«Будто мы стремимся разрушить нормы»: как женщины в Иране впервые вошли в парламент
После того, как 7 января 1936 года в Иране запретили ношение чадры, женщины начали отмечать этот день как праздник. Но в 1963 году вместо торжеств прошла сидячая забастовка. В стране готовился референдум по программе реформ, предложенной шахом Мохаммедом Резой, и активистки добивались для женщин возможности принять в нем участие. Тем более что одним из пунктов шахской программы было предоставление женщинам права избирать и быть избранными.
В конце концов им позволили проголосовать символически. На избирательных участках поставили отдельные «женские» урны, бюллетени из которых не имели юридической силы, хотя и были подсчитаны — за реформу высказались 271 179 избирательниц. Впрочем, и мужских голосов хватило для того, чтобы программа была принята.
Хотя программу реформ одобрило абсолютное большинство проголосовавших, спустя полгода в ряде городов вспыхнули протесты, подавление которых привело к тысячам жертв (тогда же, кстати, из страны был выслан аятолла Хомейни, который спустя 14 лет возглавил Исламскую революцию).
Тем не менее уже в сентябре прошли выборы, на которых женщины и голосовали, и выдвигали свои кандидатуры. В нижнюю палату — меджлис — тогда прошли шесть женщин, еще две женщины были назначены в верхнюю — сенат (после 1979 года иранский парламент стал однопалатным).
В сборнике эссе, опубликованном (вероятно, в самом начале 1960-х годов) под названием «Женщины и выборы», аятоллы предсказывали крах общественной морали, если женщинам будут предоставлены политические права. Вот что случилось на самом деле: благодаря работе женщин в парламенте 21–23-го созывов дела о разводах были переданы из шариатских судов в семейные, брачный возраст был повышен, многоженство ограничено (чтобы жениться повторно, необходимо было согласие первой жены). Хотя аборты все еще были запрещены, за них перестали сурово наказывать (позже, с 1977 года, женщины могли легально прервать беременность: замужние — с согласия мужа, незамужние — по собственному желанию).
Образование стало доступнее для девочек: например, был создан Корпус грамотности («Сепах-и Данеш»), который занимался ликвидацией безграмотности, в том числе в сельских районах. Расширился список доступных для женщин профессий; им, в частности, разрешили становиться судьями.
В более поздних созывах женщины-депутаты были менее активны. Да и сам парламент все больше превращался в инструмент одобрения правительственных программ и законопроектов. В 1970-х годах центр женского движения сместился от парламента к Женской организации Ирана (WOI).
Сегодня женщины составляют 4,9% депутатов меджлиса. Дорогу им проложили те, кто впервые пришел туда в 1963 году.
Хаджар Тарбиат
Хаджар Тарбиат была ровесницей иранской конституции — родилась в 1906 году. Благодаря работе отца в Министерстве иностранных дел получила среднее образование в Стамбуле. В 1922 году вышла замуж за видного интеллектуала Мохаммада Али Тарбиата. Супруги обосновались в Тебризе, где Хаджар посвятила себя реформированию школ и активно пропагандировала необходимость образования для девочек. Это стало делом всей ее жизни.
Когда в 1932 году семья переехала в Тегеран (Мохаммад Али стал депутатом парламента), Хаджар возглавила престижный педагогический институт для женщин «Дар оль-Моаллемат». Когда в 1934-м Реза-шах, воодушевленный после своего визита в Турцию реформами Ататюрка, поручил основать Женский центр («Канун-и Банован»), Хаджар стала его первым директором. В 1939-м она возглавила престижное учебное заведение для женщин «Нурбахш». В 1940-м вошла в совет «Управления по поддержке матерей и новорожденных». В 1943-м стала одной из основательниц «Женской партии» («Хизб-и Занан»; позже переименована в Женский совет Ирана).
