В тени Маяковского: как Лиля Брик сохраняла память о поэте и искала себя в искусстве
14 апреля 1930 года разделило жизнь Лили Брик на до и после: в тот день Владимир Маяковский совершил самоубийство в своей «комнатенке-лодочке» в Москве. Брик была в тот момент за границей и узнала о смерти близкого ей человека на следующий день из телеграммы. Поэт ушел из ее жизни, но его наследие сопровождало Лилю Брик всегда, о чем сама женщина говорила не раз. Однако она была яркой фигурой и сама по себе — писала сценарии, снимала кино, дружила с видными представителями искусства XX века.
Определяющее начало
Лили Каган родилась в Москве осенью 1891 года. Родители стремились дать девочке и ее сестре хорошее образование. Дочери Каган изучали французский язык и играли на рояле, также они свободно говорили на немецком языке. Родители устраивали творческие вечера, и дочери принимали в них участие. Лили получала домашнее образование, но с 1905 года стала обучаться в женской гимназии. Там учителя заметили талант девочки к математике, и после окончания гимназии в 1908 году Лили Каган поступила на физико-математический факультет Высших женских курсов. Но вскоре у самой девушки увлечение математикой прошло, и она покинула курсы. Лили решила изучать ваяние на курсах при Московском архитектурном институте. В 1911 году Брик даже уехала в Мюнхен, чтобы продолжить обучение там, но из-за болезни отца ей пришлось вернуться на родину.
В тот же период она познакомилась со своим будущем мужем Осипом Бриком. В 1905 году совсем юная Лили стала посещать кружок политэкономии, участником которого был также и 17-летний Осип. В течение семи лет они встречались, а в 1912-м приняли решение пожениться. Спустя два года, в 1914-м, Осип был зачислен на службу в петроградскую автомобильную роту, и Лили переехала вслед за мужем в столицу.
В Петрограде она по примеру родителей открыла салон для творческой интеллигенции. При этом с поэтом Владимиром Маяковским познакомилась вовсе не там, а благодаря своей сестре Эльзе, за которой поэт начал ухаживать. Летом 1915 года Лили приехала в гости к родителям, чтобы проведать отца, находившегося при смерти. У них дома она и встретила поэта. Вскоре в литературном салоне у Бриков Маяковский прочел свою поэму «Облако в штанах» и попросил у Лили разрешения посвятить поэму ей. Стихи увидели свет уже осенью 1915 года с посвящением «Тебе, Лиля». С подачи поэта женщина русифицировала свое имя.
Маяковский был связан с Бриками до конца своей жизни и общался с ними даже после их развода в 1925-м. Чаще всего личность Лили Брик ассоциируют именно с поэтом, но при этом Лиля пережила его почти на полвека и за это время успела многое.
Поиски себя
Брик не ограничивалась ролью музы еще тогда, когда Маяковский был жив. Будучи творческой натурой, она всегда искала себя. Например, в 1915-м Лиля Брик некоторое время занималась балетом. Это хобби затем отразилось в увлечении другим, новаторским на тот момент видом искусства — кинематографом. В 1918-м Маяковский написал автографический сценарий картины «Закованная фильмой». Речь в ней шла о встрече Художника и Балерины. Главные роли в киноленте исполнили поэт и его вдохновительница. Фильм был снят достаточно быстро, но зрители так и не увидели его из-за трагической случайности: на киностудии случился пожар.
В 1929 году Лиля Брик совместно с Виталием Жемчужным написала сценарий к фильму «Стеклянный глаз» и была его постановщицей. Она не стала продолжать кинематографическую карьеру, хотя сохранилось около 11 пьес и сценариев ее авторства. Почему Брик перестала снимать и сниматься — остается загадкой.
Несколькими годами ранее, в 1922-м, Владимир Маяковский вместе с Осипом Бриком придумали новое творческое объединение «Левый фронт искусств», которое вошло в историю под кратким названием ЛЕФ. Местом встречи лефовцев была выбрана квартира Бриков в Москве (куда все трое переехали еще в 1919-м). В этом салоне собиралась вся творческая интеллигенция Москвы. Например, там бывали поэты Николай Асеев и Алексей Крученых, художник Александр Родченко и архитектор Владимир Татлин. На всех собраниях была и Лиля, которая помогала их организовывать, а также переводила для журнала «ЛЕФ» материалы с немецкого языка. Но не всегда ее принимали в этом кругу. В 1926 году она вмешалась в дискуссию, на что один из писателей, Виктор Шкловский, по ее словам, ответил ей: «Хозяйка должна разливать чай!»
В 1925-м Александр Родченко создал известный рекламный плакат, используя фото Лили Брик собственного авторства. Постер рекламировал Ленинградское книжное издательство и стал одним из ярчайших образцов авангарда начала XX века. В том же году плакат продемонстрировали на Международной выставке современных декоративных и промышленных искусств в Париже.
