«Я женщина, и я сделала это!» Как инженер Ubisoft воссоздавала Нотр-Дам для компьютерной игры

Егор Азаркевич Forbes Contributor
Фото Ubisoft
Кэролайн Мойс — сотрудница Монреальского офиса Ubisoft и главный художник Assassin’s Creed: Unity. Она потратила 5000 часов на то, чтобы для воссоздать для компьютерной игры облик Нотр-Дам-де-Пари времен Великой французской революции. Как велась эта работа и пригодится ли она при восстановлении сгоревшего собора?

Как бы ни хотелось фанатам Assassin’s Creed верить, что Собор Парижской Богоматери будут восстанавливать по его изображению в игре, едва ли французские власти обратятся к разработчику за помощью, признал историк Ubisoft Максим Дюран в интервью Business Insider.

Пожар начался в Нотр-Даме вечером 15 апреля, ​огнем были уничтожены шпиль и крыша. По прогнозу президента Франции Эмманюэля Макрона, на реконструкцию здания уйдет не менее 5 лет. Дюран сказал, что для работы над эпизодом игры, в котором фигурирует собор, еще не использовалась фотограмметрия — технология создания 3D-моделей из нескольких изображений одного объекта, а художники полагались на фото и видео. По его словам, Ubisoft имеет «огромную базу данных» об объекте, и это, без сомнения, может помочь при его восстановлении, но он будет очень удивлен, если архитекторы действительно привлекут его компанию к участию в работах.

О том, как именно велась работа по «оцифровке» Нотр-Дама для компьютерной игры и чем копия отличается от реального прототипа, главный художник Assassin’s Creed Кэролайн Мойс рассказывала в интервью в корпоративном блоге Ubisoft в 2014 году. Приводим его целиком.

Вы впервые увидели Нотр-Дам вживую, когда работы по его воссозданию для игры уже были завершены. Каково это было?

Невероятно! Это было просто… Боже, как красиво! В то же время, это было странное чувство: казалось, будто я иду домой. Я так хорошо знаю Нотр-Дам, потому что изучала его во всех подробностях, и все, что я увидела, выглядело так знакомо! Было много смешанных эмоций. Я называла его своим громадным ребенком. Захотелось достать свои наброски и поработать над ними.

Поскольку вы никогда раньше не видели собор, с какими источниками работали?

Мы смогли найти множество чертежей, показывающих как именно строился Нотр-Дам. Мне очень помог историк Assassin’s Creed Максим Дюран — делился своим опытом. Еще у меня была тона книг, а гугл стал моим лучшим другом. Сейчас можно найти столько всего в интернете!

Но помимо этого, мне очень помогли беседы с людьми. Очень сложно сфотографировать Нотр-Дам так, чтобы запечатлеть каждую его деталь. Необходимо сделать кучу фотографий и собрать их, как пазл. И одно дело — воссоздать каждую мелкую деталь собора, но хотелось также поговорить с людьми, которые там бывали, и узнать, какие ощущения должен испытывать стоящий напротив. Мне было очень важно заставить игроков испытывать правильные эмоции, когда они видят Нотр-Дам в игре.

Нотр-Дам в Assassin’s Creed не совсем такой, каким он был во времена Французской революции. Какие изменения вы внесли и почему?

Шпиль — одно из самых существенных и заметных изменений. У нас недостаточно информации о том, как выглядел оригинальный шпиль, потому что он упал в XVIII веке, а потом его перестроили в то, что мы видим сейчас. Он был деревянным и, честно говоря, выглядел не очень притягательно. Не думаю, что фанатам игры он бы понравился. Собор Парижской Богоматери является ключевой составляющей силуэта города. Вы видите его и сразу же узнаете, в том числе благодаря массивному шпилю. Так же узнаваемы и две башни, но шпиль — самая высокая точка Нотр-Дама, поэтому мы хотели дать игрокам возможность забраться на него и увидеть Париж с самой верхушки.

В интересах игрового процесса нам пришлось немного изменить внутреннюю часть собора, чтобы добавить несколько слоев навигации. Недостаточно было просто воссоздать памятник. Игроки должны были иметь возможность взаимодействовать с ним изнутри и снаружи. Мы делаем игру, и она должна доставлять удовольствие. Было важно адаптировать такой памятник как Нотр-Дам для игрового процесса так, чтобы у участвующих остались исключительно приятные впечатления.

Мы расположили тросы с кадильницами на втором ярусе Нотр-Дама, чтобы игрокам было проще передвигаться, когда они находятся над землей. Мне кажется, это добавило собору индивидуальности. Я оставила свой маленький след в нескольких частях Нотр-Дама, и в этом есть что-то особенное. Так возник уникальный колорит, который могут увидеть лишь игроки Assassin’s Creed: Unity. В нашем Нотр-Даме немного больше фантазии, и я думаю, это здорово.

Какие собственные штрихи вы добавили?

Я называю это своими «украшениями». Вы увидите сияние золота, когда будете бродить по залу в компьютерной игре — это частичка меня и моих предпочтений. Поначалу я испытывала стресс, не хотелось все испортить. Людям хорошо знаком Нотр-Дам, он появляется в стольких фильмах и почти все могут его распознать. Это как Нью-Йорк. Все знают Нью-Йорк. Но я все еще хотела добавить собственных деталей. Для меня это как музыкальный кавер: вы можете исполнять чужую песню, но в вашей личной интерпретации. Это мой кавер. Я добавила частичку себя.

Большинство фанатов думает, что только мужчины работают над Assassin’s Creed. Так что эти маленькие женственные детали — мой способ сказать: «Да, я женщина, и это мое. Я сделала это, и это круто!». Я так вижу.

Вы сталкивались с какими-либо проблемами в процессе воссоздания собора?

Когда мы приступили к исследованиями, первым делом начали изучать все юридические аспекты. Есть вещи, которые мы не могли полностью воссоздать в игре из-за проблем с авторским правом. Но мы решили не воспринимать это негативно. Например, когда я смотрю на орган, мне кажется, что это шедевр. Он такой огромный и красивый… и защищен авторским правом. Мы не могли в точности скопировать его, зато мы могли попытаться передать то чувство, которое испытываешь, стоя перед ним. Мы сохранили его общий вид, поэтому понять, что это не тот самый орган, можно, лишь приблизившись вплотную.

Так что копирайт, на самом деле, открыл мне возможность покреативить. Нужно было сохранить чувства и эмоции, следя за тем, чтобы облик оставался узнаваемым. Это позволило мне создать что-то новое из того, что уже хорошо известно. Это был интересный вызов, и большое удовольствие — с ним справляться.

Если бы вам пришлось выбирать любимую часть Нотр-Дама в Assassin’s Creed: Unity, что бы это было?

Как ни странно, у меня есть два варианта. Первый — витраж. У меня было одно и то же чувство и когда я его воссоздавала, и когда я впервые увидела его вживую. Так я узнала, что все получилось. Он так красив и безмятежен!

Но моя вторая любимая часть — это, конечно же, шпиль. Это то, чем я очень горжусь, так как создание его оказалось невероятно трудным. Легко сказать: «Да она его просто скопировала. Подумаешь». Необходимо было следовать куче разных правил, учитывать множество навигационных аспектов. Мы воссоздавали не просто для вида — все должно было быть функциональным, доступным игроку. Сложно было сделать так, чтобы шпиль выглядел по-настоящему и в то же время соответствовал всем техническим аспектам. Я так горжусь тем, что получилось! Я сделала это! Это потрясающе. Надеюсь, каждый игрок воспользуется шансом залезть на самый верх. Вид там превосходный.

Новости партнеров