«Современный мир диктует новые требования к женщине: она должна обладать множеством навыков, быть внимательной, образованной и всесторонне развитой, ведь кроме традиционных ролей хозяйки дома и заботливой матери современные реалии обязывают женщину развиваться и совершенствоваться, чтобы соответствовать требованиям эпохи», — напоминала Хаджар Табиат. В 1930-е она призывала женщин отказываться от ношения чадры — «черного савана», как она ее называла. В 1940-е неоднократно выступала перед парламентом по вопросам здравоохранения и образования; писала статьи в газеты и журналы, призывая к созданию института защиты материнства и детства, открытию акушерских и сестринских школ.
Во время выборов 1963 года Хаджар Тарбиат взяла громкоговоритель и поехала в бедные районы Тегерана, призывая женщин идти на избирательные участки.
В меджлисе Тарбиат сосредоточила свое внимание на печально известной статье 179 Уголовного кодекса, согласно которой мужчина, заставший свою жену в постели с другим мужчиной, мог убить ее и не понести никакого наказания. Мужчина, заставший свою сестру или дочь в постели с мужчиной, не являющимся ее мужем, мог убить ее и получить в качестве наказания от 11 до 60 дней тюремного заключения. Подчеркивая абсурдность закона, Тарбиат рассказала случай с «мужчиной, который задушил свою жену, и, когда его спросили почему, ответил, что она была в плохом настроении».
В 1971 году Тарбиат была избрана в сенат (предыдущие женщины-сенаторы были назначены шахом). В 1973 году она умерла. Хаджар Тарбиат оставила после себя множество трудов, в том числе «Трактат о женщинах XX века», переводы с английского и французского, а также сотни научных, литературных и публицистических статей.
Мехрангиз Долатшахи
Мехрангиз Долатшахи трижды избиралась от города Керманшаха. В своем первом выступлении в парламенте она заявила, что только теперь «иранский конституционализм впервые стал полным, поскольку вторая половина иранской нации получила право участвовать в формировании своего будущего».
Мехрангиз Долатшахи помнила, как был введен запрет на ношение чадры, — в 1936 году она получила аттестат зрелости. После этого Мехрангиз убеждала отца отпустить ее учиться за границу, но тот скоропостижно умер. Дед, ставший ее опекуном, заявил: «Девочки (Мехрангиз и ее сестра. — Forbes Woman) уже выросли и скоро выйдут замуж. Я не хочу тратить их деньги. Да и что она будет делать в Европе?» Мехрангиз все же удалось вырваться в Берлин, где она начала готовиться к поступлению в Берлинский университет имени Гумбольдта. Через год вернулась, вышла замуж, снова уехала — и на этот раз застряла в Европе на долгих семь лет из-за начавшейся Второй мировой войны.
По возвращении в Иран Мехрангиз вступила в Демократическую партию, активно поддерживавшую идеи равноправия. А затем решила пойти дальше и создала собственную женскую организацию «Рах-и Но» («Новый путь») — именно она сыграла ключевую роль в борьбе за получение женщинами избирательных прав (Долатшахи даже встречалась с шахом, чтобы убедить его включить этот пункт в программу реформ).
В 1957 году юридический комитет общества «Новый путь» начал разработку законопроекта, который спустя годы стал законом «О защите семьи» (первая редакция принята в 1967 году, новые поправки — в 1975-м). Он, в частности, уравнивал отцов и матерей в праве на опеку над детьми — до этого женщины могли получить такое право только в отношении мальчиков в возрасте до двух лет и девочек младше семи лет, и если отец умирал, детей продолжал воспитывать дед, а не мать.
В 1975 году Мехрангиз Долатшахи была назначена послом Ирана в Дании — там ее и застала Исламская революция 1979 года. Долатшахи перебралась в Париж, где основала «Иранскую культурную ассоциацию». Она умерла в 2008 году и похоронена на кладбище Монпарнас.
