«Еще немного и я начну себя жалеть»: история борьбы с онкологическим заболеванием

Четвертые сутки в Блохина. Глубокая ночь. Маленький холодильник в углу палаты, как древний старичок, вдруг вспоминает, что ему нужно дышать, вздрагивает и начинает мерно молотить моторчиком. Иногда слышно, как в соседней палате стонет женщина. ее соседка начинает успокаивать, поначалу шепотом, потом в полный голос. Их разговор отчетливо слышен

через вентиляционный короб. Они рассказывают друг другу, как узнали о страшном диагнозе, как бросил муж, как больно, страшно и нет никакой надежды впереди, и зачем вообще жить, если уже приговорен. Слова, долетающие в мою палату, окрашивают стены, потолок, глазницы окон за короткой шторкой в бурые оттенки с черными прожилками. Я накрываю голову подушкой, пытаясь спрятаться от этих звуков и окружающей действительности. 

Нет, стадию отрицания своей болезни я уже прошла, теперь мне было жизненно необходимо не впускать в голову червей, разъедающих сознание едкой слизью обреченности. Закрыть вход негативу, очертить белоснежным мелком вокруг себя кружок защиты, развесить плакаты со сценами светлого будущего. Только позитив.

В душе я поблагодарила Бога, что попала в эту больницу в тот самый момент, когда туда поступили Ира и Света. Мы подружились, склеились в одно целое, закрылись плотным коконом жизнелюбия и наполнили свое общение улыбками и смехом. Потому что здесь так легче.

Однажды мы сделали попытку присоединиться на вечернее чаепитие к другим пациенткам, которые лежали тут давно и уже проходили реабилитацию. Через минут пятнадцать разговоров я толкнула Иринку в бок и прошептала:

— Звезда, полетели отсюда. Еще немного и я начну себя жалеть и страдать.

— Аналогично. Прямо с языка сняла.

Пути Господни неисповедимы. Жизнь похожа на маршрут, проложенный неведомым навигатором: он тянется, петляя по улочкам событий, и никогда не узнаешь, что тебя ждет за очередным поворотом. То ты упираешься в глухую безнадежную пробку, беспросветную и безысходную, съедающую твое время безвкусными однообразными кусками, то вдруг попадаешь под зеленую линию и несешься по широкой ярко освещенной автостраде, где все тебе уступают, а удача приветственно посылает воздушный поцелуй. Как бы ты ни пытался отклониться от курса, тебя все равно приведут к той цели, которая заведомо предрешена.

От упорства и упрямства зависит, как долго ты будешь ехать в конечный пункт, а качество дороги целиком зависит от наличия или отсутствия хронического оптимизма и чувства юмора.

Мы не встретились в отеле на любимом курорте, мы не столкнулись на катке в вихре веселого новогоднего хоровода, мы даже не попали в один вагон поезда, где можно наверняка разговориться с попутчиками и обменяться телефонами. Наши дороги притянулись и переплелись именно в этих стенах, наполненных человеческими страданиями.

На первый взгляд мы были совершенно разные.

Света напоминала мне Любовь Орлову: большие лисичкины глаза, изогнутые брови, остренький подбородок и густая копна шикарных вьющихся волос. ее детство прошло в деревне под Тамбовом в атмосфере любви и полного достатка. если и был рай на земле, как она говорила, так это было ее детство.

Папу, партийного работника, сильного волевого руководителя, распределили работать в Чечено-Ингушскую республику председателем райисполкома. Там, в горах, жили другие люди, царил другой менталитет и другие традиции. Он смог впитать в себя незнакомые обычаи, понять и принять их. Очень скоро вся семья переехала и обосновалась в городе Грозном.

С отличием оконченная школа и блестящая учеба в медицинском институте наверняка завершилась бы красным дипломом и головокружительной карьерой, но начавшаяся в 1994 году война перечеркнула все планы. Они уезжали ночью, под пулями, увозя с собой узлы только самого необходимого.

С этого момента жизнь круто изменилась. Чтобы выжить, надо работать, чем Света и занялась. Замужество и рождение ребенка только придавали силы, а мысли о том, что времени совсем не остается на себя и семью, были тщательно упакованы и уложены на полку подальше: сейчас важно окончить ординатуру и продолжить карьеру успешного высокооплачиваемого хирурга-уролога. Муж, по образованию педагог, а по призванию — учитель от Бога, принял на себя миссию по воспитанию сына, предоставив любимой супруге заниматься медицинской практикой и ни о чем не беспокоиться. Сын Артем вырос замечательным человеком.

