Мисс комета: как астроном Мария Митчелл привела в науку десятки женщин

Комета, которую чуть не упустили

Мария Митчелл родилась в 1818 году на острове Нантакет. Она росла в семье квакеров, которые считали, что девочки должны получать такое же качественное образование, как и мальчики. Отец Марии работал директором школы, а в качестве хобби занимался астрономией. Уильям Митчелл поощрял интерес дочери к науке о звездах, научил ее пользоваться телескопом. 

В 12 лет Мария помогла отцу рассчитать точное время солнечного затмения. К 14 годам производила астрономические расчеты для китобойных судов. В 16 лет окончила школу и стала личной ассистенткой директора. В 17 открыла собственную школу, где обучала девочек естественным наукам и математике — и куда, в отличие от государственных школ того времени, принимали учениц любой расы и вероисповедания. 

Год спустя Марии предложили работу в Читальном зале Нантакета. Там она проработала следующие 20 лет, превратив это место в просветительский и культурный центр, где проходили публичные встречи с известными интеллектуалами того времени и читались лекции. «Воображение особенно необходимо нам в науке. Это не только математика и логика, но и что-то от красоты и поэзии», — говорила позже Митчелл.

Днем Мария читала, а по ночам поднималась (иногда вместе с отцом) на крышу Тихоокеанского национального банка, откуда открывался хороший обзор на небо. 1 октября 1847 года Мария увидела то, на что больше никто не обратил внимания, — размытую бледную полосу, невидимую невооруженным глазом, но хорошо различимую в телескоп, и сразу предположила, что это может быть комета. 

Она рассказала о своем открытии отцу, и гордый Уильям Митчелл захотел сразу же объявить о нем всему миру, однако Мария решила действовать осторожно и на всякий случай еще понаблюдать за новым небесным телом. Только в январе 1848 года она опубликовала в American Journal of Science — от имени отца, боясь, что женщину в научной среде не воспримут всерьез, — сообщение об обнаружении ранее неизвестной кометы. И лишь в феврале там же — уже под своим именем — расчеты для орбиты кометы. В итоге из-за промедления конкуренцию Марии в борьбе за международное признание составил итальянский астроном Франческо де Вико, который заметил ту же комету на два дня позже, но доклад об этом выпустил раньше. 

Однако в конце концов первенство было признано за Митчелл. Она стала третьей женщиной-астрономом в мировой истории, которая открыла комету, — до нее это сделали немки Каролина Гершель и Мария Кирх. Ее избрали в Американскую академию наук и искусств и Американскую ассоциацию содействия развитию науки; она получила золотую медаль, которую король Дании Кристиан VIII учредил за обнаружение новых комет. Небесное тело, которое официально называется C/1847 T1, сегодня также известно как Комета мисс Митчелл.

Научное признание 

Все еще работая в Читальном зале Нантакета, Мария параллельно получила должность специалистки по вычислениям и полевым исследованиям в Береговой службе США (сегодня — Национальная геодезическая служба США). Она отслеживала движение планет и составляла таблицы, использовавшиеся моряками в навигационных расчетах. В 1856 году 38-летняя Митчелл уволилась, приняв предложение стать сопровождающей для дочери богатого банкира в путешествии по Америке и Европе. Она посещала обсерватории, познакомилась с известными астрономами. А по возвращении в Нантакет получила в подарок собственный телескоп — средства на него собрала группа американок.

Став известной в научных кругах и за их пределами, Мария заметила, что отношение жителей Нантакета к ней резко изменилось. «Поистине забавно обнаружить, что тебя возносят на пьедестал в городе, где ты годами тихо жила, и видеть, как двери фешенебельных особняков распахиваются настежь, чтобы принять тебя, хотя раньше они никогда для тебя не открывались», — с иронией отмечала Митчелл. 

Как же она воспользовалась обрушившейся на нее популярностью? Стала наставницей для других женщин-ученых.

В 1865 году 47-летнюю Марию Митчелл пригласили преподавать астрономию в Вассарском колледже для женщин, где она работала следующие 23 года. Одна ее ученица впоследствии получила докторскую степень по математике в Йельском университете (признан в России нежелательной организацией), другая окончила Массачусетский технологический институт и работала расчетчицей в обсерватории Гарвардского колледжа, третья стала профессором астрономии.