В одном из интервью Долатшахи спросили: «Почему, несмотря на свое присутствие в парламенте, женщины Ирана долгое время оставались молчаливыми и пассивными в публичной сфере?» Она ответила: «Это было связано с рядом факторов, включая отсутствие опыта и необходимость адаптироваться к новым условиям. Несмотря на стремление продвигать реформы, особенно принятие закона «О защите семьи», наши возможности были ограничены. Мы понимали важность постепенных изменений и стремились избегать резких движений, которые могли бы вызвать негативную реакцию общественности и создать впечатление, будто мы стремимся разрушить устоявшиеся нормы. …Ключевым в нашем подходе стало сотрудничество с мужчинами, поскольку оно позволяло добиваться прогресса путем консенсуса и понимания, постепенно расширяя пространство возможностей для женщин в обществе. Этот законопроект также был деликатным вопросом, и вокруг него даже ходили ложные слухи, например о том, что требования иранских женщин могут разрушить основы общества и семьи. В связи с этими деликатными вопросами мы и другие коллеги в парламенте старались действовать спокойно и хладнокровно, чтобы дать понять нашим коллегам-мужчинам, что то, чего мы действительно хотим, — это не безграничная свобода и безудержность…»
Эта осторожность была не беспочвенной — борьба за права женщин вызывала в консервативном обществе противодействие. После Исламской революции 1979 года многие из коллег Долатшахи подвергались преследованиям — у них конфисковывали имущество, их арестовывали; некоторые были вынуждены бежать из страны, а кое-кто поплатился жизнью.
Наире Эбтехадж Самии
Наире Эбтехадж Самии (на фото в центре) родилась в 1914 году в Реште. Она получила степень бакалавра по английскому языку в Тегеранском университете. А позже стала первой женщиной, занявшей пост заместителя председателя меджлиса (22-й и 23-й созывы). Всего Эбтехадж Самии четырежды избиралась в парламент.
«На полях Гиляна, моего избирательного округа, в течение сельскохозяйственного сезона сельские девушки и женщины выполняют самую тяжелую работу от рассвета до заката в солнечную и дождливую погоду на рисовых, чайных и табачных полях. …Несмотря на закон о земельной реформе, сельские женщины практически лишены права собственности на обрабатываемую ими землю и дом, в котором они живут, — говорила она во время одного из выступлений. — …Возможно, некоторые знающие люди еще недавно считали, что иранское общество не готово к глубоким социальным реформам. … Больше нельзя утверждать, что признание прав женщин преждевременно, и игнорировать их основополагающие требования».
После революции 1979 года у Наире Эбтехадж Самии конфисковали все имущество. Она уехала в Америку, но через некоторое время вернулась в Иран и поселилась в прибрежном городе Бендер-Энзели, а через некоторое время переехала в родной Решт, где и умерла 21 апреля 2017 года в возрасте 103 лет.
Мехрангиз Манучехриан
Мехрангиз Манучехриан родилась в 1906 году. В 1946-м она стала одной из 14 первых иранок, которые поступили на юридический факультет Тегеранского университета. В 1949 году, будучи еще студенткой, Мехрангиз написала книгу «Критика: конституционное, гражданское и уголовное законодательство Ирана в контексте прав женщин». Она, в частности, осуждала практику временных браков и резко высказывалась о мехрие — имуществе, которое муж при заключении брака выделял жене: «Подобно тому, как мужчина должен заплатить определенную сумму за покупку товаров, он должен потратить деньги из собственного кармана, чтобы приобрести женщину. Цена каждого товара варьируется в зависимости от его специфической или художественной ценности, количества или качества. Цена женщины также варьируется в зависимости от ее уродства или красоты, богатства или бедности».
Из-за этой книги у Мехрангиз Манучехриан начались неприятности: ее чуть не исключили из университета, типографии отказывались печатать тираж. Когда она все же смогла издать свой труд, ее вызвали на беседу в Министерство культуры из-за обвинений в нарушении законов шариата.