Как-то Света обронила, что безмерно благодарна мужу за терпение. Рак — болезнь некрасивая. ей казалось, что муж, эстет по натуре, в самом начале тяжелого пути, наполненного обезображивающими операциями, химиями с ворохом выпавших волос, гормонами, убивающими на корню женское начало, переживал вдвойне: как выдержит весь этот ад она, и как будет реагировать он сам. Он справился. И именно этим помог справиться и ей. Женщине, больной раком, нужна поддержка, а женщине-медику такая поддержка необходима вдвойне. Потому что она все знает, во всем разбирается и отлично может нарисовать себе все потенциальные перспективы.

Ирина тоже медик. Но, в отличие от невозмутимой, немного замкнутой и скрытной Светы, Иринка — вечный двигатель, огонь в юбке. Кажется, поднеси ладонь поближе — и шарахнет молния. Смелая, решительная, полная дерзких идей и далеко идущих планов. Про таких говорят: в горящую избу войдет, коня на лопатки уложит. Родной отец был бесстрашным военным летчиком, успевшим передать единственной дочери только гены и незримую любовь: когда Ирине исполнилось семь месяцев, он погиб.

Ирина росла озорным хулиганом, напоминающим о своей принадлежности к девичьему полу только красивым платьицем и розовыми бантами. В таком виде она отправлялась на все лето к бабушке в деревню, где с усердием пасла коров, полола грядки, метала сено в скирды. Деревенское питание в виде домашнего творога, сметаны, парного молока и хрустящего хлеба из печи в неограниченном количестве превращалось не в жирные складочки на теле избалованного ребенка, а в бешеное количество энергии, которое это розовощекое дитя природы с упоением тратило на познание окружающего мира.

Например, чтобы узнать ощущения от катания верхом, не обязательно карабкаться на кобылу. Гораздо интересне оседлать поросенка, крепко ухватив его за тонкие розовые уши, проскакать до ближайшей придорожной лужи и под оглушительный визг возмущенного животного рухнуть в густую пахучую жижу.

В школе ничего особо не изменилось. Ирина, круглая отличница с оценкой «неуд» по поведению, умудрилась выбить зуб однокласснику, просто хлопнув ему пощечину.

Три попытки поступить в медицинский институт так и не увенчались успехом, причем последний провал состоялся исключительно благодаря ее будущей свекрови, на тот момент преподавателю по физике, принимавшей вступительные экзамены.

Практически насильно вытолканная своей мамой поступить хотя бы в училище, Ирина без труда набрала нужное количество для проходного балла, и от новости, что ее приняли, проревела два дня. Нет, не от радости, а от горя. Бушующему сгустку энергии было тесно в стенах какого-то несчастного училища.

Однако это послужило началом успешной фармацевтической деятельности. К тридцати годам Ирина руководила сетью аптек, мощно наращивая обороты для своего работодателя.

Муж, много-много работы, рождение сына и опять работа. Мальчик рос невероятно самостоятельным, спокойным и надежным. Надежным в плане отсутствия каких-либо оснований для молодой мамы, заваленной по самую макушку работой, беспокоиться, что сын упадет, поранится или тайком зажжет запретные спички.

Поначалу муж дышал одним целым, разгребая свой плотный рабочий график ради воспитания сына, но потом сломался. Карьерные амбиции любимой женщины, ее постоянная занятость и загруженность потащили его от семьи. Не каждый мужчина захочет быть за каменной стеной, воздвигнутой женскими руками, а не его собственными. Сын Артем вырос замечательным человеком.

Развод чуть не отнял у нее жизнь. Иногда я думаю, что она зацепилась невидимым крюком за тот болезненный отрезок жизни, зацепилась жилами, нервами, и, как ни старается соскочить, оторвать с мясом, с болью, ничего не выходит. Металлический клыкастый зуб сидит глубоко в душе, и до него никак не добраться. Рак, если это не генетическая наследственность, никогда не появляется ниоткуда.

А тогда, чтобы забыть и выжить, она продала квартиру, сменила место жительства, работу и... родила дочь. Все началось с чистого листа.