Митчелл была строгой преподавательницей. «Я не могу рассчитывать на то, что из вас получатся астрономы, но я ожидаю, что вы оживите свой разум, прибегнув к здоровому мышлению», — говорила она. Ее любимой фразой была: «Вы узнали это из книги или наблюдали сами?» — она считала, что астроном должен каждую ночь находить время для работы у телескопа. И чтобы не быть голословной, Мария Митчелл организовала для своих студенток настоящие экспедиции. В 1869 и в 1878 годах, во времена, когда женщины путешествовали без сопровождения мужчин только в случае крайней необходимости, Митчелл и ее студентки уезжали на тысячи миль от дома, чтобы вести наблюдения.

Пользуясь своей славой и авторитетом, Митчелл помогала своим студенткам преодолевать институциональные барьеры и публиковаться в академических журналах. «Неужели кто-то полагает, что у какой-либо женщины во все века был шанс проявить себя в науке? Пока талантливые женщины не посвятят свою жизнь исследованиям, бесполезно обсуждать вопрос об их способности к оригинальной работе», — была уверена она. А тем, кто сомневался в способностях женщин к астрономии, говорила: «Глаз, способный направить вышивальную иглу точно между сплетением нитей, с таким же успехом установит нить микрометра (измерительный прибор в астрономии. — Forbes Woman) точно по центру звезды».

Справедливость для всех 

В год, когда Мария Митчелл прославилась как открывательница кометы, на Первой конференции по правам женщин, проходившей в Сенека-Фолсе, суфражистки Лукреция Мотт и Элизабет Кэди Стэнтон уделили особое внимание ее научному триумфу. Митчелл, в свою очередь, всегда поддерживала борьбу за равноправие. 

Нантакет, где она родилась и прожила первую половину жизни, до середины XIX века был центром китобойного промысла. Мужчины уходили в море, и вся социальная жизнь острова держалась на женщинах, которые часто работали в найме или вели свои небольшие бизнесы. Мария Митчелл привыкла к такому положению дел и не понимала, откуда берется убеждение, что жизнь женщин должна быть ограничена ролью домохозяйки, жены и матери. «Я так долго считала участие женщин в управлении правильным, что это кажется мне первой аксиомой, которую я усвоила на уроках геометрии», — говорила она. Неудивительно, что преподавание астрономии Митчелл совмещала с отстаиванием женских прав и свобод — например, часто приглашала в колледж известных феминисток, которые читали лекции на социально-политические темы. 

Узнав о том, что ей и другой женщине-профессору, доктору Алиде Эйвери, платят на $1200 в год меньше, чем молодым профессорам-мужчинам, Митчелл открыто выступила против финансового неравенства. Руководство колледжа объясняло разницу в зарплатах «женскими привилегиями» — бесплатным жильем и питанием, которое предоставлялось преподавательницам. Вот только стоили эти «привилегии» меньше, чем $1200 в год, так что колледж еще и экономил. Митчелл написала в Совет попечителей и вошла в состав комитета, занимавшегося решением этого вопроса. Ее усилия привели к тому, что преподавательские ставки уравняли, а вопросы, связанные с жильем и питанием, решались теперь в индивидуальном порядке. «Мы боролись за всех женщин, потому что несправедливость, постигшая нас, была скорее общей, чем частной», — комментировала Мария этот случай.

В 1873 году она стала соучредительницей Ассоциации по улучшению положения женщин (Association for the Advancement of Women) и была ее президентом в 1874–1875 годах. «Пока женщины не откажутся от почтения к власти, они не будут развиваться. Когда они это сделают, когда они придут к истине через собственные исследования, когда сомнения приведут их к открытию, обретенная ими истина станет их собственной, и их разум обретет свободу мысли», — размышляла Митчелл. 

Она также участвовала в движении против рабства, ужасы которого ей довелось увидеть в южных штатах во время того самого путешествия с дочерью банкира. Митчелл даже отказывалась носить хлопчатобумажную одежду, бойкотируя продукцию хлопковых плантаций, на которых в основном и использовался рабский труд.

Мария Митчелл преподавала в Вассарском колледже до 1889 года. Она умерла в 70 лет, через год после того, как вышла на пенсию. Позже в Нантакете создали Ассоциацию Марии Митчелл, которая и по сей день занимается сохранением ее астрономического наследия. В 1989 году Митчелл включили в Национальный зал славы женщин, а обсерватория в Нантакете носит ее имя. 

В 1997 году во время уборки в Вассарском колледже нашли пластины с фотографиями солнца, подписанные рукой Марии Митчелл. Она сделала их с помощью аппарата, который сама же и сконструировала. С тех пор они хранились в одном из шкафов.

«Лучше всматриваться в спектрограф, чем в узор платья», — сказала однажды Мария, которая мечтала о научной свободе для женщин и оставалась верна любимому делу до конца своих дней.