Отчаявшиеся домохозяйки: какая связь между финансовой зависимостью и домашним насилием 

Forbes
Ольга Размахова Forbes Contributor, Анна Край Forbes Contributor
Кадр из сериала "Большая маленькая ложь" HBO
Психотерапевт Ольга Размахова и гендерный исследователь Анна Край рассказывают, одинаково ли часто страдают от рук мужа домохозяйки и женщины с престижным образованием и статусной профессией

Информированность о проблеме домашнего насилия в современной России крайне мала, системная поддержка его жертвам не оказывается, отмечают соосновательница движения «Психология за права человека», психотерапевт Ольга Размахова и преподаватель департамента психологии факультета социальных наук ВШЭ, гендерный исследователь и практикующий психолог Анна Край. Они решили объединиться, чтобы внести свой вклад в решение проблемы, и теперь вместе пишут книгу и собирают пожертвования на краудфандинговой площадке, чтобы организовать группу поддержки и систему бесплатных онлайн-консультаций для тех, кому нужна помощь. Специально для Forbes Woman они написали колонку о том, кто чаще становится жертвой домашнего насилия — финансово зависимые женщины или финансово самостоятельные, и есть ли вообще какая-нибудь разница, когда дело доходит до побоев со стороны партнера.

Большое количество историй, с которыми мы сталкиваемся в информационном пространстве, рассказывают нам о ситуациях домашнего насилия, теме, которая лишь в последнее время стала предметом диалога совершенно разных людей. Несмотря на это, правозащитницы и активистки борются с этим явлением уже многие годы и заставляют политиков и общественность выводить домашнее насилие в поле видимости, где необходимо предпринимать серьезные действия. Сегодня в России обсуждается проект закона против домашнего насилия, более 800 000 человек подписали петицию о необходимости закона, который бы защищал пострадавших, более 70 правозащитных организаций и благотворительных фондов выступили с требованием принять данный закон. Несмотря на, казалось бы, такую мощную поддержку, закон о домашнем насилии остается непринятым, а количество пострадавших продолжает расти. Возникает вопрос, есть ли что-то, что может защитить нас от домашнего насилия?

Многие из женщин, с которыми мы работаем, говорят о высокой финансовой зависимости от своего супруга, в связи с чем выход из насильственных отношений оказывается для них невозможным. Часто домашнее насилие ассоциируется исключительно с его физическими проявлениями, а последствия других видов насилия на начальных стадиях оказываются невидимыми. Например, если женщина длительное время находится дома, воспитывая детей, и не имеет собственного дохода, она сталкивается в том числе с экономическими факторами, которые ограничивают ее возможности: она не может снять собственную квартиру, обеспечить себя и ребенка необходимыми для жизни продуктами и лекарствами и т. д.

Типичная ситуация выглядит так (реальные истории женщин, с которыми я сталкиваюсь в своей практике, приводить нельзя, чтобы не подвергать их опасности):

Н. долгое время не решается уйти от своего мужа, несмотря на ежедневные побои. Пять лет назад она переехала к нему в крупный город и, в скором времени родив ребенка, не успела обзавестись никакими знакомствами. Сейчас Н. осознает, что в отношениях нельзя оставаться, но так как она не работает уже долгое время, у нее нет никаких сбережений, чтобы жить где-то после ухода. У Н. нет подруг, потому что муж запрещал ей ходить на какие-либо мероприятия и угрожал ей физической расправой, ей не к кому обратиться, чтобы временно пожить с ребенком в безопасном месте. Она понимает, что не сможет кормить себя и ребенка, и боится, что сделает ситуацию еще более страшной.

Действительно, финансовая зависимость от мужа или партнера может выступать значимым фактором, в связи с которым женщина остается в ситуации домашнего насилия или возвращается в нее после попытки ухода. Экономическое насилие предполагает, что один член семьи ограничивает другого в возможности распоряжаться семейным бюджетом, иметь отдельный доход. Для такого вида насилия характерны манипуляции, связанные с лишением бюджета, идущего, например, на детей (например, не оплатить ребенку обучение, не купить одежду и так далее). Одной из распространенных характеристик экономического насилия выступает запрет на работу. Многие женщины, пережившие экономическое насилие, рассказывают о том, что им приходилось просить деньги у супругов и при этих просьбах они испытывали стыд и страх. Было проще отказаться от реализации ряда своих потребностей, чем каждый раз проходить через разъяснения и сталкиваться с большим количеством вопросов о целесообразности данных расходов. Значит ли это, что финансовая независимость влияет на решение выходить из насильственных отношений?