После самоубийства Маяковского в 1930-м Брик занялась увековечиванием памяти о нем. Согласно завещанию поэта, часть имущества должна была достаться ей, также ей была передана половина авторских прав, отмечает публицист и писатель Аркадий Ваксберг в книге «Лиля Брик: Жизнь и судьба». Женщина сразу же приступила к изданию собрания сочинений и созданию музея Маяковского. Но согласование проекта продвигалось медленно, и в ноябре 1935 года Брик написала письмо Сталину. Она подробно изложила, с какими сложностями сталкивается при реализации этих проектов. «Каждый день домик может оказаться снесенным. Вместо того, чтобы через 50 лет жалеть об этом и по кусочкам собирать предметы из быта и рабочей обстановки великого поэта революции, не лучше ли восстановить все это, пока мы живы. <...> Я одна не могу преодолеть эти бюрократические незаинтересованность и сопротивление», — эмоционально завершала она описание своих мытарств. Власти отреагировали: начались переиздания книг Маяковского, спустя год вышел сборник с предисловием второго мужа Лили Брик Виталия Примакова, а в 1937-м в Москве создан музей-квартира поэта.
Брик против всех
Во время войны в эвакуации в Молотове (сейчас Пермь) Лиля Брик издала свой рассказ «Щен» — так иногда называл себя Маяковский. Но времена творческого авангарда прошли, цензура усилилась. Рассказ смутил начальника управления пропаганды и агитации партии, и тот раскритиковал деятельность областного издательства. В постановлении ЦК, принятом в 1943 году, запрещалась дальнейшая публикация рассказа не только в Молотове, но и в других городах СССР. Творчество Брик было охарактеризовано как «пошлое», а его публикация названа разбазариванием бумаги.
С конца 1950-х началась «антибриковская» кампания.
В 1958-м вышла книга «Новое о Маяковском», которая состояла из переписки поэта с Лилей Брик. У некоторых советских литературных критиков это вызвало резкое неприятие: они не понимали, зачем публиковать сугубо личные документы. Писатель Федор Панферов обратился в ЦК с возмущением из-за печати «весьма слащавых, сентиментальных, сугубо интимных штучек». Заседание комиссии по вопросам идеологии, культуры и международных партийных связей признало выпуск книги «политической ошибкой». 31 марта 1959 года было выпущено секретное постановление ЦК КПСС, которое запрещало использовать в любых научных работах это издание как источник информации о поэте.
Спустя еще несколько лет, в 1966-м, Лиля Брик снова набралась храбрости и опубликовала в журнале «Вопросы литературы» статью «Предложение исследователям», в котором сравнила творчество Маяковского и Достоевского. «Известия» откликнулись на это критикой: мол, Брик своим материалом «искажает облик певца революции», а настаивая, что у поэта долгое время время были суицидальные наклонности, пытается снять с себя обвинения в доведении поэта до самоубийства.
Несмотря на попытки некоторых писателей сохранить наследие Маяковского в полном, «неотцензурированном» виде, имя Лили Брик старались не упоминать в его биографии. Когда в 1973 году в журнале «Новый мир» готовились две публикации о поэте, из одной вырезали все упоминания Брик, а другую вовсе сняли с печати.
Помимо этого, у Брик возникли финансовые сложности. В 1958 году Совет Министров РСФСР принял постановление, которое сократило выплаты авторских гонораров наследникам писателей. Брик лишилась основного источника доходов и была вынуждена распродавать личные вещи, об этом в автобиографии «Читая жизнь свою...» упоминала Майя Плисецкая (женщины познакомились после войны). Но Лиля продолжала принимать у себя творческую интеллигенцию и относилась к своему незавидному положению иронично. «Первую часть жизни покупаем, вторую — продаем», — говорила она тогда, по свидетельствам Плисецкой.
В защиту других
Несмотря на развернувшуюся кампанию против нее, у Лили Брик хватало смелости заступаться за других. В 1965 году в прокат вышел фильм Сергея Параджанова «Тени забытых предков», который очень понравился Лиле. Через некоторое время Брик пригласила режиссера в гости, что стало началом их дружбы. Когда Параджанов приезжал в Москву, то любил останавливаться именно у Брик.
В декабре 1973 года Параджанова приговорили к пяти годам заключения — власти не нравились его провокационные фильмы; формальным поводом стала гомосексуальность режиссера («международное движение ЛГБТ» признано в России экстремистским и запрещено). Брик не хотела мириться с несправедливым приговором другу и подключила свои связи для его освобождения. Она постаралась привлечь к его делу внимание международной общественности. Для этого в 1977-м Лиля Брик, уже будучи немолодой женщиной, полетела во Францию. Там она встретилась с мужем своей сестры, писателем Луи Арагоном. Лиля уговорила его прилететь в Москву и поговорить с генсеком Леонидом Брежневым. Срок Параджанову удалось сократить лишь на год. Брик старалась помочь режиссеру и материально — во время заключения постоянно отправляла ему посылки.
Спустя пять лет, в мае 1978-го, у Лили Брик случился перелом шейки бедра. Из-за пожилого возраста ей было крайне трудно восстановиться, поэтому 4 августа она написала записку мужу и совершила самоубийство.
Лиля Брик вошла в историю как муза Маяковского, однако, прожив долгую и насыщенную жизнь, она была центром притяжения (а порой другом и источником поддержки) для многих творцов — актеров, писателей, поэтов и режиссеров своего времени — и сама пробовала себя в искусстве.