и смежных отраслях, считает Владимир Еремкин. На развитие инфраструктуры, образования и здравоохранения направляется меньше ресурсов, но это пока что не будет иметь серьезных последствий, считает он.

В то же время в среднесрочной перспективе бюджет может порождать структурные риски для экономического роста, признает  Еремкин. Сокращение расходов на человеческий капитал может снижать качество социальных услуг и сдерживать рост производительности труда. Доминирование оборонных расходов будет и дальше негативно влиять на возможности роста гражданских секторов экономики, а финансирование дефицита бюджета преимущественно за счет новых крупных заимствований будет создавать эффект вытеснения на внутреннем рынке (государство будет вытеснять частных заемщиков), поддерживать высокую стоимость денег в экономике и ограничивать инвестиционную активность, рассуждает он.

 

В долгосрочной перспективе возможны два сценария. Если геополитическая ситуация нормализуется, будут реализованы институциональные реформы, а бюджетные приоритеты сместятся в сторону гражданских отраслей и человеческого капитала, тогда накопленные дисбалансы можно будет постепенно исправить, прогнозирует Владимир Еремкин. Сохранение же текущих приоритетов приведет к хроническому недофинансированию гражданских отраслей, что будет обуславливать технологическое отставание и снижение конкурентоспособности отечественных производителей. Тогда и в социальной сфере произойдут серьезные негативные изменения: устаревание инфраструктуры, отток кадров и заметное снижение качества услуг. «Экономика продолжит терять свой потенциал, станет более уязвимой перед внешними шоками и усилит свою зависимость от бюджетных вливаний», — предупреждает экономист.

В текущей конфигурации бюджет решает текущие задачи и закладывает риски для устойчивого роста и социального развития в будущем — такой структурный дисбаланс вполне может быть пересмотрен, когда для этого будут созданы соответствующие условия, резюмирует Еремкин.

Госдолг продолжает расти

Пока на 2027-2029 годы планируется существенный дефицит, хотя он и будет снижаться от уровня 2026 года. На 2027 год показатель увеличили, по сравнению с прошлым прогнозом, на 70%, до 5,4 трлн рублей вместо изначальных 3,18 трлн, на 2028 год — на 45,7%, до 5,119 трлн с 3,5 трлн рублей. На 2029-й запланирован дефицит 5,245 трлн рублей.

Для финансирования бюджетного дефицита планируется увеличить объем заимствований. По сравнению с прошлогодним планом в 2027 году показатель вырастет на 62%, до 6,134 трлн рублей (вместо 3,8 трлн рублей), в 2028-м — на 27,7%, до 5,8 трлн рублей взамен 4,57 трлн. На 2029 год показатель запланирован на уровне 5,7 трлн рублей.

 

Прогнозируемый объем госдолга на 2027 год тоже стал выше. Теперь ожидается, что он составит почти 54 трлн рублей, или 21,7% ВВП (вместо 48,4 трлн рублей, или 19% ВВП). Причем ранее Минфин характеризовал 20% ВВП как «безопасный» уровень госдолга и тот порог, который не перешагнуть даже в самом пессимистичном сценарии. Госдолг ниже 20% глава Минфина Антон Силуанов называл преимуществом российской экономики. 

Пока уровень госдолга остается весьма низким по мировым меркам — например, в странах Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР, страны Западной Европы) госдолг в среднем превышает 100%, говорит сотрудник лаборатории макроструктурного моделирования НИУ ВШЭ Григорий Жирнов. Превышение 20% ВВП само по себе не означает проблем с обслуживанием долга, отмечает старший управляющий директор, руководитель Центра макроэкономических исследований Сбербанка Александр Исаков. «Устойчивость зависит прежде всего от стоимости заимствований, объема будущих дефицитов и способности бюджета выплачивать проценты без постоянного наращивания долга», — объясняет он.

Более ощутимый вызов на ближайшем горизонте, по словам Григория Жирнова, — рост стоимости обслуживания долга и навес объема заимствований на внутреннем финансовом рынке. В России один из самых дорогих госдолгов среди крупных экономик в силу жестких денежно-кредитных условий, отмечает главный экономист «Эксперт РА» Антон Табах. Рост процентных расходов создает ограничения для экономики, на обслуживание долга в 2027 году заложено 4,57 трлн рублей, около 9% всех расходов федерального бюджета, — это сокращает возможности финансировать другие направления, говорит Исаков.