Из альманаха «Насилие и социальные изменения» мы видим, что одними из наиболее триггерных ситуаций, которые влекут за собой проявление домашнего насилия, выступают конфликты «на материальной почве». Экономическое насилие, которое применяется в отношении партнеров, заставляет их чувствовать себя уязвимыми, испытывать чувство вины за то, что они ничего не приносят в семью, не зарабатывают самостоятельно.

Еще одна типичная ситуация:

М. оправдывает насильственное поведение мужа тем, что уже несколько лет не приносит дохода семье, и говорит о том, что могла бы работать параллельно с воспитанием сына. Муж неоднократно указывает ей на факт того, что содержит ее. В то же время он отказал в просьбе М. нанять сыну няню для того, чтобы она могла заняться карьерой, и у нее физически не осталось времени на работу.

Подтверждения того, что экономическое насилие влияет на поведение жертвы, встречаются во многих исследованиях. Например, в книге «Психология поведения жертвы» рассказывается о том, что у женщин, которые долгое время находились в ситуации домашнего насилия, которое включало в себя экономическую составляющую, снижалась способность принимать решения за свою жизнь и жизнь ребенка. Из-за финансовой зависимости идеи о возможности побега или организации убежища кажутся нереальными.

К. рассказывает о том, что чувствует растерянность при мыслях о выходе из отношений с мужем. Решение вызывает у девушки страх, потому что влечет за собой ситуацию, в которой у нее не будет денег и она, как ей кажется, не просто останется в одиночестве, но не сможет организовать себе условия для дальнейшей жизни (по крайней мере сразу, до устройства на новое рабочее место). Поэтому К. уже более года остается в ситуации домашнего насилия, несмотря на то что ее близкие поддерживают ее решение и готовы помочь ей.

Действительно, описывая психологические особенности поведения женщин, которые переживают домашнее насилие, исследователи отмечают, что экономическая зависимость подкрепляет ригидное поведение и в связи с финансовой властью мужа ему приписывается власть за принятие решений и, фактически, власть над жизнями других членов семьи за счет того, что он — единственный источник дохода, если он исчезнет, то у семьи качественно снизится уровень материальной жизни.

Из описанного несложно сделать вывод о том, что при финансовой зависимости от мужа женщина сталкивается с большим количеством препятствий перед выходом из отношений. По данным Всероссийского Центра общественного мнения, индивидуальный доход женщин не связан с меньшей вероятностью физического насилия, применяемого к женщинам. В то же время женщины с минимальным доходом или с отсутствием собственного дохода подвергались физическому насилию статистически чаще. Интересно, что наиболее редко с физическими формами домашнего насилия сталкиваются те женщины, которые характеризуют собственное образование как престижное, а свою профессию как статусную. Мы думаем, что крайне значимым фактором здесь является переживание собственной ценности, которое влияет на самоотношение и самооценку и повышает гибкость поведения и возможность качественнее отстаивать свои границы и реализовывать личные потребности.

Финансовая зависимость вынуждает женщину терпеть насилие, переживать побои, запреты, манипуляции. Финансовая зависимость зачастую возникает из-за того, что муж ограничивает возможности женщины в собственной реализации: профессии, образовании. Попадая в ситуацию экономического насилия, женщина оказывается в условной тюрьме и выйти из отношений становится еще сложнее. Именно для таких ситуаций и нужны соответствующие законы и социальная поддержка. Охранные ордера защищают от возможного насилия после ухода. Кое-где существуют шелтеры — временное жилье, где оказывается и психологическое сопровождение.

А. говорит о том, что, если бы в России в ее городе был шелтер, она не ждала бы ни секунды перед тем, как закрыть за собой дверь квартиры. Она рассказывает, что боится за свою жизнь и жизнь ее близких, если будет скрываться от мужа, а полиция, по ее мнению, не станет ее защищать.

В современной России отсутствует системная поддержка людей, которые переживают домашнее насилие, а информированность о его формах крайне мала. Часто человек не осознает, что состоит в насильственных отношениях из-за социализации, или не знает, в какие организации обратиться за помощью. В ситуации, когда не принят закон, защищающий женщин от домашнего насилия, нам кажется важным говорить об этом и предоставлять качественную информацию о формах насилия и о том, как его распознать, о возможностях поддержки своих близких и инициативах, которые с проблемой домашнего насилия работают.

Новости партнеров