Несмотря на все препятствия, Мехрангиз Манучехриан смогла сдать экзамены и стать адвокатом. Она защитила докторскую диссертацию по уголовному праву, была членом Международной коллегии адвокатов, входила в Международный союз женщин-юристов, возглавляла Иранский союз женщин-юристов. А с 1963 по 1972 год была сенатором. Именно Мехрангиз Манучехриан добилась принятия уже упоминавшегося закона «О защите семьи» — и это сразу вызвало протесты шиитских богословов. Аятолла Хомейни назвал закон попыткой «разрушить мусульманскую семейную жизнь».
В 1972 году Мехрангиз Манучехриан ушла со своего поста — в знак протеста против закона «О паспортах». Согласно этому закону, который действует и по сей день, женщины обязаны получать разрешение своих мужей на выезд за границу. «Муж снова предстает в роли ангела-мучителя, потому что паспортный стол требует [его] разрешения для выдачи [женщине] паспорта. Кто-нибудь когда-нибудь спрашивал в этом пункте, требуется ли разрешение жены, когда женатый мужчина бросает жену и детей, чтобы уехать за границу ради развлечения?» — возмущалась Манучехриан. Во время обсуждения закона произошла перепалка с коллегой, который попросил ее «не говорить ерунды». Позже он извинился в частной беседе; Манучехриан заявила, что извинения должны быть публичными (как и их спор), коллега отказался. Мехрангиз Манучехриан подала в отставку. «Какой смысл оставаться в парламенте и занимать место только для того, чтобы можно было сказать, что есть две женщины-сенатора, когда на самом деле я ничего не могу сделать для улучшения положения женщин?» — объясняла она этот шаг.
После Исламской революции началась волна арестов, обвиняемые представали перед судом без адвокатов, резко выросло число смертных приговоров. Мехрангиз Манучехриан пыталась протестовать, выступала в прессе. В 1983 году ее саму обвинили в том, что она, будучи сенатором, способствовала «освобождению и развращению женщин и общества» и вела деятельность «по внедрению западной культуры среди иранских женщин различными способами, включая написание книг». По приговору суда Мехрангиз Манучехриан должна была вернуть свою зарплату сенатора за все годы работы в сенате.
Она продолжила критиковать режим аятоллы, организовывала протесты против обязательного ношения платка. Умерла в 2000 году.
Шамс оль-Молюк Мосахеб
Шамс оль-Молюк Мосахеб родилась в Тегеране в 1913 году в семье литератора и политика Мохаммада Али Мосахеба. Изучала персидскую литературу в Тегеранском университете, защитила диссертацию об иранской поэзии 651–1219 годов, училась в Канаде и США. По возвращении в Иран преподавала в Тегеранском университете, была директором женских средних школ, возглавляла правительственный Департамент высшего образования и педагогической подготовки; впоследствии стала заместителем министра образования.
Неудивительно, что на посту сенатора Шамс оль-Молюк Мосахеб занималась проблемами образования, в том числе женского. Кроме того, добивалась для женщин большей экономической свободы.
Мосахеб пыталась успокоить тревогу мужчин, которые считали, что равноправие приведет к разрушению общества; убеждала, что расширение женских прав — не обязательно ограничение прав мужчин.
После революции Мосахеб была арестована. Позже она вспоминала, что ни у кого из ее сокамерниц не возникло сомнений в том, что быть сенатором — и правда преступление. Большинство из них — в основном это были проституированные женщины — вскоре были расстреляны. Сама Мосахеб умерла в 1997 году в возрасте 84 лет.
Фаррохру Парса
Фаррохру Парса родилась 22 марта 1922 года в семье среднего класса. Ее мать Фахр Афаг Парса получила образование без ведома своего строгого отца, а позже основала женский журнал. После публикации в нем эссе под названием «Необходимость образования женщин» и «Психологические страдания наших женщин и необходимость переосмысления семейного положения» семье пришлось покинуть город — такую бурную реакцию вызвали эти тексты.
