закрыть

Мама для бизнеса. Почему женщины редко возглавляют крупные компании

Фото Brooke Lark / Unsplash
Женщины-руководители часто говорят о своем проекте как о своем ребенке, а потом удивляются, почему их воспринимают не как профессионалов, а как хранительниц очага

По данным Forbes, в 2017 году среди 200 руководителей крупнейших частных российских компаний было только 5 женщин. По статистике, среди руководителей государственных компаний всего около 2% женщин, похожая ситуация и в губернаторском корпусе, и в президиуме Верховного суда, и в правительстве. Связано ли это со стереотипами о традиционных гендерных ролях или с профессиональными качествами и навыками кандидатов в руководители?

Образование не для всех

С одной стороны, причина кроется в объективных факторах. В историческом разрезе само слово «карьера» для женщин относительно новое, так как карьера обычно строится после получения необходимых навыков или образования. А право на получение полноценного образования, в том числе в высших учебных заведениях, появляется у женщин только с середины 19 века. Например, такие вузы, как Оксфорд и Кембридж, открыли свои двери для женщин только в 20-м веке.

Кроме того, длительное время существовало деление на «женские» и «мужские» области знаний, и выбор женщиной «мужских» предметов — математики, химии, физики, медицины, — считался странным, предосудительным. В последнее время ситуация принципиально изменилась. Многие образовательные учреждения целенаправленно продвигают «мужские» профессии среди женщин, понимая, какую ценность «смешанные» команды могут принести бизнесу. IT-компании (IBM, Google) и корпорации из других секторов вкладывают ресурсы в развитие интереса девочек к техническим специальностям. В частности, в этом году Johnson & Johnson запускает в России глобальный проект WISTEM2D, в рамках которого сотрудники будут проводить занятия в общеобразовательных школах Москвы, Подмосковья и других регионов России и пытаться привить ученикам (преимущественно девочкам) интерес к точным наукам. Например, научат школьниц выделять ДНК клубники.

Google создал проект Made with Code специально для девочек-подростков, интересующихся программированием и web-дизайном. На сайте проекта есть специальные курсы по кодированию и вдохновляющие видео. С помощью этого ресурса девочки могут создавать музыку, постеры и даже сайты. Локальная Moscow Coding School несколько раз проводила отдельные курсы по кодированию для девушек и женщин.

Экс-президент США Барак Обама в 2009 году создал Совет Белого дома по вопросам женщин и девочек, который в том числе занимался темой вовлечения женщин и девочек в STEM (наука, технологии, инженерия и математика). Интересно, что согласно данным Совета, женщины, которые работают в STEM, зарабатывают на 33 процента больше, чем женщины, не занятые в STEM, и испытывают меньший разрыв в заработной плате по сравнению с мужчинами. Стэнфордский университет также поддерживает женщин, изучающих компьютерные науки. На базе университета существует студенческая организация Women in Computer Science, цель которой — построить и укрепить сообщество женщин в компьютерных науках, поднять и решить проблемы, с которыми сталкиваются женщины в этой области, и поощрять их профессиональное и научное развитие.

Думаю, при таких многосторонних усилиях в ближайшем будущем мы можем ожидать роста числа женщин-математиков, разработчиков, физиков и т.д., а значит, более равномерного гендерного распределения по профессиям.

Но если проблему доступности образования мы уже пытаемся решить, барьер традиций и культурных особенностей не так просто разрушить.

Добытчики и хранительницы очага

До сих пор в российском обществе сохраняется веками формировавшееся мнение, что мужчина — добытчик, а женщина — хранительница очага. Даже если карьеру строят оба супруга, традиционно ведение домашнего хозяйства, планирование занятий детей чаще остается на женщине, и ей приходится переключаться с одной социальной роли на другую в течение дня.

Недавно The Guardian опубликовал интересную статью лауреата Пулитцеровской премии Бригид Шульте «Величайший враг женщины? Отсутствие времени на себя». Автор статьи утверждает, что сегодня во всем мире, когда так много женщин работают по найму, они по-прежнему проводят как минимум вдвое больше времени, чем мужчины, занимаясь домашним хозяйством и уходом за детьми. Шульте приводит интересный факт из биографии композитора Густава Малера. Малер женился на многообещающей девушке-композиторе по имени Альма, а затем запретил ей сочинять, сославшись на то, что в семье может быть только один композитор. Казалось бы, события в семье Малера происходили в начале 20 века, но до сих пор «второй композитор» в одной семье не является общественной нормой.

«Мать-кукушка»

Некоторые из сотрудниц, с которыми я работала, подвергали критике те семьи, в которых заботу о маленьких детях брали на себя мужья или бабушки и дедушки. И наоборот, ряд знакомых жалели меня — женщину, занимающую управленческий пост — говоря о том, что я взвалила на себя мужские обязанности.