Кроме увеличения заимствований, властям снова пришлось повышать налоги, среди основных мер: ввод прогрессивного НДФЛ 13–22% на пассивные доходы граждан, ввод НДС 22% на покупки зарубежных товаров на маркетплейсах, хотя раньше планировалось увеличивать ставку постепенно, а также налог на сверхприбыль для части добывающих компаний. Согласно оценке Минфина, ежегодно федеральный бюджет будет дополнительно получать по 450 млрд рублей за счет ввода прогрессии на пассивные доходы, по 200 млрд рублей от обложения сверхдоходов, по 75 млрд рублей от НДС на заграничные товары, приобретенные на цифровых платформах. На ближайшие три года прогнозируется рост ненефтегазовых доходов с 33,6 трлн рублей в 2026 году до 36,3 трлн в 2027-м (+8% к 2026 году), в 2028-м — 38,2 трлн рублей (+5,3%) и 40,9 трлн рублей в 2029 году (+7%). Увеличение показателя связывают с изменениями налогового законодательства, а также с ростом поступлений из-за улучшения администрирования и увеличения собираемости. 

Выполнят ли план

Последние два года бюджетная политика оказывалась более стимулирующей, чем планировалось. Например, сейчас Минфин ожидает, что в номинальном выражении расходы в следующем году будут сопоставимы с 2026 годом, отмечает Григорий Жирнов. Однако не исключено, что и в 2027 году фактическая траектория расходов бюджета отклонится от текущих проектировок вверх, предполагает он, — в первую очередь это будет зависеть от «неэкономических задач», которые могут возникнуть по ходу исполнения бюджета.

Действительно, опыт последних лет вынуждает несколько скептически относиться к прогнозам расходов федерального бюджета, в частности на национальную оборону, говорит главный экономист «Ренессанс капитала» Андрей Мелащенко. Тем не менее, по его мнению, есть как минимум две причины полагать, что в 2027 году отклонение от плана по расходам будет меньше. Минфин отказался от предпосылки достижения первичного структурного баланса в ближайшие годы, что делает общую картину чуть реалистичней. При этом в 2026 году для финансирования дефицита Минфин активно использует остатки на счетах, поэтому в следующем году возможное пространство для маневра за счет использования этих средств будет меньше, сказал он.

 

По мнению Александра Исакова из «Сбера», поскольку в проекте бюджета сокращение дефицита подкреплено конкретными мерами по ограничению расходных обязательств, потенциал превышения расходов в 2027 году можно оценить как более умеренный, чем в прошлые годы. «По нашему прогнозу, расходы могут оказаться выше плана примерно на 1 трлн рублей, это около 2% предусмотренных в проекте 48,7 трлн рублей», — рассказал он. Главный риск — дополнительные обязательства, которые могут появиться уже в ходе исполнения бюджета, добавил Исаков.

Как повлияет на политику ЦБ

Первичный структурный дефицит (расходы без учета расходов на обслуживание госдолга выше базовых нефтегазовых и ненефтегазовых доходов), как отмечается в материалах к проекту бюджета, в 2026 году составит 4,265 трлн рублей, или 1,8% ВВП, в 2027 году сократится до 1,5 трлн рублей ( 0,6% ВВП), в 2028 году — до 500 млрд рублей (0,2% ВВП). При этом Банк России в своем базовом сценарии заложил более высокие показатели: 2% ВВП в 2026 году, 1% — в 2027 году, 0,5% — в 2028 году и нулевой уровень в 2029 году.

Это обстоятельство само по себе могло бы чуть снизить ожидаемую траекторию ставки при прочих равных условиях, говорит директор по инвестициям «Астра УА» Дмитрий Полевой. Однако инфляция сейчас вновь ускорилась из-за топлива, тарифы ЖКХ в 2027-2029 годах будут вновь повышать быстрее прошлых планов — с поправкой на это ЦБ может сохранить свой базовый прогноз ставки или даже чуть его повысить, если в целом прогноз инфляции на 2027-2029 годы повысится в обновленных расчетах регулятора к октябрьскому заседанию, сказал он.

При прочих равных более сдержанный бюджетный спрос может позволить ЦБ держать ключевую ставку в 2027 году примерно на 0,5 п.п. ниже, чем предполагалось ранее, полагает Александр Исаков. Для ставки будет важно, как исполнится бюджет и насколько устойчиво замедлится инфляция, подчеркивает он. По мнению главного экономиста «Ренессанс капитала» Андрея Мелащенко, в центре внимания Банка России будет ситуация с моторным топливом и связанные с этим вторичные эффекты, а также оценки текущей жесткости денежно-кредитных условий, которые, судя по оживлению кредитования (в том числе потребительскому), могли перестать быть достаточно жесткими для достижения цели по инфляции.

Исходя из проекта Минфина бюджетный импульс (влияния бюджетной политики на совокупный спрос и экономическую активность) снизится с 2,4% ВВП в 2026 году до 0,4% ВВП в 2027-м — на 2 п.п. Это означает сокращение поддержки спроса со стороны бюджета, отметил Александр Исаев. Бюджетный проект открывает возможность для возобновления цикла снижения ключевой ставки уже в IV квартале 2026 года и его продолжения в 2027-м, прогнозирует он.