Фаррохру еще студенткой начала работать учительницей в престижной средней школе «Нурбахш» и постепенно доросла до должности директора. Параллельно она участвовала в различных женских организациях, а с начала 1960-х годов начала заниматься политикой. При этом, когда ее избрали в меджлис, некоторые друзья сочли, что ей там делать нечего. Один из коллег говорил: «Она была слишком хорошим педагогом, чтобы тратить свое время на политику».
Позже Фаррохру Парса стала заместителем министра образования, а потом и министром — первой иранкой на таком высоком посту. Ей удалось добиться поразительных результатов: если в конце 1950-х годов в начальных школах Ирана обучалось не более 80 000 девочек, то к середине 1970-х годов их число выросло до 1,5 млн. Тогда же число девочек в средних школах приблизилось к 660 000, а в колледжах училось почти 37 000 девушек.
В черновике своих мемуаров Фаррохру Парса сетовала на коррупцию, все больше поражавшую шахский режим в 1970-х. Сама она ушла из политики, вернулась к медицине, преподаванию, занималась благотворительностью и социальными проектами. Когда случилась революция, понимала, что как бывшую чиновницу ее могут арестовать, и опасалась за судьбу своего мужа: «Я бы хотела, чтобы он был менее честным человеком и мог уйти от меня и искать жизни в комфорте». Фаррохру Парса пыталась тайно выехать из страны, но не успела. В мае 1980 года ее казнили.
Шавкат Малик Джаханбани
На фото: городской парк в Тегеране
Шавкат Малик Джаханбани происходила из аристократической семьи (она училась во Франции, водила дружбу с членами шахской семьи), но прекрасно знала, как живут люди в бедных районах Тегерана, поскольку руководила школой в одном из таких. Избравшись в парламент, она призывала строить там новое жилье, дороги, канализацию и водопровод.
Шавкат говорила о Тегеране как о городе контрастов — лачуги на юге и современные многоквартирные дома на богатом севере. В то время как в самом нуждающемся районе было мало школ, правительство построило роскошные школы на севере Тегерана. Заявляя о нехватке мусоровозов, муниципалитет не занимался сбором мусора в южном Тегеране. Открытые водные каналы, которые для некоторых жителей являлись источником питьевой воды, представляли опасность для здоровья. Кирпичные заводы на юге Тегерана выбрасывали загрязняющие вещества в атмосферу, и Джаханбани получала письма от встревоженных жителей, жалующихся на отравления от выхлопных газов. «Чем больше они пытаются украсить северный Тегеран, — говорила она, — тем больше будет проявляться уродство юга».
Кроме того, Шавкат Малик Джаханбани добивалась расширения доступа к образованию для подростков и боролась с азартными играми.
Позднее Джаханбани стала сенатором и занимала эту должность до Исламской революции. Она умерла в Тегеране в 1995 году в возрасте 88 лет.
Нежат Нафиси
Нежат Нафиси происходила из влиятельной семьи и на момент выборов была замужем за мэром Тегерана Ахмадом Нафиси. Она начала свою общественную и политическую деятельность в 1958 году, а позднее стала членом Женской организации Ирана, которой руководила сестра шаха.
Нежат Нафиси вошла в число первых женщин в парламенте, но сама ни разу не выступала с речью. Она умерла в 2002 году.
Ее дочь Азар Нафиси стала писательницей, автором бестселлера «Читая «Лолиту» в Тегеране» и мемуаров «О чем я молчала». В последней Нежат Нафиси предстает решительной и холодной, преданной прежде всего своей политической карьере.
После Исламской революции разная судьба ждала не только самих женщин-политиков, но и их достижения. Например, закон «О защите семьи» 1975 года был отменен. Прерывание беременности стало возможно только в случае угрозы жизни женщины (сейчас оно также возможно в случае неизлечимых патологий плода). Обязательным стало ношение хиджаба. Но сохранился доступ к образованию и политическому представительству. И сохранилось женское движение, которое продолжает борьбу за равноправие.