В 2016 году Ксению Собчак обвиняли в том, что она «мать-кукушка», когда после рождения сына она быстро вернулась к работе. Обратная история: юрист-международник Эн-Мари Слотер написала статью «Почему женщины до сих пор не могут получить все», где рассказала, как ее критиковали и жалели за то, что она оставила должность в Белом доме и вернулась в родной штат, чтобы заниматься двумя детьми-подростками.

Елена Смирнова, директор благотворительного фонда «Созидание», — мама пятерых детей. Ей удается сохранять баланс между профессиональными и семейными обязанностями. В одном из интервью она рассказывала, что старается уделять каждому своему ребенку время, но не считает, что забота о детях должна управлять ее расписанием. Несколько лет назад она отказалась от карьеры тренера, потому что такая деятельность занимает все свободное время, не оставляя возможности общаться с детьми, но она освоила другую профессию и добилась в ней успеха. Жюльнар Асфари построила успешную карьеру в финансовом секторе, работала в банках American Express, KIT Finance Investment Bank and Broker и в «Связном банке». Сейчас она занимается социальными проектами и руководит Центром содействия инноваций в образовании «СОЛь». Ответственную должность она без труда совмещает с заботой о шестерых детях. В интервью она рассказывала, что воспитание детей — это та деятельность, которая позволяет человеку научиться определенным навыкам, полезным и в работе. Она живет своей работой и дети, по ее мнению, органично вписываются в такую жизнь.

Если мужчина против

Нередко за время руководства командой мне приходилось слышать от сотрудниц, что супруг не разрешает им много времени проводить на работе в ущерб семейным и домашним делам или что родители не одобряют расставленные в пользу работы и карьеры приоритеты. В ряде культур женщина не может самостоятельно принять решение, например, переехать для развития своей карьеры. (А в маленьких странах отсутствие мобильности может стать серьезным ограничением для продвижения по карьерной лестнице).

Более того, некоторые российские бизнесмены считают возможным публично говорить о том, что женщины не должны заниматься бизнесом. В интервью «Ведомостям» в 2010 году Сергей Галицкий сказал: «…Я хочу, чтобы у меня вырос нормальный ребенок, и не хочу, чтобы моя дочь занималась бизнесом, потому что женщина и бизнес — это разные понятия». Дочь Сергея в итоге открыла свой фитнес-клуб, правда, закрыла его спустя короткое время.

Без вины виноватая

Говоря о поддержке женщин работодателем: в последнее время я наблюдаю еще одно интересное явление, которое родилось из изначально очень правильной концепции Diversity & Inclusion («многообразие и вовлеченность»). Компании-работодатели пристально следят за тем, чтобы у представителей всех полов, рас, вероисповеданий и т.п. были равные возможности для развития карьеры. Но в этом общем стремлении корпораций поддерживать среди прочих групп женщин нужно все же помнить о том, что назначение на ту или иную должность всегда должно быть продиктовано тем, что у кандидата есть компетенции, опыт и возможности для того, чтобы занять конкретную позицию. А не тем, что этот кандидат носит юбку.

И если работодатели сейчас все чаще прикладывают усилия для развития потенциала женщин-профессионалов, зачастую сами женщины этому развитию невольно препятствуют.

По данным EY и агентства «Контакт», женщины часто не делают следующий шаг в карьере, так как у них «нет уверенности» и «не хватает опыта и знаний». Такая неуверенность ведет к тому, что женщины даже не выдвигают свои кандидатуры и не участвуют в конкурсах на замещение открытых позиций.

Еще одна причины — чувство вины. Женщины гораздо чаще испытывают чувство вины, если им приходится меньше времени уделять семье, воспитанию детей. Часто в связи с этим женщины склонны выбирать позиции, не связанные с ненормированным рабочим графиком и командировками. Если на работе возникает форс-мажор или кризисная ситуация, когда в офисе нужно задержаться, женщина начинает нервничать, не фокусируясь на рабочей ситуации и теряя продуктивность.

И, пожалуй, еще одно важное наблюдение. Мужчины обычно воспринимают работу, бизнес как инструмент укрепления финансовой стабильности, а движение по карьерной лестнице — выход из зоны комфорта, приобретение новых интересных знаний и навыков. При этом многие женщины говорят о своей работе или проекте как о своем ребенке. Очевидно, что если женщины сами проводят такие параллели между бизнесом и материнством, то и воспринимать их будут не как бизнес-леди, сотрудников или собственников бизнеса, которые на равных работают, строят карьеру, достигают, но как матерей и хранительниц очага или женщин, которые, возможно, пожертвовали материнством ради карьеры. Я думаю, нам стоит задуматься и перестать создавать подобные стереотипы о самих себе.

Новости партнеров